Код Электры - Мария Энгстранд

– Сам виноват, ты ведь не захотел меня слушать! – выпалила я. Нет, правда, не моя вина, что Орест сидел за компьютером и пялился в экран, когда я пришла поделиться с ним суперской идеей.

– Но я просто… – начал Орест и замолк. – Прости, – проговорил он, потупившись.

Всеобщее ликование! Нечасто он произносит это слово.

– Можно я все-таки с тобой? – спросил он. Причем так тихо, что его едва можно было расслышать из-за звона посуды и гвалта в столовой.

– Уж не знаю, что скажет Анте, – ответила я.

Анте не пришел в восторг, когда после уроков я появилась у велопарковки вместе с Орестом.

– Так значит, это Оресту требуется помощь? – спросил Анте. Он стоял, склонившись над своим новехоньким горным велосипедом, и возился с замком.

– Но ведь он тоже делает проект по всяким старинным вещам, – попыталась объяснить я. – Старые способы вычисления, логарифмические линейки и… и все такое. И та вычислительная машина, помнишь? Здорово было бы показать ее Оресту.

Это была почти правда. Орест обожает математику. В прошлом году он даже освоил логарифмическую линейку, в которой Аксель спрятал очередную подсказку. Логарифмическими линейками люди пользовались давно, когда еще не было калькуляторов и компьютеров.

– Но эти вычислительные штучки и все остальное остались в краеведческом парке, а не у нее дома, – возразил Анте, подняв на меня глаза. С Орестом он даже не поздоровался.

– Да, но… Орест все равно очень хочет поехать с нами. Не правда ли, Орест? – сказала я. Орест молча стоял, держа свой велосипед. – Не правда ли, Орест? – повторила я громче. Тогда он наконец кивнул.

Анте пожал плечами.

– Кто хочет, пусть едет за мной, – бросил он и рванул на своем велосипеде, так что нам с Орестом пришлось припустить вдогонку.

Мысленно я порадовалась, что мы поехали от школы, а не от Альмекэррсвеген – если бы мы ехали по всему длиннющему спуску, Орест и Анте, думаю, точно бы убились. Естественно, они тут же начали соревноваться, кто из них быстрее. К счастью, Орест все же догадался, что Анте должен ехать первым, потому что дорогу знает только он.

Мы проехали под трассой, а затем вдоль реки к центру. У реки так красиво, там много старинных домов и уютных садиков. Осенью все выглядит немножко непричесанным: ветки и засохшая трава торчат во все стороны, на земле валяются горы упавших яблок, а листья никто не удосужился собрать в кучу. Но именно в этом и заключается очарование осени – все такое живое и естественное.

Мы остановились у маленького белого дома в таунхаусе и прицепили велосипеды. Анте позвонил в дверь, но не стал дожидаться, пока ему откроют. Вместо этого он ввалился в дом и чуть не споткнулся о маленькую гавкающую собачонку, которая умудрялась находиться везде и сразу.

– Ну-ну, Сильвия, – сказал ей Анте и наклонился, чтобы собачка могла облизать ему лицо. Как я уже говорила, в семье Анте есть очень странная традиция. Аксель назвал свою собаку Сильвией в честь загадочной девушки, которую так и не смог забыть. Первую собаку по имени Сильвия похоронили там, в лесу, под камнем. И с тех пор всех собак, которых заводят в этой семье, зовут Сильвия! Это была, кажется, Сильвия Семнадцатая. Очень высокопарное имя для маленького мопса с плоской мордочкой.

Я тоже попыталась погладить собачку, но ее интересовал только Анте. Орест так и остался стоять у дверей – он, кажется, не привык иметь дело с собаками.

– Кто там? – крикнул из комнаты чей-то голос.

– Это я! – крикнул в ответ Анте. – Я привел с собой друзей.

Герда сидела в кресле в гостиной. Перед ней стоял столик со стаканом воды и фруктами. Комната была симпатичная, но довольно тесная. Старинная резная мебель, большие книжные шкафы – и везде всякие безделушки. Наверное, так бывает, когда человек прожил долгую жизнь и собрал множество вещей, которые ему нравятся.

– Из социалки сегодня приходили? – спросил Анте.

– Привет тебе, малыш Антон! – сказала Герда вместо ответа. – Кого привел?

– Малин, ты ее знаешь, – ответил Анте. – И Ореста.

– Да-да, – кивнула Герда. – Это хорошо.

При этом она не объяснила, что именно хорошо, просто весело посмотрела на меня своим здоровым глазом. Второй глаз у нее смотрит куда-то в сторону, не всегда понятно, куда и на что.

– Каким путем вы сюда ехали? – спросила она.

– По велосипедной дорожке, под мостом, по пешеходной дорожке вдоль реки, – отрапортовал Анте.

– Ах! – воскликнула Герда. – Берите фрукты. Анте, принеси что-нибудь попить.

Анте исчез в кухне.

Я осторожно присела на старинный красный диван рядом с креслом Герды.

– Как приятно, что ты пришла, Малин, – сказала она мне. – И друга своего привела…

Она кивнула Оресту, а он так и стоял.

– Ну и о чем ты успела подумать с тех пор, как мы с тобой встречались? – продолжала она.

Я сглотнула. Лучше уж сразу брать быка за рога, все равно я не могла придумать никакого правдоподобного объяснения.

– Мне хотелось бы узнать о том самом Акселе, о котором вы как-то рассказывали… о том, который исчез. Он и вправду не вернулся?

– Нет, он не вернулся, – вздохнула Герда. – Вот такое с ним приключилось. Всю жизнь он занимался строительством дорог и мостов в Гетеборге. А в свободное время бродил по лесам или же сидел у себя в комнате, составляя бесконечные таблицы с цифрами и делая какие-то загадочные расчеты. Моя мама рассказывала, что в его комнате до позднего вечера жужжал арифмометр, но он никому никогда не говорил, чем занимается. Она считала, что дедушка, наверное, знал больше, ведь они с Акселем были близкими друзьями.

– А потом он исчез? – спросила я.

– Да. Это произошло вскоре после того, как он перестал работать и вышел на пенсию. Ему еще подарили золотые часы в знак благодарности… а после этого он проводил в лесу еще больше времени, иногда по несколько дней подряд. И однажды просто не вернулся. Они наверняка ходили в лес искать его, но, конечно же, не нашли никаких следов.

– Как вы думаете, куда он отправился?

– Хм… велик риск, что он упал, ушибся и замерз насмерть, бедняга… он ведь уже был не первой молодости. Или сорвался с обрыва…

– Но ведь тогда его бы нашли!

– Хм… – фыркнула Герда. – Лес большой. Но… вообще-то да. Может быть, он отправился куда-нибудь… на поиски новой жизни… рано или поздно все отправляются искать свой путь…

Иногда Герда говорит такие странные вещи! Почти как Мона.

Пока мы разговаривали, вернулся Анте, неся