Шли по улице девчонки - Николай Иванович Хрипков

в нескольких местах клеенкой, сидел старик в серой шляпе. В правой руке он держал тросточку, а левая лежала на колени. Серый пиджак был застегнут на все пуговицы. Он повернул лицо в сторону Даши. Но оно осталось совершенно неподвижным, ни одного движения. В глазах никакого интереса. Ничего не сказал, не кивнул и даже не моргнул. Подруги пошли дальше. Какое-то время они молчали. Они шли мимо большого дома, за оградой стояли высокие заросли с мелкой ранеткой.

— Чего ты, Даша? — спросила ее Полина. — Ты знаешь этого дедушку? Ну, с которым сейчас поздоровалась?

— А-а! — Даша отрицательно покачала головой. — Нет, не знаю. Дедушка как дедушка!

— Зачем же ты с ним здоровалась, если ты его не знаешь? Разве с незнакомыми здороваются?

— Понимаете, девочки…Тут такое дело…

Даша остановилась. Девчонки тоже.

— Я шла в школу, а он сидел уже здесь. И сидел точно же так, как сидит сейчас. Держал тросточку, а другая рука лежала на колене. Только тогда я прошла мимо и не поздоровалась. А сейчас поздоровалась.

— Ну, и чего? — спросила Оксана. — Ничего не пойму!

— Но странно как-то! Вы же сами видели, я с ним поздоровалась сейчас и ноль реакции. Может быть, его парализовало, и он целый день сидит здесь парализованный, а никто этого не знает. Представляете, девочки?

— Если он сидит здесь на лавочке, значит, он живет в этом доме, — стала рассуждать Полина. — Не один же он живет. У него есть бабушка. И если бы его парализовало, она бы вызвала «скорую». И он бы здесь не сидел.

— А может быть, он сторожит дом, — предположила Оксана. — Ему нельзя ни с кем разговаривать, иначе его уволят. Он же тебе не будет говорить, что охраняет дом? Ну, вот! Это так, как я сказала!

— Ага! — кивнула Даша. — А тросточка — это его оружие! Так воров отделает ей, что мало не покажется! Сразу убегут от него.

Подружки засмеялись, представив, как дедушка бегает с тросточкой за ворами и колошматит их. А они вопят.

— Нет! Нет! Девочки! — закричала Полина. — Это йог! Конечно же, это йог! Он сидит в позе и как это… медитирует. Кровь медленно циркулирует, сердце бьется редко…Он погружен в медитацию.

— А давайте вернемся и спросим? — предложила Оксана. — Может быть, он ответит.

— Чего спросим-то? Что он ёог?

— Ну, чего он сидит весь день на лавочке. Почему он в одной и той же позе.

— Ну… А давайте! Пойдемте сейчас и спросим!

Они вернулись назад. Дедушка сидел в той же самой позе. Остановились на некотором расстоянии. Мало ли что! Полина толкнула Дашу: давай ты! Даша набралась духа. Сделала два шага вперед.

— Дедушка! А дедушка! Вы слышите меня?

Ни малейшего движения! Как каменная статуя.

— Дедушка! Вы меня слышите? Если слышите, кивните! Головой, пожалуйста, кивните!

Старик поглядел на девчонок. Во взоре никакого интереса. Словно перед ним пустое место.

Они дошли до перекрестка. Здесь частный сектор заканчивался и вновь начинались многоэтажки. Через дорогу справа был магазин. Но сейчас его закрыли и там шел ремонт. Девчонки перешли через дорогу. Оксана остановилась. Подруги тоже остановились.

— Давайте, девочки, передохнем! Фу, что-то я устала. Идем-идем. Мне кажется, что мы уже целый год идем. Уже никаких сил нет.

Девчонки стояли, оглядываясь по сторонам.

— Девочки! А знаете, какое у мена любимое занятие на уроках? Никогда не догадаетесь! — сказала Оксана.

— Можно я угадаю? — сказала Даша, подняв руку, как на уроке. — Ну, пожалуйста, можно?

— Ага! — кивнула Оксана. — Я разрешаю вам ответить.

Даша на некоторое время замолчала, придав лицу думающий вид. Потом скривила рот.

— Твое любимое занятие… твое любимое занятие, — бормотала Даша. — Какое же твое любимое занятие?

И неожиданно и весело выкрикнула громко, что подруги вздрогнули:

— Затаиться и молить всех древнегреческких богов, чтобы тебя не вызвали к доске! Вот какое у тебя любимое занятие.

Оксана надула щеки. Глаза ее метали гнев.

— Вот всегда ты так, Даша. Знала бы, не разрешила.

— А мне можно отгадать? Я уж точно отгадаю.

Это уже Полина. Она приподнялась на носочках.

Оксана покосилась на Полину. Вдруг тоже что-нибудь ляпнет.

— Только без глупостей! — предупредила она. — А то я вас знаю. Вам бы надсмехаться!

— Твое любимое занятие, — Полина сделала паузу. — Мечтать! Потому что ты мечтательница! Самая великая мечтательница!

Оксана удивилась. Такого она не ожидала.

— О чем мечтать, Полина? Я что-то не поняла.

— Ну, например, о том, что тебе подарят. Такой подарок сделают дорогущий-предорогущий! Ты будешь в восторге.

— А что мне подарят дорогущего? Очень даже интересно.

— Откуда я знаю, что тебе подарят!. И ты не знаешь. До самого последнего момента ты не знаешь, что тебе подарят. Вот ходят муж с женой по магазинам. И жена спрашивает мужа: «А что бы нам подарить Оксане? Давай это подарим? Нет! Не будем! Как-то не очень, позорно смотрится! Скажут, что мы крохоборы какие-то, не смогли ничего лучше подарить! Может быть, вот это купим? Нет! Тоже не будем! Это мы уже дарили. Только не помню кому. Может быть, Оксане и дарили! Нет! Не будем рисковать! А это слишком дорого! Не в коня корм! Вот это подарим! Милый, смотри какой хороший подарок! Ты не находишь, что это очень хороший подарок? Ей он обязательно понравится!» И купят в очередной раз какую-нибудь ерунду, которая тебе совершенно не нужна. Но ты будешь делать вид, что очень обрадовалась их подарку. Ах, какой замечательный подарок! Просто чудесный подарок!

Оксана задумалась, несколько раз надула щеки, а затем робко произнесла:

— Ну, вообще-то я об этом как-то не думала. Конечно, подарки — это очень важная часть жизни человека. Девочки! Вы не угадали! Моё любимое занятие — писать записки. Конечно, на уроках. Кто же дома пишет записки? Дома и так без всяких записок дел полно. А на уроках…

— Записки? — удивились подруги. — А почему записки?

— Да! Записки! А вы разве на уроках не пишите записок. Я уверена, что нет такого человека, который на уроках не написал хотя бы одной записки. Все пишут записки.

— Вообще-то пишем тоже, — согласилась Полина. — Ну, иногда пишем.

— Вот и я пишу. Только писать нужно осторожно, чтобы учительница не заметила, что ты пишешь записку, и не отобрала ее у тебя. Поэтому надо скрываться.

— Да понятно! А кому ты пишешь записки? — спросила Даша. Ей стало интересно.

— Ну, кому… Кому я пишу записки? По-разному бывает, кому я пишу записки, разным пишу записки. Ленке Шмельковой, например. Она тоже любит писать записки. Правда, такую ерунду всё время пишет, потому что она не умеет писать