Битва у рифов - Константин Степанович Собко

Радость дяди Персея была долгой. Он принялся похлопывать плавником Диония по панцирю, а когда тот выскользнул из его объятий, принялся похлопывать племянника.

— Тебе, Орион, я невероятно рад! — заговорил Персей, поправив очки, которые носил для солидности. — Ты — наша гордость! Я теперь не просто Персей, а дядя того самого чемпиона! Прежде у меня не было столько друзей. Подумаешь, живёт в рифе заштатный астроном. В мокрофутбол не играет, в кафе не ходит. Царапает на водорослях какие-то наблюдения. Никому не было дела, что я открыл целую галактику. А теперь все норовят, проплывая мимо, заглянуть ко мне и пожелать здоровья. А если я ночью поднимаю плавник вверх и говорю: «Вот эту звезду я назвал «Чемпион Орион», все ахают и долго смотрят туда, куда я указал.

— Весело живёшь, — сказал Дионий.

— Да! Пожалуй, самое время выпустить мой альманах туманностей, созвездий и звёзд. До славы чемпиона мне, конечно, не удастся дотянуться, зато я выполню свою миссию. А вы как поживаете? Уверен, вы теперь в центре внимания.

— Это верно, — согласился Дионий. — Утром выплываешь из дома на разминку, а перед тобой стоит косяк рыб. Или ещё оригинальнее — семья акул. Пальмиру сильно пугают любопытные акулы, скаты и киты.

И взрослые черепахи рассмеялись.

— Малыш Орион! — восторженно проговорил Персей, поправив очки. — Кто бы мог подумать? Ты, конечно же, молодец! А у тебя не началась чемпионская болезнь? Ты ещё не перешёл на такие фразы: «что-то штормит», «сплошной кифоз», «не гони волну» и прочее?

— Нет, дядя. Меня всё это «не пенит». И не будет «пенить».

— Правда? Похвально. Значит, я не совсем верно представлял тебя в ореоле славы чемпиона. Это меня радует. Иногда для всех лучше, если я ошибаюсь. Жалко, что ошибаюсь я очень редко. Особенно когда обращаю свой взор к звёздам. То, что я вижу последние три ночи, совершенно ужасно!

— Ты это о чём? — насторожился Дионий.

— Звёзды говорят, что очень скоро на нашу страну обрушится большая беда.

— Опять двадцать пять! — недовольно пробормотал Дионий.

— Сожалею, но, похоже, это неизбежно. На небе преобладает красная звезда. Это война!

— С кем война, дядя Персей? — спросил Орион.

— Пока не знаю. Давайте ночью ещё раз посмотрим на звёзды. Возможно, появится весомая подсказка.

Ночью три черепахи всплыли и стали рассматривать звёздное небо. Для Диония и Ориона оно ничем не отличалось от обычного, а дядя Персей, поправив очки, нахмурился, глядя высоко вверх и поворачивая голову во все стороны.

— Вот, посмотрите! — наконец сказал он.

— Ну и что там? — безрадостно спросил Дионий, потому что его настроение было изрядно подпорчено всеми этими снами и предсказаниями.

— Видите большую красную звезду? Вот она.

— Видим, — ответил Дионий. — Это Глаз Морского Дракона. И что?

— Эта звезда находится в так называемом доме ближайшего будущего.

— То есть, в туманности Бури. Ну и…

— Видите, что в этом доме больше нет ни одной крупной звезды?

— Ну.

— Значит, ничто не смягчит её влияние. Грядёт большая беда!

— И откуда возьмётся эта беда? — спросил Дионий. — Живём себе спокойно и тут вдруг раз! Война! Мне не понятно. Так не бывает. Кто наш враг?

— Не знаю. Нужно искать подсказку. Видите вот те звёзды?

— Вот те? Да, видим, — с раздражением ответил Дионий. — Это Косяк Макрели.

— Это так называемый дом истины. Нужно смотреть туда… и ждать.

Черепахи замолчали, глядя на Южный Крест.

Ожидание продолжалось долго. У Диония даже стали побаливать глаза.

— Есть! — вдруг воскликнул Орион.

— Да, да! Я тоже заметил! — поддержал его Персей. — Падающая звезда! Это знак! Она полетела в сторону того скопления звёзд, которое принято называть домом истины!

— И даже вспыхнула!

— Да, да! Скопление звёзд, — Персей задумался. — Что это значит?

— Это и значит скопление звёзд, — сказал Дионий, часто моргая и поглаживая глаза плавниками.

— Нет, нет! Подожди! Сейчас мы расшифруем этот знак!

— Что тут расшифровывать? Скопление звёзд! Твоей сестре приснилось нашествие терновых венцов!

— Когда приснилось? — спросил Персей.

— Да буквально прошлой ночью. Ей приснилось, будто эти хищники напали на наши рифы.

— Вот оно что…

Персей надолго погрузился в свои мысли и созерцание звёздного неба.

— Посмотрели, выяснили, а теперь, может быть, поплывём спать? — поинтересовался Дионий. Ему порядком надоело беседовать посреди ночи с астрологом, хоть у того и была степень бакалавра звёздных наук.

— Нет, что ты! Нужно думать! — ответил Персей. Он долго размышлял, наконец сказал. — Смертельная опасность от терновых венцов? Ничего не понимаю.

— Я тоже не понимаю, — согласился Дионий. — Видели мы этих терновых венцов! Штормы иногда заносили к нам этих звёзд. Любители ими полакомиться, помню, всегда обижались, что маловато досталось деликатесов.

— Да, да, ты прав. И всё же красная звезда указывает на смертельную опасность. Я могу ошибаться в мелочах, но мимо главного предсказания проплыть никак не могу! Красная звезда вопиёт! Мы в опасности! Предстоит что-то потрясающее!

— Утро вечера мудренее, как написано в книжках людей, — сказал Дионий и зевнул. — Давайте хорошенько выспимся перед «войной». Завтра погостим у тебя, а послезавтра, как мы пообещали Пальмире, нужно будет вернуться, чтобы помогать по хозяйству.

*

— Оле, оле, оле, оле! — проснувшись, пропел чемпион.

Он подплыл к выходу из пещеры, посмотрел в сторону моря и замер, чувствуя, как холодок пробежал у него под панцирем.

— Дядя Персей! Папа! — крикнул он.

— Что случилось? — подплывая, спросили взрослые черепахи.

И они тоже замерли, глядя вперёд.

Из глубины моря на них двигалась лавина терно-вых венцов. Усыпанные красными колючками полуметровые в диаметре шары — разрушители рифов, — медленно преодолевали препятствия, подминая под себя кораллы.

— Этого не может быть! — одновременно проговорили Дионий и Персей.

Несколько терновых венцов уже поднялись на нижнюю террасу и вонзили свои ядовитые лапы-лучи в кораллы на клумбе.

— Тревога! — закричал Персей и бросился будить соседей.

— Это не сон? — спросил Дионий, всё ещё не веря своим глазам.

— Нет, папа, это не сон, — ответил Орион. — Нужно посмотреть, много ли терновых венцов на дне моря.

— Верно, нужно, — согласился Дионий, однако не сдвинулся с места.

— Это сделаю я, — сказал Орион.

Он поплыл в прохладный сумрак, осматривая дно. С риском для жизни погрузился на запретную для черепах глубину. Повсюду в сторону рифов медленно двигались красные морские звёзды.

Наконец Орион всплыл и отдышался. От его хорошего утреннего настроения не осталось и следа. Он поплыл назад.

У кромки рифов уже метались рыбы, поднятые Персеем по тревоге. Одни из них набрасывались на морских звёзд и дробили их на части своими мощными челюстями. Другие, а таких было большинство,