Проклятие феникса - Эйми Картер

15

Зак

В одних только боксерах и мокрой футболке, Зак сидел у подножья холма, а его комбинезон лежал рядом и медленно сох на тёплом летнем солнце.

Лу стояла рядом, тревожно наблюдая за его дыханием. Это нервировало; последние полчаса она только и делала, что постоянно подскакивала к нему и спрашивала, всё ли у него хорошо.

– Всё в порядке, – повторил он в очередной раз. – Я жив. Умирать не собираюсь.

– Как-то уже не уверена, – пробормотала она, но села рядом и уставилась в ту же сторону, куда смотрел Зак.

Феникс, стоящий на склоне, наблюдал за ними блестящими чёрными глазами. Он сложил свои огромные крылья и не улетал, но не спешил и приближаться.

– Безумие, просто безумие, – пробормотал дядя, когда феникс только спустился. Он не рискнул подойти к огненной птице, но то и дело поглядывал на неё, пока обрабатывал рану русалки, словно не мог поверить своим глазам.

Зак знал, что феникс спас ему жизнь, но не понимал, как и почему. Оказался в нужное время в нужном месте? Но Диколесье было огромным, а Зак подозревал, что феникс спас их и от Суррей тоже. По крайней мере, он помнил вспышку золотого света и гром, сотрясший его до костей, словно одного лишь присутствия феникса было достаточно, чтобы пробудить в нём нечто давно уснувшее.

– Пенелопа говорила, что его не видели с отъезда мамы, – тихо сказал Зак сестре, не сводя взгляда с птицы. – Почему он вернулся?

Лу пожала плечами, с опаской наблюдая за фениксом. Она нервничала, но Зак не понимал, чего она так боится.

– А вдруг он опасен?

– Нет, – абсолютно уверенно сказал Зак. – Он меня спас. Он спас нас обоих.

Лу, кажется, поняла, о чём он, но не ответила. В воцарившейся тишине Зак начал медленно сдвигаться в сторону птицы. Лёгкие горели, как бы осторожно он ни вдыхал, а тело практически не слушалось, но он не мог упустить такую возможность.

– Зак… – с тревогой сказала Лу, но он не стал её слушать. Он знал, что феникс его не тронет.

– Привет, – сказал он, остановившись в нескольких метрах. Феникс замер, глядя на него, но так и не расправил крылья. Он не хотел улетать. – Я Зак.

Тишина стала ему ответом. Зак не шевелился; красные, рыжие и золотые перья феникса сверкали на солнце, а его длинный хвост переливался лазурью, такой же глубокой, как воды лагуны. В Чикаго Зак не встречал ничего подобного даже в книгах и фильмах.

– Спасибо, – некоторое время спустя добавил он. – За… за спасение. От русалок и от Суррей. Мы очень тебе благодарны.

Феникс чуть наклонил голову, словно всё понял, и отозвался низкой трелью. Зак просиял.

– За нами должок. Даже два, – сказал он – и, движимый храбростью, рождённой после столкновения со смертью, медленно протянул руку. Феникс снова застыл, но не отстранился, а легко ткнулся макушкой в ладонь.

Перед глазами тут же замелькали образы, становившиеся всё ярче.

Его мама, совсем молодая, кормящая в горах раненого дракона под бдительным взором феникса, готового в любой момент броситься к ней на защиту.

И снова она – даже младше, чем прежде, сидящая под раскидистым деревом со скрещёнными ногами, негромко говорящая что-то фениксу и такой знакомый смех в тишине.

Темноволосый мужчина в старинной одежде, помогающий девочке лет шести погладить жеребёнка единорога на пастбище. Его мама – и его дедушка, Аластер. Подросток неподалёку, помогающий ворчливому кентавру и хохочущий над шалостями младшей сестры, – Конрад.

И наконец, они с Лу, впервые ступающие в Диколесье. Он услышал клич феникса – теперь он знал, что это был феникс, – и увидел себя, оглядывающегося в поисках источника звука. Феникс сидел всего в нескольких деревьях от них. Как они его не заметили?

Видения пропали, и Зак судорожно вздохнул, словно вдруг разучился дышать. Ничего не говоря, он уставился на феникса, и всё встало на свои места.

Видения, которые были в его сне, наколдовал феникс. Но зачем? Пытался познакомиться с ним? Или это был просто подарок?

Зак не знал, но глаза вдруг начали слезиться, и он заморгал.

– Ты в порядке? – спросила Лу, осторожно придвигаясь к нему – видимо, чтобы не спугнуть феникса. – Давай вернёмся в поместье. Если в воде что-то было, может развиться инфекция…

– Всё хорошо, – выдавил он, поспешно вытирая глаза. – Просто пыльца.

– Надень маску, – тут же сказала она. – Как ты вообще до сих пор без неё ходишь!

Стоило к ней прислушаться, но рядом с фениксом Зак чувствовал себя абсолютно здоровым. Тяжесть в груди, проблемы с дыханием, зуд – всё испарилось.

– Всё хорошо, – спокойнее повторил он, поглаживая феникса по голове. – Он знал маму. Они были друзьями.

– Откуда ты знаешь? – спросила Лу, одновременно с сомнением и надеждой.

– Он сам мне показал, – ответил Зак тихо, чтобы не привлечь внимание Конрада. – Попробуй. Погладь его.

Лу опасливо протянула руку. Феникс снова застыл, но Лу ободряюще ему улыбнулась, и он подставился под её ладонь, легонько подталкивая. Улыбка Лу стала шире, и она скользнула пальцами по его шее к крылу.

– Ну что, ты их видела? – спросил Зак с нетерпением. – Воспоминания?

– Воспоминания? – переспросила Лу, не отрываясь от феникса. – Нет. А ты видел воспоминания?

– Видения, прямо как кадры из фильма. Там была мама, – сказал он, и к лицу прилила краска. Может, он их просто придумал? Нет. Слишком яркими они были, слишком живыми. – Ты точно ничего не видела? Может, надо ещё немного его погладить?

– Или у тебя начались галлюцинации, – с искренним беспокойством сказала Лу. – Серьёзно, пойдём домой.

Зак ещё раз скользнул пальцами по мягким перьям. Никакие это не галлюцинации, он же не сумасшедший. Это воспоминания – такие же, как во сне. Самые настоящие.

– Ингрид поправится, – сказал Конрад, до сих пор сидящий на берегу. Он помог очнувшейся русалке вернуться в воду, и она осторожно поплыла к подругам, прячущимся в тени. – А ты как, Зак? Получше?

Он кивнул.

– Только очень устал.

– Понимаю. – Разобравшись с делами, Конрад медленно подошёл к фениксу, открыто разглядывая великолепную птицу. – Я так давно его не видел…

– Пенелопа сказала, что он исчез после отъезда мамы, – сказал Зак.

Феникс тем временем обернулся к Конраду и нахохлился.

– Да, – согласился дядя, опускаясь на корточки. – Он и раньше появлялся только в её присутствии. Феникс выбрал вашу маму, когда она была совсем маленькой, и очень к ней привязался. Неудивительно – она всегда отлично ладила с животными. День, когда она вышла замуж за вашего отца и уехала, стал для существ Диколесья днём траура.

– Мама любила животных? – удивлённо спросила Лу.

– Конечно, –