Тайна пропавшей бабушки - Микки Лиш

– А ты пойдёшь с нами? – спросил Спенсер.

Дедушка Джон загремел отвёртками.

– Мне надо кое-что сделать.

Спенсер понизил голос, насколько смог, и нахмурился, подражая дедушке:

– Но ты же всё утро прятался в доме.

Тот усмехнулся:

– В следующий раз, прохвост.

Природа, которой ребятам предложили насладиться, оказалась холодной и пасмурной, но выйти из дома в самом деле было приятно. Хеди и Спенсер прошли по тропинке в сад, обламывая шипы с арки из розовых кустов и тыкая ими камни. Потом им даже, пусть и не без труда, удалось забраться на нижние ветки опавшего платана. Хеди оглядела ствол и ветви в поисках древоглядов, но быстро сдалась и просто устроилась на дереве поудобнее. Посмотрев на дом, она увидела на кухне миссис Вилемс, а вот дедушка Джон, похоже, ушёл с отвёртками обратно в кабинет.

– Знаешь, – сказала она, – мне кажется, дедушка Джон рад, что мы сейчас тут.

– Жаль, что мы живём так далеко, – отозвался Спенсер. – Я бы уже сейчас был фокусником.

Хеди засмеялась.

– Ты пока что не знаешь ни одного фокуса.

– Я не виноват – мы просто слишком заняты, – запротестовал он. – Давай посмотрим на яйца.

К своей радости, ребята обнаружили, что яйца изменились – даже то, что Спенсер полдня носил в кармане. Скорлупа была уже не тёмно-серой, похожей на полированный камень, а более светлой, словно далёкие грозовые тучи. На поверхности виднелось всё больше ниточек оранжевого цвета.

– Интересно, что это значит? Они готовы вылупиться? – спросил Спенсер.

– Можно узнать у дедушки, – задумчиво сказала Хеди. – О них он говорит охотнее, чем о том, что лежит дома.

Спенсер тут же сложил три яйца в три разных кармана пальто.

– Если они вылупятся, дедушка может разрешить оставить нам одну птичку в качестве питомца!

И он побежал вверх по склону обратно к дому, Хеди – за ним.

Приблизившись к чёрному ходу, ребята замедлили бег. Хеди резко дёрнула Спенсера за плечо, чтобы остановить, и они заглянули в окно кухни. Миссис Вилемс стояла в дверях между кухней и коридором спиной к ним. Она словно говорила что-то дверному косяку. Через несколько мгновений там появились бугорки – вздымались и исчезали, словно киты в море. Миссис Вилемс улыбнулась им и поднесла лицо поближе к косяку, чтобы один из древоглядов коснулся её кожи, словно целуя в щёку.

– Миссис Ви знакома с древоглядами, – выдохнула Хеди.

Повариха, весело улыбаясь, наблюдала, как древогляды гоняются друг за другом по дверному косяку, потом перебираются на притолоку и спускаются с другой стороны. А потом они исчезли. Ребята присели, прежде чем миссис Вилемс успела повернуться и увидеть, что за ней шпионят.

– Что нам делать? – прошептал Спенсер.

Хеди закусила губу.

– Давай попросим у неё помощи. Нам нужен зуб. Ради бабушки.

– А что ей сказать?

– Делай, как я скажу.

Пройдя через заднюю дверь, они невинно улыбнулись миссис Вилемс, которая нарезала яблоки. Хеди проверила, нет ли в коридоре дедушки Джона, потом глубокий вдохнула.

– Миссис Вилемс, вы знаете древоглядов?

Женщина молчала чуть дольше необходимого, прежде чем ответить:

– Кого, простите?

– Мы видели их с вами несколько минут назад, – сказала Хеди, постучав по дверному косяку.

– Один из них даже вас поцеловал! – добавил Спенсер.

Миссис Вилемс отвернулась и поставила на стол тарелку с яблочной кожурой.

– Не знаю, о чём вы говорите.

Лош! Лош! Лош!

Занервничав, миссис Вилемс задела тарелку, и кожура разлетелась по столу. Она пыталась понять, откуда кричат птицы.

Спенсер достал из кармана яйцо:

– Яйцо вралехвоста.

– Они знают, когда кто-то врёт, – тихо пояснила Хеди.

– С чего вы вдруг стали меня допрашивать? – вскинула руки миссис Вилемс.

– Пожалуйста, миссис Ви, нам нужна помощь древоглядов, – сказала Хеди. – Они стащили что-то, что не должны были. Зуб. Нам очень нужно, чтобы они его вернули.

Миссис Вилемс, похоже, это никак не волновало. Хеди решила проявить настойчивость:

– Дедушка Джон знает о вас и древоглядах?

Повариха отмахнулась:

– Ему всё равно.

Лош! Лош! Лош!

– Вы знаете о древоглядах, – продолжала Хеди. – Вы знали, как вылечить нас от холода. Вы не просто готовите и убираетесь в доме дедушки Джона, верно?

Миссис Вилемс выглядела так, словно готова была прямо сейчас выбежать из кухни. Спенсер взял яйцо вралехвоста в обе руки и вытянул их перед собой. Медные нити блестели на скорлупе; всё яйцо дрожало, словно от волнения.

Уставившись прямо на яйцо, миссис Вилемс сказала:

– Я… Меня отправил сюда много лет назад соперник вашего дедушки, чтобы я поселилась в его доме и выведала его секреты. Соперник хотел, чтобы я передала эти секреты ему.

– Альберт Никто? – уточнил Спенсер.

– Нет, не он. – Яйцо молчало, так что миссис Вилемс говорила правду. – Он угрожал моим сёстрам, но я никогда не рассказывала этому сопернику ничего важного. Да и вообще, он уже умер. – Увидев выражения лиц Хеди и Спенсера, она поспешно добавила: – Своей смертью!

– Так почему же вы всё ещё здесь? – удивилась Хеди.

Миссис Вилемс выглянула в окно кухни.

– Чтобы быть поближе к сёстрам.

В её голосе звучала неподдельная печаль, и Хеди чуть не возненавидела себя за то, что собиралась сейчас сделать.

– Если вы поможете нам забрать зуб у древоглядов, – сказала она, – мы не выдадим вас дедушке Джону.

Хеди очень не нравился шантаж; она залилась краской, и щёки даже закололо. Она попыталась смягчить жестокость своих слов, добавив:

– Это поможет нам найти бабушку.

В глазах миссис Вилемс блеснули гнев и удивление. Хеди посмотрела на Спенсера, ища поддержки, но тот уставился на карман пальто.

– М-м-м, – пробормотал он. – Из яйца кто-то вылупляется.

Глава 14. Карточный фокус

Кто-то вылуплялся не только из яйца в правом кармане Спенсера, но и из яйца, которое он держал в руке, и из третьего заодно. Через несколько минут ребята достали трёх мокрых птенцов из скорлупок и липкого желтка и посадили их в самодельное гнездо из кухонных полотенец. Сквозь гладкие пёрышки виднелась серовато-розовая кожа, а выглядели малыши очень усталыми.

Хеди и Спенсер ещё никогда не видели только что вылупившихся птиц. Они наклонились над птенцами, шёпотом восхищаясь ими, разглядывая крохотные глазки и клювы, которые те открывали и закрывали. Даже миссис Вилемс была очарована малышами – она спела им колыбельную на языке, который ребята не знали.

– Надо показать их вашему дедушке, –