Октябрьские ведьмы - Дженнифер Классен

– Э-эм… Не обращайте внимания, это просто… котёл, – быстро сказала я – и тут же об этом пожалела. – Спасибо!

Схватив котёл, я потащила его за собой, прошипев:

– Ну и куда ты намылился?

Ногой закрыв за собой дверь, я поставила неудобную посылку на нижнюю ступень лестницы и притянула котёл к себе. Его содержимое, переливающееся всеми цветами радуги, продолжало булькать и выбрасывать искры. Я уже открыла рот, чтобы сказать «Это всего лишь суп, ничего необычного», но у меня внезапно отнялся язык.

Из котла выстрелила блестящая золотая лента, и я не сразу поняла, что вижу. Какая-то невидимая рука рисовала что-то в воздухе, совсем как тётя Пруди в начале месяца. Она блестела на свету как след от слизняка, только слизняки так быстро не ползают. И уж точно не прямо по воздуху.

– Клем… это ты делаешь? – спросила Мирабель.

– Нет конечно, – ответила я. Сенара и Керра отпрянули от рисунка в воздухе, в котором уже можно было узнать звезду. – Что вы задумали, Морганы?

Сенара, не отрывая от неё глаз, помотала головой:

– Это не я.

– И уж точно не я, – добавила Керра. – Вы, Мерлины, такие странные. Кто-то творит магию через этот котёл. Чей он?

– Тёти Темми, – ответила Мирабель, всматриваясь в булькающий котёл.

– Это которая? В комбинезоне?

– Нет, Темми умерла.

Сенара нахмурилась:

– Но когда ведьма умирает…

Законченная звезда отлетела от котла, и мы торопливо попятились, сохраняя безопасную дистанцию – так, что Мирабель и я оказались по одну сторону от неё, а Сенара и Керра – по другую.

– Пятиконечная – это мерлинская звезда, – заметила Керра.

– Этого не может быть, – прошептала я.

– Но в вашем ковене ведь есть ещё две ведьмы? Из старших в смысле. – Это было скорее утверждение, чем вопрос.

– Нет, – отрезала Мирабель.

Покосившись на неё, я уточнила:

– Только одна. Наша тётя Темми умерла, а Флисси…

– …не пользуется магией, – договорила Мирабель.

– На неё не снизошла магия?

– Нет, снизошла, просто она ею не пользуется.

Керра вытаращилась:

– То есть ваш ковен расколот?!

– Ты ничего не знаешь о нашей семье, – резко сказала я, представив, что между нами и тётей Флисси и тётей Темми разверзлась бездна, расколовшая нас. – Всё было не так.

Правда, хотелось мне того или нет, сейчас наш ковен сузился всего до двоих: меня и моей не-выносящей-меня-даже-в-хорошем-настроении кузины.

Я сердито посмотрела на Керру.

– Ты украла мою маму, мелкая, повёрнутая на магии колдунья! – От возмущения мой голос повысился на октаву. – И теперь с ней что-то не так! – Меня разрывало от желания узнать, что с моими родными.

– Кого это ты назвала повёрнутой?! – вскинулась Керра. – И следи за языком, Мерлин, потому что мы одни из опаснейших…

Мои руки сами собой взлетели вверх. Я понятия не имела, что буду с ними делать, но Керра меня довела.

Она недоумённо наклонила голову:

– Что ты делаешь?

– Я… я…

– Вы, Мерлины, так глупо выглядите, вечно размахивая руками. Магией управляют глазами. Как великие Морганы. Мы ведьмы разума, а у вас его попросту нет.

В этот момент мы все заметили, как золотая звезда, до того, невинно поблёскивая, висящая в воздухе, начала опускаться на пол, готовясь к тому, чтобы ведьмы встали на её концах.

– Это ты делаешь? – спросила меня Мирабель.

– Мой ответ по-прежнему «нет».

– Я не собираюсь вставать в это с Мерлинами, – заявила Керра, глядя на расчертившую пол между нами звезду. – Матушка бы этого точно не одобрила. – Расправив плечи, она быстро пошла прочь, хлопая полами мантии.

Я тоже не горела желанием вставать в звезду с Морганами. Но для меня важнее всего было вернуть маму и тёть.

– Я ни за что в неё не встану, – помотала головой Мирабель. – Мы даже не знаем, откуда она взялась. Или что произойдёт.

– Она появилась из нашего котла. Кто-то прислал её нам – значит, стоит попробовать… Пожалуйста, Мирабель! Ради моей мамы! – почти взмолилась я.

Она кивнула:

– Ладно, давай. Ради тёти Петти…

– Нет, – сказала Керра. – Я не возьмусь за руки с Мерлинами.

– Бережёного звёзды берегут, – вставила Сенара.

– Ты сейчас… Ты что?.. Пошутила? – не поверила своим ушам Мирабель и отбросила назад волосы, чтобы внимательнее приглядеться к Сенаре. Она даже на меня никогда так внимательно не смотрела. Внезапно меня охватила зависть.

– Слушайте, мы в первую очередь ведьмы, так? – спросила Сенара. – Мерлин или Морган – магия есть магия, верно? У неё один звёздный источник и всё такое.

– Да, – как-то очень быстро согласилась Мирабель.

Керра и я обе нахмурились, но, поймав её взгляд, я тут же перестала хмуриться.

– Мы так и не представились, – вспомнила Мирабель. – Я Мирабель, а это Клем.

– Клемми, – уточнила я, хотя меня абсолютно устраивал вариант Мирабель. Кроме неё, меня никто пока так не называл.

– Привет. – Улыбка Сенары стала шире.

– Мирабель, может… – я призывно наклонила голову набок. Когда мы отошли в сторонку, я настойчиво прошептала: – Я ей не доверяю.

– Успокойся, – сказала Мирабель. – Они такие же, как мы, обычные маленькие колдуньи, не имеющие никакого отношения к семейной политике…

– Вообще-то, – перебила Керра, – мы играем главнейшую роль…

– Ведьмовще-то, ничего подобного, – вклинилась Сенара, и Мирабель засмеялась, будто в жизни не слышала ничего смешнее.

Я нахмурилась. С чего это Мирабель стала такой дружелюбной с этой Морган?

– А это странно, – заметила Керра.

Всё происходящее было настолько странным, что удивительно, как ей удалось выделить что-то одно, но затем я проследила взглядом за её указующим пальцем, и мне стало ясно, что она имеет в виду.

По полу в нашу сторону прыгала птица, даже не утруждая себя тем, чтобы взлететь. Я не имела ни малейшего представления, откуда она взялась и как давно уже здесь.

– Это сокол, – определила Сенара.

– Они строят гнезда на скалах рядом с нашим домом, – добавила Керра.

– Скалах? – тихо переспросила я. Может, нам стоило остерегаться этой атакующей тыквы птицы? С другой стороны, в доме тыкв больше не было.

– Они постоянно за нами наблюдают, – сказала Сенара.

Я окинула взглядом шпионящего за Морганами и мешающего нам, Мерлинам, тёмного сокола:

– Ты друг или враг, птица?

Она наклонила голову набок.

– Кыш! – попыталась я её прогнать.

Птица и не подумала улетать. Она вообще ничего не сделала. И, честно говоря, я сомневалась, что она бы меня послушалась, даже если бы понимала человеческую речь, – слишком уж высокомерный был у неё вид.

Как Керра и Сенара, без своих