Тайна гранатовых зерен - Ирина Антонова

Тут уж и все остальные шиши закричали «ура».

– Вредители будут уничтожать вредителей! – ликовал Шар-Нольд. – И как я сам до этого не додумался?!

– А я? – огорчился профессор, но тут же спохватился и радостно закричал: – Качать девочку! Качать!

Когда всеобщий восторг поутих и Вику наконец поставили на землю, профессор Шар-Шон в знак благодарности преподнёс девочке шёлковые тапочки с радужными бабочками и походные, удобные, словно кроссовки, ботиночки. Их специально сшили для Вики из гусеничных коконов.

– Спасибо, – растроганно поблагодарила девочка.

А Шар-Нольд сказал:

– Сейчас мы отправимся в город Полевик. Я покажу Вике и Никанору свой дом. И познакомлю со своей дорогой мамой.

* * *

Девочка и кот глазели по сторонам.

Круглые двухэтажные домики, словно вылезшие после дождя грибы-боровики, сияли чистотой. Благоухали цветами палисадники. Гостеприимно распахнутые двери магазинов зазывали покупателей, а витрины манили разнообразием товаров.

Возле одной такой витрины Вика остановилась.

– Тебе что-то приглянулось? – засуетился Шар-Нольд.

– Мне нужна щётка для волос.

Шиш нырнул в магазин и почти тут же выкатился наружу.

– Держи! – Он протянул девочке желанную вещицу.

– Спасибо! – обрадовалась Вика и стала разглядывать перламутровую оправу. – Ой, а с обратной-то стороны зеркальце. А в нём чья-то чумазая рожица. Неужели моя?

– Придём домой, умоешься, – пообещал Шар-Нольд, и они двинулись дальше.

По городским улицам сновали шиши. Мужчины снимали колпачки и учтиво кланялись Вике, Никанору и Шар-Нольду, дамы приветливо улыбались и весело подмигивали. Маленькие шишончики, смешно торчащие из маминых карманов, открыв рты, смотрели на невиданное чудо: девочку и кота.

По пути друзьям попадались библиотеки и кинотеатры. В городе имелся даже зоопарк, в котором можно было увидеть обычных и диковинных насекомых.

Как же обрадовалась гостям мама Шар-Нольда! Она стояла на балконе аккуратного белого домика и поливала из голубой леечки оранжевые настурции, густо обвивавшие перила. Мама увидела сына ещё издали.

Как только друзья переступили порог, она, раскинув для объятий руки, бросилась им навстречу. Мама Шар-Нольда, как и все мамы на свете, только сильно тревожилась, когда сын надолго покидал дом, хотя старалась этого не показывать. Мама понимала, что Шар-Нольд, зная, что она волнуется, будет чувствовать себя неспокойно. А это осложнит его путешествие.

– Проходите, мои дорогие, проходите! – суетилась она, усаживая гостей за стол. – Самовар вскипел. Сейчас будем пить чай с малиновым вареньем. И вы расскажете мне много интересного.

* * *

Через день Вика, Никанор и Шар-Нольд покинули уютный домик шиша, его заботливую маму и приграничный город Полевик. Путь их лежал через Страну шишей к Великому болоту – последнему препятствию на пути к Мышиному королевству.

Путешествовать по Стране шишей было одно удовольствие: ни тревог тебе, ни опасностей.

Опасность, правда, вскоре возникла. Слава о гениальной девочке – спасительнице Цветочного поля – мигом разнеслась по окрестностям. Поэтому в любом местечке, где бы друзья ни появились, их радушно встречали и старались накормить до отвала. А если они отказывались, то шиши сильно огорчались, поэтому приходилось есть почти постоянно и всё подряд.

Однажды Вика разглядывала себя в зеркальце.

– Шар-Нольд, смотри-ка, я постепенно начинаю округляться. Ещё чуть-чуть, и ты сможешь звать меня Шар-Вика, – и она невесело усмехнулась.

А Никанору такое внимание очень даже нравилось. Он от угощения не отказывался. Принимал от шишей котомки с провизией и всю дорогу что-то жевал, «чтобы облегчить ношу», как он говорил. А после и вовсе выпросил в одной деревне жука-носорога для перевозки поклажи.

И вот теперь, сидя на мешках с провиантом, уложенных на спине жука, он с наслаждением хрустел сочной сосиской.

Вика лукаво посмотрела на кота:

– А Никанора мы можем звать Шар-Хвост.

– Это ещё почему? – протягивая лапу за следующей сосиской, удивился кот.

– Да в тебе от прежнего Никанора только хвост и остался, – Вика помахала перед кошачьим носом зеркальцем и засмеялась.

– Пожалуй, такой тучный кот непременно завязнет в болоте, – хитро заметил Шар-Нольд.

– На себя посмотри! – огрызнулся Никанор, но всё же отложил сосиски в сторону.

– Придётся идти в обход, просёлочными дорогами, подальше от громкой славы, – продолжал как ни в чём не бывало Шар-Нольд, – а ночевать снова будем под открытым небом.

– Надеюсь, жук останется с нами? – забеспокоился Никанор, прикидывая, что одному ему всю провизию не унести.

– Жук останется в ближайшей деревне, – отрезал Шар-Нольд.

И кот понял, что возражать или спорить бесполезно.