Изгнанная - Даниэль Харрингтон

Я принимаю нейтральное выражение и опускаю глаза, отчаянно пытаясь испариться. Глупая была затея.

– Эй, – дружески обращается ко мне Кит. – Представь, что ты в школе. Тебе же приходится там знакомиться с новыми людьми.

Да. С девочками. У нас раздельное обучение. Кампус поделён на две половины, зеркально повторяющие друг друга, чтобы у обоих полов были одинаковые возможности и ресурсы. Мы видим мальчиков только в моменты общешкольных собраний.

– А, ну да. Спасибо, – отвечаю я.

– Тогда к игре. – Бен ободряюще хлопает в ладоши, и я, едва не подскочив от неожиданности, смотрю на него округлившимися глазами. Это высокий тощий парень с сальными светлыми волосами. Он прыгает на месте от восторга, который я бы назвала избыточным.

– Я не знаю, как играть, – объясняю я, и это немного остужает его пыл. Он в замешательстве смотри на меня.

– Ты не знаешь, как играть в марблс? – удивляется он. – Но это игра известна с девятнадцатого века. По сути, она стала массовым явлением с 1884 года.

– Но сейчас 2647-й, и никто больше не играет в детские игры, – возражаю я.

Девочки раскрыли рты от удивления, и я уже жалею о своём замечании. Почему я так пассивно-агрессивна? Мне нужно стать здесь своей. Это вопрос выживания и единственный способ выбраться из моей клетки-тюрьмы и узнать истину. Мне нужно многое узнать об этих созданиях.

– Всё в порядке, – вмешивается Кит. – Мы тебя научим. Это марблс, но с закавыкой. Мисс Одри Рай, не окажете ли вы нам любезность?

– Без проблем, – отвечает невысокая девушка.

Пепельные шелковистые волосы рассыпаются по плечам, когда её аккуратные ручки вскинулись вверх и метнули в центр группы по горсти перламутровых шариков. Я отпрянула, ожидая удара маленькой стеклянной сферой, но, к моему полнейшему изумлению, они зависли в воздухе на уровне груди, тускло сверкая, как маленькие сияющие звёзды.

У меня округлились глаза:

– Ого!

– Эй, парни против девочек, – говорит Кэндис и, уверенно улыбнувшись, притягивает меня на свою сторону. – Холлис, ты с нами.

Я тут же обращаю внимание на её глаза – пронзительно голубые, как у Кита, – и не могу отвести от неё взгляда, пока она стягивает волосы в спутанный пучок. Это симпатичная девочка с тонкими губами и чёрными шелковистыми волосами.

– Парни против девочек? – Бен широко улыбается. – Идёт.

– Ты же знаешь, что вы продуете, – говорит Кэндис, разминая правую руку и наклоняя голову то вправо, то влево.

– Мечтай-мечтай.

– Ладно. – Одри взмахивает пальцами. – Приступим.

Шарики начинают метаться в разных направлениях. Тёмно-синий со свистом носится взад и вперёд, и я заворожённо наблюдаю за этим.

– Итак, Холлис. – Кэндис указывает на мельтешение сфер. – Цель – выбить как можно больше шариков из середины.

– И если ты выбьешь шарик из середины, то продолжаешь игру, – добавляет Одри. – А ты поймёшь, что выбила его, когда он перестанет летать.

– И команды бьют по очереди, – продолжает Кэндис. – Игра простенькая, но весёлая.

– Хорошо, а чем вы сбиваете шарики? – спрашиваю я. Пульс у меня учащается. Я чувствую себя не в своей тарелке. Кэндис страдальчески улыбается. Супер. Я только что задала тупой вопрос.

– Вот, ударный шарик, – говорит Кэндис.

Она подталкивает ко мне большой перламутровый шарик, и он изящно парит в воздухе. Я ударяю по нему пальцем, и он покачивается, как яблоко в воде, повиснув прямо передо мной. Я возвращаю его Кэндис.

– Ты можешь начать, – предлагаю я.

– Ну что, парни, готовы проиграть?

Бен усмехается:

– Конечно, Кэндис. Как скажешь.

Девушка хватает основной шар и бросает его, выбивая один из шариков в центре. Он стремительно отлетает прочь, но замирает на краю игрового поля и остаётся висеть в воздухе.

– Не повезло, сестрёнка, – говорит Кит.

– А я уже обрадовалась, что выбила его, – Кэндис со вздохом отдаёт ему ударный шар.

– Вот жалость-то. – Голос парня сочится сарказмом.

– Кит, тебе вообще мало что светит, – фыркает Кэндис.

Я перевожу взгляд с одного на другого и снова отмечаю небесно-голубые глаза.

– Вы брат и сестра?

– Ага, – кивает девушка, хлопая Кита по спине. – И я как младшая взяла на себя обязанность не давать ему жить спокойно.

Парень ухмыляется и скрещивает руки на груди.

– Да-да, Кэндис, только у тебя не очень-то получается.

– Расскажи кому другому.

Одри подпрыгивает на месте, указывая на ударный шар в руке Кита:

– Ну же, Кит. Бей уже. Мы ждём.

– Спокойствие, – говорит Даррен. Он стоит, скрестив руки, позади Бена и Кита с загадочным выражением лица. – Дождитесь, пока за дело возьмётся настоящий мужчина.

– Ты такой же нетерпеливый, как я, Даррен, – говорит Одри.

– Но есть небольшая разница, – замечает он, делая едва заметно движение головой. – Я не показываю это так явно, как ты, мисс Соревновашка.

Одри открывает рот, чтобы ответить, но Кит поднимает руки вверх.

– Хватит, вы двое. Кидаю я. Расслабьтесь.

Он запускает ударный в полёт и вышибает шарик из круга на пол. Парни издают победный вопль.

– Ты знаешь своё дело, – говорит Бен, стукнув друга кулаком в плечо.

Одри фыркает:

– Теперь он снова будет бить.

– Именно.

Кит улыбается мне, и в желудке снова появляются бабочки. Мне нехорошо. Что он делает? Почему он улыбается мне? Я-то ему в ответ точно не улыбнусь. Я должна ему что-то сказать?

– Холлис, ты в порядке? – спрашивает Кэндис.

– Да, – киваю я. Они все уставились на меня, и я выпаливаю первое, что приходит в голову: – Кит, а что ты делаешь?

Он снова бросил шар и промазал.

– Что я делаю? Ты о чём?

Одри хихикает и притягивает шар обратно к кругу. И что тут смешного? Я предпочитаю не думать об этом и уточняю:

– Ну, твоя способность. В чём она проявляется?

– А, ясно. Смотри, – его глаза блеснули. – Возьми мои руки.

Я недоумённо на него смотрю, и во мне снова просыпается чувство социального повиновения: никаких прикосновений. Решусь ли я нарушить правило? С одной стороны, я должна придерживаться своих ценностей. Это социальное целомудрие, истинное и достойное. Я не похожа на них. Но с другой… Никто из моего мира об этом не узнает. Я совсем одна, и я изучаю их, хочу узнать побольше об их мире. Насколько я понимаю, это единственный способ узнать правду.

Кит протягивает мне руки, и я беру их, снова чувствуя спазмы в животе. Я испытываю нечто похожее на… стыд.

Несколько мгновений он смотрит прямо мне в глаза, и я с нетерпением жду – какая сила проявится? Но спустя секунд десять я хмурюсь.

– И что должно произойти? – спрашиваю я.

Он вскидывает брови