Музыкальные мифы. Книга 1 - Владимир Викторович Кирюшин

государстве все стало по-иному. Сюда потекло множество народа. И хоть ходили о РЕде и его губернаторах какие-то подозрительные слухи, но люди шли и шли в город: за великолепной розовой солью, серебром и чудесными БАСОВЫМИ инструментами. Инструментами, которые играли сами. И не знали люди, что эти инструменты постепенно разрушали людей, которые их покупали, постепенно превращали их в оборотней, которые через некоторое время стали все больше появляться то в том, то в ином городе, то в том, то в ином государстве.

Наиболее предприимчивые из приходящих в БАСОВЫЙ город людей, прихватывали с собой мягкие ШЛЯПЫ ХЕТЫ для ХЕДов и апельсины. И за это сами получали от губернаторов серебро.

Жизнь текла. Диссонанс был очень доволен. Еще бы, ведь это он помог КРАСНОМУ РЕду сделать самоиграющие инструменты, он вложил в них программу «Оборотень». Поэтому ему было весьма приятно видеть, как его мечты сделать людишек злыми и отвратительными сбывались.

Однажды РЕмина, по обыкновению, покинула дворец и убежала в горы последить за полетом СИльвы. И там, по пути, с ней случилось несчастье — она превратилась в змею. К этим превращениям, как и ее сестра РЕгина, она уже привыкла. Но сейчас это случилось не в городе, а в лесу, поэтому она испугалась по-настоящему. Ведь в городе можно было приползти к отцу, матери, спрятаться от людей. А здесь? Здесь все пугало: и деревья, и колючие кусты, и звери.

«А вдруг они меня съедят? — мелькало у нее в голове. — Вдруг раздавят?»

И она быстро поползла обратно в город.

Когда она уже спускалась от замка СЧАСТЛИВЧИКА ЛЯва к замку ВЕЛИКОЛЕПНОГО ФАйна, в лесу на нее действительно наступил олень. Он шел, как всегда, задрав гордую голову и ничего не замечая. Олень знал, что он строен, красив, и поэтому был доволен собой. И вот... совершенно случайно он наступил на РЕмину.

Та страшно зашипела, обозлившись на нахала, и стала на него нападать. Олень очень смутился. Он совсем не хотел делать змее зла или причинять боль, и поэтому извинился. Но ничто не могло остановить РЕмину, она злилась все больше и больше.

Наконец она сказала оленю:

— Ты, нахал, наступил на меня, дочь Змеиного Царя! Я не прощу тебя за это. Ты больше не будешь таким гордым, как раньше. Ты не будешь так высоко задирать свою красивую голову — она станет тяжела для тебя. Теперь у тебя будет не два рога, а ШЕСТЬ! ШЕСТЬ! Ш-ш-ш-шесть! Понял? И все тебя будут звать противным и некрасивым именем «С-с-секста! С-с-е-екс-с-ста!»

— Секста! Секста! — подхватили говорливые болтуньи-сороки и понесли это имя по всей земле (с тех пор оленя с ШЕСТЬЮ рогами так и зовут некрасивым именем).

Испуганная РЕмина приползла к спальне Анны.

— О, господи! Ты? Где ты пропадала? Ты же знала, что вот-вот должна была превратиться в змею, а убежала. Тебя же могли убить!

— Да-а-а, — промолвила РЕмина, — меня ч-ч-ч-уть не з-з-задавил олень. Я его наказ-з-зала. Наказ-з-з-зала.

— Кошмар! — вскричала мать. — Я все расскажу отцу! Все! Вот увидишь! А сейчас скажи-ка, сколько времени ты в образе?

— Я с-с-с-стала з-з-змеей, когда с-с-с-солнце было выс-с-с-соко, — прошипела РЕмина. — Я ус-с-с-стала. Оч-ч-ч-чень.

Она уснула.

АНна не стала ее будить. Впереди была еще неделя, и она не стала особенно волноваться. Взяла дочь на руки, посадила ее в специальную золотую корзинку и закрыла крышку. Захлопнув дверь АНна побежала все рассказать мужу.

РЕду ничего не оставалось, как обратиться к «Самому».

И они стали ждать, когда ДИССОНАНС соизволит посетить город.

ДИССОНАНСУ же было не до того. Уже три с лишним года он занимался только одним — разведением ЛЮГУБРОВ в своем замке. На время он забыл обо всем остальном. И даже работу над драконами.

Каждый день к нему в горы поднимались посланцы Мал-с’УмКвинта и несли несчастных плачущих младенцев ШЕСТНАД. Каждый день матери безвозвратно теряли своих детей и от этого сходили с ума, бросались в в реки и пропасти. Каждый день проклинали они ЛОКРИЙСКИХ солдат в СИних мундирах и их короля. Каждый день то в одном, то в другом конце страны вспыхивали бунты.

Но все это подавлялось с ужасной жестокостью. Ведь СИла солдат от волшебного ЛЮКа возрастала тоже с каждым днем.

Матери стали прятать своих детей в надежде, что их не найдут. Но не тут-то было. После ЛЮКа солдаты СМОТРЕЛИ буквально сквозь землю, и никуда от них нельзя было скрыться.

Уже и царь ДоДи-Ми-Соль-Сий, и его жена ФаДи-Ля-ДоМия стали понимать, что скоро терпение народа может лопнуть. Да и людей стало рождаться катастрофически мало. А ДИССОНАНС требовал все новых и новых жертв. Он настолько увлекся садоводчеством, что ничего другого не желал замечать. Для того, чтобы МРАЧНЫЕ ЛЮГУБРЫ были все более крупных размеров, он закапывал в ямы уже не по одной, а по две или даже по три малышки — и от этого цветы росли высоченными, с огромными бархатными лепестками.

ДИССОНАНС ухаживал за ними, как за живыми созданиями, он даже называл свои цветы детьми.

Однажды царь ДоДи-Ми-Соль-Сий заикнулся ДИССОНАНСУ, что у него в стране резко сократилось население и что это его очень волнует. ДИССОНАНС с удивлением поглядел на него:

— А ЛЮК?

— Что ЛЮК? — не понял ДоДи-Ми-Соль-Сий. — Мы растим его. Но ведь от ЛЮКА дети не рождаются.

— Что-о-о-о? Хо! Хо! — громовым голосом засмеялся волшебник. От ЛЮКА, говоришь, не рождаются? Это уж точно! Точно! Да...!

ДоДи-Ми-Соль-Сий стоял растерянный и не знал, что ему делать.

Наконец владыка спросил:

— Что уставился? Не понял?

— Никак нет. Не понял.

— Ну и глупец! Я же ЛЮК тебе для СИлы дал, а не для детей. С помощью же силы этих самых детей можно тысячами добывать. У соседей, конечно. Ты все еще о чем-то думаешь?

Мал-с’УмКвинт покрутил головой...

— Ну и дурак! Иди и думай! Думай лучше! А не сможешь — так тебе и надо!

И вот ЛОКРИЯ стала готовиться к своей первой войне, Царь ДоДи-Ми-Соль-Сий решил напасть на МИНОРНУЮ страну ЭОЛИЮ — ту самую, в которой недавно произошел дворцовый переворот и свергли с престола отца его жены. Царица была вне себя от злости. Еще бы: отца не только лишили трона, но и убили. Поэтому, когда она услыхала от супруга о предстоящем походе, то чрезвычайно обрадовалась.

— Давай! Давай, накажи этих