Проклятие феникса - Эйми Картер

– Меня волнует мой остывший ужин, потому что домой я явно вернусь не скоро, – ответил двоюродный брат. – Пойдёмте уже, пока нас не нашла мантикора.

Оливер пошёл в обратную сторону, а Лу снова обняла Зака.

– Всё точно в порядке? – со слезами на глазах спросила она.

Зак кивнул, неуверенно оглядывая сестру. В её лице он видел знакомый страх: Зак испытывал его, когда думал, что с папой что-то случилось.

– Точно, – заверил он. – Я рисовал.

– Ты мог умереть без ингалятора, – сказала Лу. – А если бы тебя нашла мантикора…

– Меня бы защитил феникс, – сказал Зак.

Лу замолчала, а когда он поднял рюкзак – взяла его за руку и помогла пробраться по неровной земле. Сам он не сомневался, что ему ничего не угрожало, но Лу этого не знала. Неудивительно, что она испугалась.

– Прости, – наконец сказал он. – Я правда не мог вернуться.

– Знаю, – пробормотала она, не сводя взгляда с земли. А потом добавила: – Может, Ровена была права. Не стоит тебе общаться с фениксом. Он просто птица. Он не понимает, что тебе нужен ингалятор и ты не можешь долго ходить. И если он… каждый раз будет такое устраивать, когда захочет с тобой повидаться…

– Ему одиноко, – возразил Зак. – Ему нужен друг.

– Но ты мог умереть, – дрогнувшим голосом сказала Лу. – Просто передай ему, что если он так хочет с тобой дружить, пусть не забирает тебя далеко. Иначе мне придётся встать на сторону Ровены, а кому это нужно?

– Да уж, тогда наступит апокалипсис, – сказал Зак, и Лу выдавила улыбку.

Они пошли прочь, но Зак чувствовал, что феникс наблюдает за ним, спрятавшись где-то среди деревьев, и понимал: что бы ни говорила Лу, их дружба только начинается.

18

Лу

Утренняя паника, в которой Лу металась по лесу в поисках брата, выпила из неё все силы.

С самого их приезда в Англию она только и делала, что бросалась Заку на помощь: то он начинал задыхаться, то на него нападали русалки, то он терялся в огромном лесу с разгуливающими на свободе драконами и мантикорами. Это было так утомительно. Лу не представляла, как с ним справлялась мама. На её месте мама бы, наверное, умерла от волнения.

При мысли об этом тело сковало льдом. Мама умерла из-за аневризмы – не из-за Зака. Не из-за бесконечных тревог. Лу даже не знала, что такое аневризма, она никогда с ними не сталкивалась – но мысль о том, что жизнь дорогих ей людей могла оборваться из-за чего-то, о чём она даже не подозревала, приводила её…

– Хочешь посмотреть мои рисунки? – спросил Зак с противоположного конца спальни. Время клонилось к вечеру. Когда они рассказали Ровене о событиях прошедшего дня, она побагровела пуще прежнего, но наказать Зака не могла – в конце концов, это единорог унёс его в лес и сбежал. Поэтому она просто отчитала Пенелопу и отправила Зака и Лу ужинать в комнату, строго наказав не мешать взрослым.

– Давай, – вяло отозвалась Лу.

Зак достал скетчбук и показал ей несколько набросков феникса, пару из которых он даже раскрасил.

– Мне нравится этот, – сказал он, указывая на единственный законченный рисунок. На нём феникс оглядывался через крыло, демонстрируя рыжее оперение.

– Неужели он так долго тебе позировал? Даже не верится, – сказала Лу, покачав головой. – Кстати, ты видел что-нибудь… новенькое? Какие-нибудь видения?

Зак замялся и отложил скетчбук.

– Ничего особенного, – пробормотал он.

– Точно? – спросила Лу, и он кивнул. Она ему не поверила – брат явно что-то скрывал, – но не успела ничего сказать, как за дверью скрипнула половица.

– Не смей, – раздался резкий, практически неслышный шёпот. Что-то ударилось о стену, и Лу, нахмурившись, поднялась с кровати и подкралась к двери.

– Отпусти, Оливер, – раздался шёпот Пенелопы. – Нужно им всё рассказать!

– Ровена нам запретила, – прошипел он. – Она…

– Но мы же одна семья, – возразила она. – Ты бы на их месте не хотел во всём разобраться?

– Я и так разобрался, и ничего хорошего из этого не вышло, – сказал Оливер. – Ты сделаешь только хуже!

– По-твоему, лучше вообще ничего им не говорить? Не хочешь – не лезь, но и мне не мешай.

Раздался ещё один глухой удар, и вдруг в дверь постучали. Лу, приникшая к ней ухом, едва успела отскочить и взобраться на кровать, когда в комнату сунулась Пенелопа.

– Есть минутка? – спросила она с непривычной серьёзностью.

– Э… ну да, – сказала Лу, потягиваясь, будто только встала. Зак поглядел на неё и закатил глаза. – Что такое?

Пенелопа скользнула в комнату и плотно закрыла за собой дверь.

– Взрослые сейчас о вас разговаривают, – сказала она. – Кажется, они испугались. За Зака.

– Со мной бы ничего не случилось, – сказал тот, не отрываясь от рисунков. – Я же был не один…

– А с фениксом. Знаю, – сказала Пенелопа. – Его-то они и боятся.

– Почему? – нахмурилась Лу. – Он спас Заку жизнь.

– Ну, да, но… – Пенелопа закусила губу, и Лу похлопала по постели. Пенелопа нехотя присела на край кровати, как птица, готовая вот-вот упорхнуть. – Феникс опасен.

– Все так говорят, но никто не удосужился объяснить почему, – раздражённо сказал Зак. – Ну, создал он Диколесье. Ну, владеет он магией. Дальше-то что?

Пенелопа опустила взгляд на ладонь и скользнула пальцами по отметке.

– Вы не расстроились, когда получили метку?

– Расстроились? – переспросила Лу, бросая взгляд на букву «Ф». – Нет, ну, будет сложно объяснить папе, откуда она взялась. Но это же просто отметка.

Пенелопа помотала головой.

– Нет. Это клеймо. Клеймо феникса, оставленное нам в наказание.

– В наказание? – спросила Лу. – За что? Мы же ничего не сделали.

– Да, но… – Пенелопа сцепила пальцы в замок, скрывая метку. – Мы получили её из-за предков.

– Из-за предков? – Лу захлопала глазами. – А они здесь при чём?

Какое-то время Пенелопа молчала. Лу решила, что она вообще не ответит, но потом она всё же сказала:

– Много веков назад наш предок, Томас Уайльд, был величайшим охотником в мире. Только он убивал не волков и медведей, – добавила она, – а мифических существ. Магических. Тех, в существование которых верили очень и очень немногие.

– Тех, которые живут в Диколесье, – медленно произнесла Лу, и Пенелопа кивнула.

– В какой-то момент он прославился. Покупатели со всего мира приезжали к нему за доспехами из драконьей чешуи, пыльцой фей и… и за кровью феникса.

Лу смотрела на Пенелопу с открытым ртом, растеряв все слова. Зак, напротив, оторвался от рисунка и окинул её мрачным взглядом.

– Наш предок убивал фениксов? – спросил он с отвращением. – Какая гадость.

– Да, – согласилась Пенелопа. – Он творил гадкие