Кристофер Клин и два короля - А. Рихтер

Приятельница Марты тут же восторженно завопила. Сама Марта, раскрасневшаяся и запыхавшаяся, улыбаясь, подняла деревянный меч Кристофера, как трофей, над головой.

– Очень, очень хорошо, – кивал господин Освальд. – Думаю, вы пошли в брата, леди Марта. Однако нужно больше тренироваться. Пока много лишних движений, но это поправимо.

Марта широко улыбнулась, но вдруг вновь стала серьёзной – склонив голову, она поблагодарила господина Освальда и направилась к победителям. Девочка, которая болела за Марту, крепко обняла её, и они начали о чем-то шептаться.

– Мастер Клин… – мягко проговорил господин Освальд.

– Я почувствовал! – сказал Кристофер, который всё ещё не мог опомниться. – Я почувствовал силу вот здесь, – он указал на живот. – Она будто начала разливаться по всему телу, и я… Я понял, как нужно двигаться, чтобы победить!

– Поздравляю! Но вам тоже нужно тренироваться, – сказал господин Освальд. – И тогда сила не будет внезапно пропадать.

Кристофер был благодарен ему за поддержку, но вся его вера в себя испарилась, когда ему пришлось встать вместе с проигравшими.

– Сегодня вы сделали первые шаги к тому, чтобы стать настоящими рыцарями. Сила внутри вас пока мерцает, как крохотный огонёк, но вы уже можете использовать её. Однако вот что я хочу сказать вам: не всегда стоит рассчитывать только на неё. Сила внутри вас во многом зависит от того, кто вы и каким путём идёте по жизни. Вы можете одолеть противника хитростью. – Он посмотрел на Рина. – Или упорством. – Он перевёл взгляд на Марту. – Можете вообще не победить.

Щёки Кристофера запылали.

– Но это не значит, что не стоит пытаться. Все наши тренировки здесь нужны для того, чтобы вы поняли – у вас может получаться, может не получаться, но вы должны пытаться до тех пор, пока не получится. Именно этого я жду от вас. А теперь все свободны.

– Ты мог бы победить, – раздосадовано сказал Саймон.

– Но не победил, – ответил Кристофер резче, чем хотел.

– Эй, не злись на меня, – спокойно ответил Саймон. – Я же в этом не виноват.

Кристофер хотел ответить что-то злое, но сдержался. В конце концов, Саймон и правда был тут ни при чём.

– Извини.

– Да ладно, – отмахнулся тот. – Но в следующий раз постарайся. Я уверен, ты сможешь.

Кристофер улыбнулся.

– Спасибо. Сегодня я впервые почувствовал, что не такой уж неудачник, – уныло сказал он.

– Даже не думай об этом, – толкнул его Саймон. – Вот Марта на самом деле слабачка. – И он весело хрюкнул.

Кристофер остановился.

– В чём дело? – Саймон обернулся. – Идём, не то опоздаем.

– Ты должен прекратить это.

– Прекратить что? – поднял бровь Саймон.

– Издевательства над Мартой. – Кристофер подошёл к нему. – Она, конечно, не пример для подражания и иногда ведёт себя просто ужасно, но мне не нравится, что ты и твои дружки вечно её задираете.

Саймон выглядел очень удивлённым.

– Я… и мои дружки? – переспросил он. – Ты что, в неё влюбился?

– Да нет же! – возмутился Кристофер. – Просто это неправильно, некрасиво. Мы же будущие рыцари. Ты слышал, что говорил тренер? Мы должны защищать девочек, а не издеваться над ними.

– Тренер говорил про благородных дам, а она хочет быть рыцарем, – возразил Саймон. Он буквально кипел. – И я действительно считаю, что она слабачка. И я не виноват, что у неё такое имя! Подумаешь, отпустил пару шуток!..

– Саймон… – Кристофер постарался говорить спокойно, чтобы не обидеть друга и не разозлить ещё сильнее. – Подумай тогда о своей репутации.

Саймон замолчал и задумался. Несколько минут спустя он кивнул:

– Ладно, хорошо. Ты прав.

– Так ты прекратишь? – с надеждой спросил Кристофер.

– Да.

– Обещаешь?

– Слово рыцаря, – сказал Саймон.

Кристофер подумал, что им ещё рано бросаться такими словами, но поправлять Саймона не стал.

– Однако за других ручаться не могу, – продолжил Саймон.

– Вообще-то можешь, – заметил Кристофер. – Робб каждое твоё слово ловит.

– Неправда, – отмахнулся Саймон. – Но я бы на твоём месте всё равно задумался…

– О чём?

– Не влюбился ли ты, – закатил глаза Саймон.

До самой Академии они шли в полной тишине.

Кристофер напрасно надеялся, что теперь, когда его сила проявилась, всё станет по-другому. Во-первых, как бы он ни старался почувствовать её вновь, ничего не получалось. Во-вторых, болтать о том, что его может победить любая девчонка, стали на каждом углу, и он дождаться не мог, когда это всем надоест. С каждым днём его рвение к учёбе ослабевало. Не помогали ни речи господина Освальда, ни поддержка Саймона.

– Рыцарский этикет – самый простой предмет, – говорил Саймон, когда они шли на занятия. – Но как по мне, скука смертная. Я бы лучше пострелял из лука.

– Легко тебе говорить, – с досадой отозвался Кристофер.

Манеры Саймона – ещё одна причина, заставлявшая Кристофера постоянно чувствовать своё несовершенство. Винд так легко и непринуждённо кланялся, поддерживал беседу, наизусть цитировал рыцарский кодекс, что не оставалось никаких сомнений в том, что он получил блестящее воспитание.

– Меня этому учили сколько я себя помню, – пожал плечами Саймон. – Ты тоже научишься. – Он улыбнулся и толкнул дверь.

Кристофер мнение друга не разделял. До сих пор его успехи в этикете были такими же плачевными, как и во всех остальных дисциплинах.

– Мастер Клин, прошу вас, – госпожа Жаклин произнесла это почти вкрадчиво.

Сегодня на ней была маленькая розовая шляпка, плотно прилегающая к голове. Кристоферу она напоминала котелок для варки репы.

– Я уже несколько раз говорила: при поклоне мы прижимаем руку к животу чуть выше пупка и так, чтобы видны были только четыре пальца. Большой палец прячем. Скажите, вы это слышали?

– Извините, – опустил голову Кристофер. – Но я не совсем понял почему…

Наставница тяжело вздохнула. Она была такой высокой и худой, что Кристофер был уверен – когда-нибудь она переломится пополам.

– Кто объяснит мастеру Клину, почему мы прячем большой палец?

Не успела она договорить, как с другого конца зала послышался голос Гилберта:

– Потому что у нас всего четыре масти.

Кристофер посмотрел на него как на предателя.

– Правильно, мастер Батт. Совершенно верно. Четыре масти – четыре Великих Дома.

– Но сейчас их всего три! – послышался голос у дверей.

– Мастер Роджерс! – возмутилась госпожа Жаклин. – Старшим оруженосцам не следует посещать занятия младших, и вам это прекрасно известно. Так почему же я вас всё ещё вижу?

– Но ведь я прав, – хмуро сказал юноша, выглядывая из-за двери. – Осталось всего три Дома.

– Выйдите, пожалуйста, – спокойно сказала наставница, но было видно, что спокойствие даётся ей с трудом.

– Как скажете, госпожа Жаклин.

Дверь захлопнулась.

– Кто это? – спросил Кристофер у Саймона.

– Понятия не имею, – пожал плечами тот. – Но мне кажется, я видел его