Аня здесь и там - Мария Данилова

Глава 2. Наша веселая семейка

– Саша, поставь кофе!

– Саша, где мои носки?

Так начинается в нашем доме каждое утро. Моих маму и папу обоих зовут Сашами, представляете?

Моя мама маленькая и кудрявая, а папа – худой и такой высокий, что маме приходится вставать на цыпочки, чтобы его поцеловать.

Мои мама с папой из разных городов. Вы спросите, как так получилось? Мама с папой познакомились в интернете и сначала не знали, кто где живет. А потом, когда они решили сходить в кино, то поняли, что папе будет довольно сложно провожать маму домой после фильма – сначала полчаса на метро, а потом семь часов на поезде. Но было поздно: как выразилась мама, клиент был уже готов.

Моя мама – феминистка, она борется за равенство мужчин и женщин. Поэтому они с папой договорились по-честному: сначала мама пожила с папой, а потом папа переехал к ней в Москву.

А потом у них родилась я.

Трудно придумать двух более разных бабушек и дедушек, чем у меня.

Начнем с того, что одних, папиных родителей, так и зовут: Бабушка и Дедушка. А маминых – Оля и Леша.

Бабушка и Дедушка больше не работают, они пенсионеры. Они продали свою квартиру в городе и построили большой деревянный дом в деревне. Деревня называется Ласковое, лучшего названия и не придумаешь. Мы проводим у них каждое лето.

Оля с Лешей живут и работают в Москве, а выходные проводят на даче в Подмосковье. Дача находится в поселке, где когда-то жили известные писатели, и, видимо, поэтому там растут сосны (мама говорит, что под соснами писателям лучше пишется). Вот и она выросла под этими соснами и стала журналисткой – это почти то же самое, что писательница.

Сосны эти такие высокие, что, когда они качаются на ветру, у меня захватывает дух. Вдруг упадут?

На даче Леша носит красные штаны, хотя Оле они очень не нравятся. Штаны протертые и топорщатся на коленях. Оля жалуется, что в них Леша превращается в старого деда, а ей нужен энергичный красивый мужчина.

Однажды Оля припрятала эти штаны, а когда Леша уехал в командировку, отнесла их на помойку.

Леша очень огорчился, когда узнал об этом.

– Вот до чего доводит этот ваш феминизм! – негодовал он.

Оля думала, что может рассчитывать на мамину поддержку, ведь феминистки защищают права женщин. Но, как ни странно, мама встала на Лешину сторону и купила ему новую пару. В данном конкретном случае, объяснила мне мама, она выступила за справедливость. Потому что каждый человек, и женщина, и мужчина, имеет право выбирать себе штаны.

Оля с Лешей купили эту дачу, когда мама была маленькой. На участке тогда рос огромный малинник, и соседи рассказывали, что за лето с него можно было снять двадцать ведер малины. Но постепенно ягод становилось все меньше, зато крапивы все больше, и в конце концов малина исчезла. Оказалось, что ей нужно заниматься. А Леша и Оля занимались наукой, и на малину у них времени не было.

С тех пор вместо овощей и фруктов на нашей подмосковной даче росли только шишки на соснах.

Зато, когда я родилась, Оля посадила перед домом еще одну маленькую сосну. Ее назвали в мою честь – сосна Анюта.

Как вам описать Олю и Лешу? Про Лешины красные штаны я уже рассказала. Сам Леша высокий и громкий. Все, что он ни делает, – готовит ли завтрак, читает ли мне книгу или просто открывает или закрывает дверь, – все у него выходит очень громко. А уж если дома гости…

Обычно, когда к Оле с Лешей приезжают друзья, они накрывают стол на улице, едят суп из супницы и пьют Лешину домашнюю вишневую наливку. Так вот, если вы отойдете на самый дальний конец участка, к забору, туда, где раньше росли двадцать ведер малины, вы все равно услышите Лешин голос.

– Ну елки-палки! – будет раскатываться по участку. – Не может быть!

И елки-палки, ну то есть сосны, будут качаться в такт его смеху.

После ужина меня обычно укладывают спать, а взрослые садятся пить чай на веранде. Леша подливает всем вишневой наливки и рассказывает веселые истории из своей жизни. Например, как он сбежал с уроков в школе, а потом, когда его отвели к директору, молчал как партизан и ни в чем не сознавался. Или как он взял автограф у космонавта. Или о том, как, когда он отмечал свое двадцатипятилетие, гости устроили такой кавардак, что разбили люстру…

Мама в такие моменты очень нервничает и пытается угомонить Лешу.

– Папочка, ну пожалуйста, постарайся хоть чуть-чуть потише. Аня сейчас проснется.

– Ничего она не проснется! – восклицает Леша. – А если проснется, то даже к лучшему. Где еще она услышит такие интересные истории?

– Это уж точно, такого она не услышит больше нигде, – смеется мама.

Вот именно, думаю я. Поэтому лежу себе тихонечко в темноте и все внимательно слушаю.

У Оли темные кудрявые волосы, подстриженные в каре, как у мамы. На руках – маникюр, кольца и браслеты. Оля любит наряжаться и всегда носит с собой сумочку, даже когда выходит со мной на детскую площадку или идет гулять с Лялей.

Ляля – это наша собака. Такое имя придумала ей я, когда только училась говорить и ничего кроме «ля-ля» сказать не могла. Ляля – дворняжка, она забрела к нам на дачу несколько лет назад, и ей так понравилось, что она отказалась уходить. Но Оля с Лешей совершенно не собирались заводить собаку, ведь у них нет времени ни на что, кроме науки. (Вы же помните, что произошло с малиной?) Они отвезли Лялю в приют, чтобы там ей подыскали семью. Но Ляля сбежала из приюта и вернулась к нам на дачу, потому что сама уже подыскала себе семью – нас.

У Бабушки с Дедушкой все по-другому.

Дедушка невысокого роста и худой, волосы и борода у него седые-преседые, аж белые. А Бабушка на голову выше Дедушки и почти в два раза шире его. Дедушка говорит, что с такой Бабушкой, как наша, он чувствует себя как за каменной стеной. Но я не согласна. Каменная стена – твердая и холодная, а Бабушка мягкая и теплая.

Бабушку зовут Таня,