Музыкальные мифы. Книга 1 - Владимир Викторович Кирюшин

Вам что, делать нечего было, пешком речку переходить? Взяли бы лодку да переплыли.

— А нас за ХЛЕБ вБРОД заставляли, чтобы воды не боялись.

— Нет, у нас такого не было, — удивился РЕд. — Мы тоже РЕПЕТИРовали и ПОВТОРЯЛИ упражнения, ШТУДИРОВАЛИ и УЧИЛИ учебники, но совсем не затем, чтобы переходить вБРОД речки и получать за это ХЛЕБ. Зачем это нужно?

— А ты думаешь, это нравилось мне и подругам? Перейдешь вБРОД, ХЛЕБ получишь, а учителя кричат: «ЭГЕЙн! СНОВА! ЭГЕЙн! СНОВА! ЭГЕЙн!»

Перейдешь вБРОД в другую сторону, опять ХЛЕБ получишь опять слышишь: «ЭГЕЙн! СНОВА! ЭГЕЙн! СНОВА!» А потом опять за учебники и опять УЧИТЬСЯ, ШТУДИРОВАТЬ до тех пор, пока глаза СЛИПаться не начнут. Так СПАТЬ от этой учебы хотелось.

— Ну, это знакомо. Нам тоже СПАТЬ хотелось и глаза СЛИПались. Мы тоже без конца книги изУЧАЛИ и ШТУДИРОВАЛИ. Но зато потом, в конце дня, все МАЛЬЧИШКИ устраивали учебный БОЙ.

— А нас учили ШИТЬ РУБАШКИ. Называлось это у нас производственной практикой. Старая учительница-портниха была у нас фанатичкой, когда бы к ней в класс не заглянешь, она ШЬЕТ и ШЬЕТ эти РУБАШКИ. Вот и мы, глядя на нее, старались ШИТЬ наперегонки, как можно быстрей и больше.

— Представляю, какие были эти рубашки.

— А тут и представлять нечего: носить их могли только идиоты или же кто-нибудь из деревенских. Там был один брак. А учительница все равно ШЬЕТ и ШЬЕТ. «РУБАШКИ! РУБАШКИ!» ШЬЕТ и ШЬЕТ... Это так надоело и вошло в сознание каждой девочке, что многие из них даже во сне кричали: «ШЬЕТ! ШЬЕТ! РУБАШКИ! ШЬЕТ! ШЬЕТ! ШЬЕТ!»

— Хи-хи-хи! — засмеялся РЕд. — Вот, должно быть, родители пугались за своих деток. Из вас, таких маленьких куколок, каких-то сумасшедших делали. Каких-то производственниц. И небезуспешно как я на тебя погляжу. Ты нет-нет, а тоже шьешь РУБАШКИ для наших девочек. Видать, горит твоя душа по производственной практике? Ха! Ха!

АНна сначала не поняла издевательства над собой и замолчала, но через мгновенье она буквально подпрыгнула на кровати:

— Ну, знаешь! Ты хочешь сказать, что я чокнутая? Что от ШТУДИРования и УЧЕНЬЯ у меня мозги набекрень повернулись? Ты на себя посмотри! Ты-то чем лучше? Сам всех замучил: все пишешь свои дурацкие указы, заставляешь всех ЗАУЧИВАТЬ их наизусть и ШТУДИРОВАТЬ. А твои полицейские только и знают, что в скулу бьют за то, что кто-то мало РЕПЕТИровал и ПОВТОРЯЛ твои глупые цитаты.

— И правильно делают, — возразил РЕд, — у нас в школе тоже в СКУЛу без конца били. И нас учили. МАЛЬЧИШКИ в БОЙ идут, друг с другом дерутся — и в СКУЛу. Такая наша ШКОЛА была.

— Господи! Какое варварство!

— А еще мы друг другу ФИНГалы ставили и при этом кричали: «ВЕЩЬ! ВЕЩЬ!», если ФИНГал получался большой и синий.

— Кошмар!

— И учителя потом переняли у нас эту привычку. Чуть что и кричат: «ВЕЩЬ!», «ФИНГал», «ВЕЩЬ!»... Не то что у вас: ”ЭГЕЙн! СНОВА!”

— Нашел, чем хвалиться: ФИНГалами, МАЛЬЧИШЕЧЬИМИ БОЯМИ, ударами в СКУЛу. Вот поэтому и вырос таким неотесанным. Даже на ХЕДов — и то кричишь. А забываешь, что у ХЕДов живые одни только ГОЛОВЫ, а так — они же куклы. Кричи, не кричи — все равно бесполезно.

— А у нас не только это было, мы еще посуду изготовляли. Учитель по гончарному делу, помнится, ходил всегда в ГОЛУБОЙ БЛУзе (он вообще ГОЛУБОЙ цвет любил). Ух, и сердитый был! Кто что-то не так сделает, он берет ГОЛУБОЕ блюдце и ему по башке. Вот-вот все мозги вышибет! Одни фарфоровые брызги от этих блюдец летели.

— Правильно, что теперь с тебя взять с такого. Это, наверное, твои мозги разлетались вместо осколков. У вас не учителя были, а звери какие-то!

— У вас не лучше!

Распаляясь все больше и больше, они чуть не кинулись друг на друга с кулаками.

— Ну, так что? Также будем УЧИТЬ ШТУДИРОВАТЬ наших девочек?

— Нет уж, так не пойдет. Это же наши дети! Других как угодно учить можно, а своих ни за что!

— Вот то-то же! Давай думать, как это будет по-другому.

Они еще долго спорили, но не придя ни к какому конкретному решению, так и уснули.

Наутро они решили, что сначала отдадут РЕгину и РЕмину на учебу к каждому из губернаторов (так РЕд называл четырех своих помощников).

— Поучатся у них жизни, у каждого по месяцу. А уж потом наймем иностранных педагогов — наши-то отечественные ни на что не годятся.

— Пусть сначала поедут в горы к СЧАСТЛИВЧИКУ ЛЯву, — предложил РЕд.

— Нет уж, нет! — как всегда, возразила АНна. — Все будет наоборот. Пусть спустятся под землю, в соляную шахту к полковнику и ХУдому УОТу. Начнут с самого плохого, а уж потом постепенно привыкнут и к другим вещам.

— Да, но кто за девочками будет следить, чтобы они не убежали?

— Конечно же ЛИС. Ты помнишь, его и КЕНа нам к свадьбе ДИССОНАНС подарил?

— А где этот ЛИС сейчас?

— ЛИС работает у полковника, там, в подземелье. ЛИС СЛУШАЕТ для него что-то. Ведь полковник всегда и всех подозревает, даже своих СОЛдат. Вот поэтому и посылает ЛИСА СЛУШАТЬ, что СОЛдаты говорят и про него, и про других правителей.

— Хорошо, я прикажу СОЛЬ, чтобы ЛИС СЛУШАЛ и наших девочек. Тогда мы всегда будем в курсе дел. Пусть учатся в подземелье, так и быть. А уж потом будут подниматься к СИльверу и остальным. Думаю, что РЕгине эта учеба придется по вкусу, ведь она обожает пропадать в подземелье. А вот РЕмина будет недовольна.

РЕд позвонил в колокольчик. Вошел ХЕД N 42, его личный секретарь.

— Соберите остальных ХЕДов и немедленно сделайте непроходимыми все дороги, ведущие в горы, чтобы туда не смогли подняться ни человек, ни змея, ни зверь. Засыпать все камнями, толченым стеклом, гвоздями, всем, чем угодно!

— Но как же быть с ВЕЛИКОЛЕПНЫМ ФАйном, который живет на холмах и СЧАСТЛИВЧИКОМ ЛЯвом, живущим в своем новом замке в горах? Как они будут общаться с Вашим Величеством?

— Ерунда, — буркнул РЕд, — остальные ХЕДы пусть сразу же примутся за