Канины истории - Марина Капранова

– Пойдём. И правда, надо немного охладиться.

Подружки прихватили покрывало и отправились вниз по улице.

Пруд находился прямо за деревней. Вся местная детвора в жаркие дни пропадала на берегу. Навстречу им попались ребятишки с мокрыми взлохмаченными головами.

– Уже накупались, – проворчала Лямка. – Наверное, всю воду переболтали в пруду.

Солнышко спряталось за тучку, подул свежий ветерок.

– Ну, вот, досиделись, скоро ещё и дождик припустит, – продолжала бурчать Лямка.

На берегу пруда никого не было. Тучка рассеялась, и выглянуло солнышко. Каня расстелила покрывало, сняла топик и шорты и легла загорать.

– И долго ты будешь солнечную ванну принимать? – не унималась Лямка.

– Пойдём купаться.

Кане было лень разговаривать. Она молча поднялась и пошла к воде, Лямка, довольная, побежала следом. Каня всё дальше и дальше заходила в пруд.

– Интересно, а если не закрывать глаза, что можно увидеть под водой? – подумала Каня.

Она зашла в воду с головой и стала разглядывать подводный мир.

Дно было илистое и не очень приятное, но чем глубже заходила Каня в воду, тем ровнее становилось дно, и видимость тоже становилась лучше. Лямка неотступно следовала за Каней. Всё гуще становились водоросли, и чтобы увидеть, что за ними, приходилось раздвигать их руками. Вдруг она услышала, что кто-то переговаривается:

– Я везде проверил: и по дну бороздил, и к поверхности поднимался, – сказал первый голос.

– Живчик, – обратился голос девочки к кому-то невидимому, – не мог Улик исчезнуть бесследно.

– Может, подключить нашу службу спасения к поискам? – послышался всё тот же первый голос.

– Я не хочу, чтобы о пропаже Улика узнали все, – ответила девочка.

Каня осторожно раздвинула водоросли и изумилась. На красивом голубом камне, в окружении диковинных водорослей, чистых и цветных, сидела маленькая девочка с длинными белыми волосами, а вместо ног у неё был рыбий хвост.

«Русалка!» – восхищённо подумала Каня.

Больше ничего она подумать не успела, потому что в покои русалки ворвалась Лямка. Девочка вскрикнула и ловко соскользнула с камня, спрятавшись за него. Маленькая рыбка метнулась вслед за русалкой.

– Ой, как здесь всё чистенько да уютненько! – осматриваясь, сказала Лямка. – Вот это мы здорово зашли, здесь, наверное, и чаем угостят.

Кане не имело смысла больше прятаться. Она раздвинула водоросли, вышла и остановилась рядом с Лямкой. Лямка была права: место было, как изгородью, ограждено водорослями и выглядело чистым и уютным.

Русалка неуверенно выглянула из-за камня.

– Выходите, не бойтесь, мы ничего плохого вам не сделаем, – как можно миролюбивее сказала Каня. – Мы здесь просто гуляем.

Русалка села на камень, за ней выплыла очень симпатичная пузатенькая рыбка, сама оранжевая, а плавники ярко-фиолетового цвета.

– Мы тут что-то слышали про пропажу кого-то, – сказала Каня. – Вначале давайте познакомимся. Я Каня, а это Лямка.

– Я Лейла, – сказала русалка. – А это мой друг Живчик. Вам мы можем сказать: у нас пропал друг Улик. Улик – это моллюск в ракушке, поэтому просто так далеко уплыть он не мог. А вообще, он живёт у нас под этим камнем, – указала Лейла на камень, на котором сидела.

– Я искал Улика везде: на дне пруда, на поверхности воды… Но его нигде нет, – сказал Живчик.

– Вчера был сильный ветер, может быть, его волнами выбросило на берег, – предположила Лейла. – Но только ни я, – указывая на свой хвост, – ни Живчик проверить это не сумеем. Нам не суждено ходить по берегу.

Каня призадумалась и сказала:

– Мы с Лямкой, конечно, можем на берегу поискать Улика, но это будет не быстро. Пока до берега дойдём по скользкому дну, пока обратно вернёмся.

– Нет проблем, – ответила Лейла.

На груди у неё висел розовый свисток в виде ракушки. Она три раза отрывисто свистнула в него, и тут же появился огромный карась.

– Вот это да! – отскочив в сторону, сказала Лямка. – Надо дедушке сказать, что у нас в пруду водятся такие караси. А то он на удочку каких-то миниатюрных ловит. Ловит да отпускает.

Карась был запряжён в повозку, сплетённую из зелёных водорослей. Повозка была без колёс.

– Это наш Карась-извозчик, – сказала Лейла. – Он быстро доставит вас к берегу и вернёт назад, если захотите вернуться.

Каня и Лямка запрыгнули в повозку, а Лейла и Живчик поплыли следом.

Карась-извозчик быстро доставил подруг к берегу. Каня и Лямка пошли по берегу, всматриваясь в песок: не мелькнёт ли где ракушка моллюска. Лейла высунула голову из воды и наблюдала за происходящим. Каня оглянулась и удивилась: на солнышке волосы Лейлы из белых стали ярко-оранжевыми. Каня и Лямка быстро осмотрели весь берег, но Улика не нашли.

Карась-извозчик доставил их на прежнее место.

Лейла рассуждала:

– Если его нигде нет, есть ещё одно место поблизости, куда Улик мог забрести. В гости к рыбке Пескарю. Пескарь живёт в норке под ватрушечным камнем. Здесь близко, только надо пройти через эти водоросли.

Водоросли они миновали быстро, и Каня поняла, почему камень называется ватрушечным. Он был похож на большую творожную ватрушку.

– Пескарь! – позвала Лейла, заглядывая под камень. Из-под камня поднялась мутная вода, и появилась маленькая рыбка.

– Что-то случилось? – с интересом разглядывая Каню и Лямку, поинтересовался Пескарь.

Лейла спросила:

– К тебе Улик сегодня не заходил поболтать?

– Нет, я его со вчерашнего дня не видел. – Пескарь немного помолчал и сказал: – Если у вас больше вопросов нет, то я поплыл домой. Вы меня оторвали от важного дела, – и поспешно юркнул под камень.

Все вместе побрели обратно. Навстречу плыл большой Карп.

– Вот ты где, – сказал Карп, обращаясь к Лейле. – Я хочу признаться. У меня в животе сидит и ноет Улик, со вчерашнего вечера.

– Ты зачем его проглотил? – накинулась Лейла на Карпа.

– Я не нарочно, – оправдывался Карп. – Вчера, когда начался ветер, я ужинал. Только открыл рот, как с ветром мне что-то залетело прямо в живот. Только потом я понял, что это Улик: когда он стал стучать мне по бокам и проситься назад. А освободиться от него самостоятельно я не могу. Помощь нужна.

В это время бока Карпа от ударов Улика стали шевелиться, и послышался крик:

– Лучше выпусти меня по-хорошему, а не то Лейле всё расскажу, тогда тебе не поздоровится!