Страшные сказки Женщины в белом - Крис Пристли

— Ну, сейчас мы здесь, и ничего тут не поделаешь, — сказал он. — Пойдем. Мистер Маклеод будет о нас беспокоиться.

Он повернулся и направился обратно к пони и телеге, и, мгновение поколебавшись, Дэви последовал за отцом. В спину дуло, и Дэви вдруг показалось, что в дыхании ветра слышится шепот. Он обернулся, но увидел лишь дюны и камень.

Скоро Дэви с отцом добрались до жилища, которое на ближайшее будущее должно было стать для них домом. Они слезли с телеги и пошли по тропинке, и, оглянувшись, Дэви все еще мог различить на горизонте камень.

Дом был значительно больше, чем большинство других домов в округе, а по сравнению с хижинами с крышами из дёрна, попадавшимися по пути из гавани, он выглядел настоящим дворцом.

— Доктор Фрейзер, полагаю? — окликнул отца поджарый загорелый человек, стоящий на крыльце.

— Верно, — сказал доктор Фрейзер, пожимая его руку. — А вы, должно быть, мистер Маклеод.

— К вашим услугам, доктор, — ответил тот. — Входите.

Через вымощенный камнем вестибюль они прошли в гостиную, и мистер Маклеод представил их своей матери.

Войдя в комнату, Дэви сперва даже не заметил закутанную в шаль старушку, сидящую у камина. Слегка ошеломленная их вторжением, она походила на сову.

— Миссис Маклеод, — поздоровался доктор Фрейзер.

Старушка улыбнулась и кивнула.

— А этот приятный молодой человек, должно быть, ваш сын, — сказал Маклеод.

— Дэви, пожми руку, — велел отец. — Где твои манеры?

Дэви протянул руку, которую Маклеод радушно потряс.

— Не слишком ли вас утомила переправа? — спросил он, заметив кислое выражение лица Дэви.

— Ничуть, мистер Маклеод, — ответил доктор Фрейзер. — Море было спокойно, как мельничный пруд.

— Ну что ж, — сказал Маклеод. — Рад слышать. А дорога сюда?

— А, — сказал доктор Фрейзер. — Мы тут повстречались с одним местным. Не слишком приветливым.

— Да что вы? — Улыбка Маклеода померкла. — Очень жаль.

Доктор Фрейзер объяснил, что произошло, а Маклеод внимательно слушал, кивая и то и дело вздыхая.

— Это был Мёрдо, — сказал он.

— Он присматривает за местными старожилами, — сказала миссис Маклеод. — Он хороший человек.

— Я не имел в виду обратного, — улыбнулся доктор Фрейзер.

— Ему иногда… Как бы это сказать? Недостает светских манер, — сказал Маклеод. — Но дурных намерений у него нет.

— Уверен, что он славный малый. Уходя, он велел нам держаться подальше от дюн, — сказал доктор Фрейзер. — Мы просто разглядывали там старый камень.

Маклеод глубоко вздохнул и сложил руки, словно в молитве. Дэви заметил, что он бросил на мать обеспокоенный взгляд, но старая леди промолчала.

— Это Клах кратах, — сказал он.

— Прошу прощения?

— Вы не знаете гэльского, доктор? — спросил Маклеод.

— Знал, но давно, когда был еще мальчиком, — с грустью ответил отец Дэви. — Я надеюсь снова его вспомнить, пока я здесь.

— Что ж, это было бы замечательно, — сказал Маклеод. — «Клах» значит «камень». А «кратах» — ну, сгорбленный. Горбатый камень.

— Но почему этот Мёрдо так рассердился, что мы там ходили? — спросил доктор Фрейзер.

Маклеод выглядел смущенным. Дэви чувствовал его обеспокоенность; отец тоже это понял.

— Горбатый камень стоит здесь с тех пор, когда на острове еще не слыхали о Евангелии, — сказал Маклеод, помолчав.

— Вот оно что, — сказал доктор Фрейзер. — Ну что же. Удивительно, что здесь до сих пор стоит нечто подобное. Я слыхал, что люди на этом острове богобоязненные. Нельзя ли его повалить, мистер Маклеод?

Глаза Маклеода раскрылись чуть шире.

— Повалить? — тихо переспросил он, будто обращаясь к самому себе.

— Ну да. Полагаю, вы с сыновьями…

— Я не могу этого сделать, доктор, — решительно сказал Маклеод.

— Ох, старожилам бы это не понравилось, — вмешалась миссис Маклеод. — Совсем не понравилось.

— Тише, матушка, — сказал Маклеод.

— Но ведь наверняка… — начал доктор Фрейзер.

— Вы, доктор, на острове человек новый, — Маклеод будто внезапно решил, что разговаривает с ребенком. — Мы не любим перемен. Если хотите со всеми здесь поладить, я бы советовал это понять.

Хотя эти слова были произнесены с улыбкой, в голосе Маклеода Дэви послышались угрожающие нотки.

— Рядом с камнем лежат разные предметы, — продолжил доктор. — Некоторые из них даже ценные. Надеюсь, что люди здесь не поклоняются этому порождению язычества.

Маклеод снова улыбнулся.

— Что вы, доктор Фрейзер. Ни к чему удивляться и расстраиваться. Некоторые оставляют у камня подношения, только и всего.

— Боже милостивый. Но зачем? — нахмурился отец Дэви.

Маклеод пожал плечами.

— О, ну вы понимаете, — ответил он, как будто оставлять у камня подношения — самое обычное дело. — Кто-то просит о благополучном путешествии перед переправой на континент, или чья-то дочь ждет ребенка, и для нее просят счастливого разрешения от бремени…

Дэви увидел, что отец начинает сердиться.

— Есть те, кто продолжает следовать старым обычаям, — объяснил Маклеод. — Мы народ простой, доктор. Простите нам наши чудачества. Уверен, что в Эдинбурге люди для такого слишком искушенные.

— Старожилов нужно уважать, — сказала миссис Маклеод.

— Пожалуйста, матушка… Доктор Фрейзер, прошу вас не судить здешний народ строго. Я вас уверяю, это добрые люди. Во всей Шотландии вы не найдете таких богобоязненных людей.

Доктор Фрейзер глубоко вздохнул и посмотрел на сына.

— Не пропустите ли вы со мной стаканчик, сэр? — предложил Маклеод. — Как по мне, стаканчик смягчает потрясения.

Доктор Фрейзер невольно улыбнулся и слегка потер ладонью лоб.

— Конечно, мистер Маклеод. Я не прочь пропустить стаканчик.

Маклеод вышел в другую комнату и вернулся с бутылкой солодового виски и двумя стаканами, а также чайником и парой чашек с блюдцами.

— Я взял на себя смелость принести одну бутылку сюда, — сказал Маклеод. — Надеюсь, вы не против?

— Очень любезно с вашей стороны. Вы не присоединитесь к нам, миссис Маклеод? — спросил доктор Фрейзер.

— О нет, доктор, — сказал Маклеод. — Матушка не пьет. Правда, матушка?

— Что-что? — спросила миссис Маклеод. Она с улыбкой повернулась к Дэви. — Ты ведь хороший мальчик, да? Ты ведь будешь осторожен со старожилами, да? Не будешь им докучать?

— Да, — ответил Дэви, не зная, что еще сказать. Если все «старожилы» острова похожи на миссис Маклеод, он не станет им докучать очень охотно. Маклеод подал ему чашку чая.

— Вот и славно, — кивнула миссис Маклеод. — Он славный мальчик, Аласдер. Хороший мальчик.

— Тише, матушка, — сказал Маклеод. — Ты смущаешь паренька. Сланчевор, доктор.

— Сланчевор. — Доктор Фрейзер поднял свой стакан. — Доброе виски.

Они разговаривали, а воображение уносило Дэви на улицы Эдинбурга, к их прежней жизни. В настоящее его вернул звон стакана, который отец поставил на стол.

— Расскажите мне о местных, мистер Маклеод, — попросил доктор Фрейзер. — Мне не терпится узнать побольше о моих пациентах и об их суевериях.

— Знаете, доктор, — ответил Маклеод, — поживите здесь немного, и вы, возможно, поймете, почему эти люди все еще