Две зимы - Йолан Бертран

– Расскажи мне, пожалуйста, хотя бы, что произошло после того, как я очнулся. Ты постаралась меня предупредить, что всё случилось из-за Локи, но я вспомнил о твоём предупреждении, только когда уже всё закончилось. Вот тролли об этом знали. Они боялись Локи и даже старались помешать мне призывать его на помощь в те минуты, когда мне становилось страшно. Ведь это его голос я слышал в своём видении, так ведь? И ему совсем не понравилось, что ты мне о нём сказала.

Фрида даже головы не повернула к Альфреду. Она сосредоточилась на своей тарелке. А когда всё-таки ответила ему, то её голос зазвучал у него прямо в ушах. И мальчик даже не мог разобрать, шевелятся губы Фриды или нет.

– Ты наблюдательный, ты сообразительный. Это сослужит тебе службу в будущем. Внимание божества или сказочных существ не обходится без последствий. Локи тебя не забудет. Тролли и Зима тоже.

Альфред вздохнул. Тяжело иметь дело со взрослыми, никогда не отвечают ясно и прямо на твой вопрос.

– Я уверен, что Локи хотел тебя наказать, – сообщил Альфред, наклоняясь к Фриде. – Но ты всякий раз то так, то этак от него ускользала. И ты заслуживаешь, чтобы выпили за твоё здоровье, Фрида.

Фрида повернулась к нему и улыбнулась. Потом ласково пожала ему руку. На этот раз её губы шевелились.

– Ты славный паренёк, Альфред. Возвращайся за стол и веселись, думая обо мне. Этого будет вполне достаточно.

И единственный раз в жизни Альфред послушался и не возразил ни слова.

Как только с едой было покончено, столы и скамьи отодвинули к стенам, и музыканты достали свои инструменты. Альфред забрался под один из столов с третьим куском сладкого пирога, а Рагнар скромно сел перед этим столом, загораживая племянника. Вот тут-то и нашёл мальчика Фиолет, появившись неведомо откуда. Альфред поздоровался с другом по испытаниям, ласково проведя пальцем по его ярким волосам.

– Ты и твои соплеменники здорово помогли мне, – шепнул он, подвигая ему остатки сладкого пирога. – Всё, что было у нас украдено, вернулось в деревню. Но… – тут у Альфреда вырвалось что-то вроде кудахтанья, – мои односельчане попотеют, пока разберутся, что, где и у кого. Я специально перепутал все дома, чтобы посмеяться.

Фиолет тоже весело пискнул, и Альфред обрадовался, что друг оценил его шутку.

Внезапно дверь распахнулась, и в неё влетел порыв ветра со снегом. Тут же раздался хор голосов:

– Дверь! Закройте сейчас же дверь!

Альфред увидел ноги в высоких башмаках, на которых ещё не растаял снег. Кто-то шагал к бабушке, чтобы с ней поздороваться. Потом подошёл к Рагнару, который уже отплясывал в кругу танцоров.

– А тебе я не говорю спасибо, – отчётливо прозвучал голос в ушах Альфреда, и мальчик от неожиданности так подпрыгнул, что ударился головой о стол. – Ты и твой дядюшка испортили мою лучшую шутку за долгие-предолгие века!

Фиолет с пронзительным писком спрятался под воротником Альфреда. А рядом с Альфредом, согнувшись в три погибели, появился божественный Локи, на этот раз приняв вид крепкого мужчины с длинной рыжей бородой. Его зелёные глаза недобро поблёскивали. А в руках он держал целый сладкий пирог. Он уселся поудобнее и стал откусывать от пирога куски в три раза больше, чем могли поместиться во рту. Альфреду показалось, что он видит среди зубов острые клыки.

– Эта шутка не была лучшей. От хорошей шутки все хохочут, а от этой все плакали.

– Тоше мне, нашёлся маштер шуток, – усмехнулся с набитым ртом Локи, рассыпав во все стороны крошки от пирога.

– Я часто устраиваю разные шутки, – пробурчал Альфред, очень расстроившись, что Локи, которому он посвящал все свои розыгрыши, о них даже понятия не имеет. – Вы бы знали, как я умею шутить, если бы не были так заняты ссорами и беспорядками.

– Бешпорядки – вещь хорошая. Беш них шкушно.

Альфред вздохнул и вылез из-под стола.

Похоже, никому и в голову не пришло, что к ним на праздник Йоль пожаловал сам бог Локи, никто и не заметил, что он стащил большущий сладкий пирог.

Альфред смотрел на танцоров и танцорок. Маленькая девочка с тёмными волосами и золотистой кожей в высокой красной шапке отплясывала с его дядюшкой.

– Она не хочет танцевать со мной, – пожаловался Локи, вытягивая шею, чтобы лучше видеть веселящихся. – Она на меня сердится.

От пирога остались только крошки в его рыжей бороде и ещё варенье на губах.

– Она права. Не смешно, когда шутка тянется одиннадцать лет, – сказал Альфред. – Вы причинили столько горя её сестре. А где она сейчас, кстати?

Локи недоверчиво взглянул на мальчика и показал на окна и двери.

– Ты что же, её не слышишь?

Альфред прислушался. Снаружи ветер свистел и гнул деревья. Зима устроила бурю, поджидая Зимушку с праздника.

– Если Зимушка никогда меня не простит, – снова заговорил Локи, глядя, как она танцует, – это будет твоя вина. И мой гнев не пощадит ни тебя, ни твоих близких.

– Почему это моя вина? – обиделся Альфред. – Это не моя вина, а ваша. Вы украли у Зимушки чувство времени. С друзьями так не шутят!

Локи опустил голову и ничего не ответил. Альфред этому обрадовался, потому что когда он немного подумал, то решил, что, возможно, ему не стоило делать выговор Локи, он ведь могущественное божество и его гнев может обрушиться на Альфреда даже раньше, чем он пообещал.

– Зимушка когда-нибудь вас простит, – прибавил Альфред гораздо мягче. – Она ведь пришла вместе с вами на праздник, разве нет? Это хороший знак. Если вы будете шутить по-доброму, она скоро снова с вами подружится.

– Надеюсь, – тихо-тихо сказал Локи. – Надеюсь – я имею в виду на хорошее для тебя. Потому что иначе… Иначе я украду твою бабушку!

Альфред решил, что на этот раз Локи точно шутит. Он не выдержит и часа жизни с Брумильдой и тут же вернёт её в Буревую. Он будет умолять Рагнара и Альфреда её забрать.

Вообще-то, на празднике Йоль не место ссорам и огорчениям. И Альфред протянул руку богу хитростей и недобрых шуток и вытащил его из-под стола. Локи распрямился, но теперь, когда рыжебородый крепыш стоял рядом с Альфредом, на него тем более никто не обращал внимания. Альфред отрезал ещё два куска пирога, протянул один Локи и уселся вместе с ним за стол, чтобы любоваться праздником. Он решил составить Локи компанию, раз ему так невесело. Посидеть с ним молча. А потом Альфреду пришла в голову одна хорошая мысль.

– А вам когда-нибудь приходилось утаскивать все левые носки? – спросил он. – Это хорошая шутка. Неразбериха бывает страшная, но никто не плачет, а потом все даже смеются. Я уверен, что даже тролли согласятся вам помочь.

Фиолет выглянул из-под воротника Альфреда и выразил своё одобрение, показав большой палец. Локи поглядел на тролля, и глаза у него стали большие и круглые, как блюдца. Потом он загрохотал и положил руку, тяжёлую, словно гора, на плечо Альфреда.

– Послушай, паренёк, – сказал Локи, – да ведь это лучшее предложение из всех, какие я слышал! Давай-ка немедля обсудим наш план!

Благодарности

Если бы мне пришлось перечислить всех, благодаря кому появилась на свет эта книга, список занял бы не одну страницу, поэтому я ограничусь немногими.

Моя семья и мои друзья знают, как много места занимают они в моём сердце. Их надёжная поддержка на протяжении всех последних лет помогла мне стать писателем и автором, кем я теперь и являюсь.

Эта сказка была задумана в доме моей подруги Люс Бассер и благодаря ей опубликована в «Эколь де луазир», потому что Люс обратила внимание Лоика Тере на мои труды. Спасибо, дорогая подруга, за твоё гостеприимство, твою щедрость и поддержку.

Лоик Тере, мой издатель, сразу проникся симпатией к сказке. Спасибо, Лоик, за твой энтузиазм и твоё терпение, советы и подсказки, за долгие переговоры, устные и письменные, по поводу этой книги. А ещё за те, которые последуют потом и которых будет много.

Спасибо Тристану Жиону. Он присоединился к нам и обогатил своим талантом и вдохновением наш замысел. Благодарю тебя, Тристан, ты сделал живым и красочным мир моих героев, который я с такой симпатией описал. Каждая новая иллюстрация наполняла меня восторгом.

Мама и папа, спасибо вам за то, что в детстве у меня в руках всегда были книги, за то, что вы всегда