Как спасти дружбу - Кэрри Берк

– И наконец, средняя школа имени Джейн Остин, Пенсильвания.

– Да-а-а-а-а-а-а! – раздался голос из задней части зала. – Вперёд, Эмма!

Она узнала бы этот голос где угодно – он принадлежал Хэрриет. Эмма обернулась и увидела свою подругу стоящей на стуле и кричащей во всё горло. Рядом с ней стояли и ликовали Иззи, родители Эммы и мистер и миссис Найт.

Эмма не могла понять, поразило ли Джексона появление в зале родителей и друзей – или он до сих пор не может поверить в слова мистера Хартфилда. Он замер на месте как монумент Линкольна.

– Не могу поверить, – произнёс он. – Мы сделали это.

– Да ничего особенного, – поддразнила она его, пожав плечами.

Хэрриет первой подбежала к ним поздравить.

– Я знала, что вы выйдете в финал, – сказала она Эмме. – Мы именно поэтому и решили прямо с утра поехать в Вашингтон, чтобы сделать вам сюрприз. Чтобы своими глазами увидеть, как вы всех побьёте.

– Браво! – добавил, подходя, отец Эммы. – Теперь мы сможем увидеть ваши финальные дебаты своими глазами.

Эмма заметила, как мама украдкой вытирает слёзы.

– Мам? – спросила Эмма. – Ты что?

– Я так тобой горжусь, – ответила мама. – Мы все тобой гордимся.

Джексон посмотрел на своих родителей. Отец широко улыбался, а мама снимала сына на свой айфон.

– Будущий прокурор, он пойдёт по моим стопам, – сказал его отец, похлопывая сына по спине.

– Нет, – вмешалась в разговор Эмма. – У Джекса более амбициозные планы. Однажды он станет президентом, вот увидите.

– Президентом? – переспросила миссис Найт. – А я тогда стану первой мамой?

– Не хотелось бы вас прерывать, но нас ждут на сцене для финального раунда. – К ним подошёл мистер Картер.

– Мы должны бежать! – сказала Эмма, помахав всем рукой. – Нужно ещё победить.

Когда они возвращались к сцене, Джексон схватил её за руку.

– У меня плохое предчувствие, – тихо сказал он. – Думаю, нам придётся дебатировать со школой Коламбус. – Он показал на высокую девочку в синей водолазке, сидящую у сцены.

– Ты её знаешь? – спросила Эмма.

– Её сложно не знать, – ответил Джексон. – Это самая умная девочка в школе, а она всего лишь в седьмом классе. Её зовут Обри Уайтхед, и она уже победила в двух орфографических конкурсах в штате, на мировом конкурсе латыни среди учащихся, а ещё она президент их ученического совета. Вот так.

– Ух ты! – слова вылетели у Эммы изо рта прежде, чем она успела остановиться. Меньше всего она хотела сейчас посеять в Джексоне неуверенность – но как можно состязаться с такой блестящей личностью?!

– Ну, у неё нет своего блога, так что я не очень впечатлена, – заявила Эмма.

Джексон закатил глаза:

– Если нам придётся дебатировать с Обри, мы обречены – обречены, понимаешь? Она же просто ходячий «Гугл».

– Не давай ей тебя запугать, Джекс, – предупредила она его. – Факты важны, но умение их преподнести не менее важно.

– Эм, никакое умение преподносить факты не поможет одолеть Обри. – Джексон покачал головой. – Но я знаю, что ты попытаешься.

– Попытаюсь, – подтвердила она. – И ты тоже попытаешься. Нельзя сдаваться, если мы уже забрались так далеко.

Они заняли свои места, и Эмма взяла в руки конверт.

– У меня хорошее предчувствие насчёт этого тоже, – сказала она своему товарищу по команде, хотя на этот раз покалывания в пальцах не было, и это её беспокоило.

– Итак, участники, откройте свои конверты, – сказал мистер Хартфилд.

Эмма разорвала конверт и, вытащив из него карточку, прочла вслух:

– «Мнение учащихся должно учитываться при управлении школой. Средняя школа имени Остин: ЗА; частная школа Коламбус: ПРОТИВ».

– Нам конец, – услышала она шёпот Джексона. – Конец.

У них было всего тридцать минут, чтобы подготовить аргументы для дебатов со школой Коламбус, и терять время было нельзя.

– О нет, – выдохнул Джексон, увидев, кто выступает вместе с Обри.

– Ты его знаешь? – спросила Эмма. – Он тоже выиграл какой-то всемирный конкурс?

Джексон покачал головой:

– Хуже. Это Тайлер Мартинес. Он главный редактор школьной газеты «Коламбус Преп Пен энд Инк». У него есть своё мнение по любому поводу, и он пишет для каждого выпуска колонку под названием «Письмо от главного редактора». Он всегда за то, чтобы исправить несправедливость и поднять волну негодования.

Редактор?! Колонка?! Своё мнение?! Исправить несправедливость?! Эмма пыталась осознать сказанное Джексоном. Этот Тайлер, судя по всему, чем-то похож на неё.

– Да этот тип пишет всё что думает, – вспоминал Джексон. – Когда администрация решила сократить часы работы школьной библиотеки, он написал большую статью, что это несправедливо и что учащиеся должны выступить против нарушения их права на увеличение времени для учёбы. Он призывал школьников разбить лагерь перед дверью библиотеки и не уходить, пока библиотеке не вернут обычное рабочее время. Он ещё притащил тогда в школу спальный мешок.

– Ты не рассказывал, – упрекнула Эмма. Этот парень мог похвастаться не только убедительностью, но и креативностью.

– Их невозможно победить, – нахмурился Джексон. – Я даже не знаю, с чего начать.

Эмма сделала глубокий вдох и тряхнула головой, как бы стряхивая все одолевающие её сомнения.

– Я знаю. Начнём с начала. Какой у нас тезис?

– Нужно учитывать мнение учащихся при управлении школой, – ответил Джексон.

– Конечно, нужно: в конце концов, это же наша жизнь, ведь так?

Джексон покачал головой:

– Не пойдёт. Обри скажет, что взрослые лучше знают, как управлять школой. А Тайлер добавит, что школы устанавливают правила, которые помогают детям учиться и расти в безопасности.

– Так как же нам их опровергнуть? – спросила Эмма.

– Не знаю, – ответил Джексон.

И в этот момент Эмме пришла в голову мысль.

– Я знаю, – сказала она. – Спроси меня.

– В смысле спросить тебя? – уставился на неё Джексон.

– В смысле, что лучше всего я думаю, когда пишу посты для «Спросите Эмму». Так спроси меня! «Дорогая Эмма…»

Джексон пожал плечами:

– Хорошо. Дорогая Эмма, наш директор хочет сам устанавливать правила в школе и не собирается при этом учитывать наше мнение. Это просто выводит меня из себя. Что мне сделать, чтобы убедить её, что нужно прислушиваться к нашему мнению?

Эмма схватила ручку и блокнот и стала лихорадочно строчить в нём.

– Скажи, что у тебя есть идея, – умоляюще попросил Джексон.

– Конечно, – ответила Эмма. Она вырвала листок и протянула ему. – Вот то, что ты должен сказать. Просто и ясно. Я буду выступать последней.

Джексон, прочитав написанное на листке, кивнул:

– Хорошо, если ты считаешь, что это сработает.

– Должно сработать, – сказала она. – Постарайся вытянуть короткую соломинку, чтобы выступить первым, прежде чем Обри или Тайлер успеют что-то