Легенды и мифы древней Греции - Вера Васильевна Смирнова

Страшно живому по своей воле уходить в царство смерти!

Геракл остановился у входа в пещеру, посмотрел на цветущую землю, на синее море, на весь теплый, солнечный мир, и тоскливо и страшно ему стало. Но он пересилил тоску и страх и отважно шагнул в темноту. И сразу услышал за собой легкие шаги. Это догонял его Гермес, крылатый вестник Зевса, которого владыка мира послал проводить Геракла к Аиду. Гермес взял героя за руку, и вдвоем они стали спускаться в подземное царство.

Скоро в сумраке забелела высокая скала: под нею еле слышно, сонно струилась тихая река, заросшая высокой травой без цвета и запаха.

Геракл нагнулся к реке и хотел напиться.

— Не пей, — остановил его Гермес, — это Ле́та, река Забвения. Кто напьется воды из нее, позабудет все на свете.

Дальше пошли они, и Геракл увидел своего старого учителя и своего юного друга, умершего в походе. Геракл радостно бросился к ним, протягивая им руки, но они глядели на него неживыми глазами, не узнавая, словно не видя его, и, как тени, скользили мимо.

— Они не узнают тебя, — сказал Гермес. — они пили из реки Забвения и все позабыли.

Но одна из теней вдруг остановилась, приблизилась. Геракл узнал калидо́нского царя Мелеа́гра.

— Геракл, — сказала тихо тень царя, — помоги мне. На земле я оставил сестру Деяни́ру, юную и беззащитную. Мысль о ней тревожит меня и здесь. Прошу тебя: возьми ее к себе в дом, женись на ней, — она будет тебе верной женой. А я успокоюсь навеки.

И Геракл обещал исполнить просьбу друга.

Все ниже спускались они в глубину земли и вдруг увидели человека, тащившего на крутизну подземной горы огромный, тяжелый камень. Весь в поту и пыли, напрягая все силы, обеими руками усердно катил он наверх камень, подпирая его всем своим телом. Один только шаг оставался ему до вершины горы, но камень внезапно вырвался из ослабевших рук и с грохотом покатился вниз. Человек поспешно спустился за ним к подножию горы и опять потащил свою тяжелую ношу. И снова, не достигнув вершины, сорвался и упал с высоты камень, и снова спустился вниз и без отдыха, без остановки потащил его наверх человек.

Остановился Геракл и смотрел на этот тяжкий и бесплодный труд.

Это был Сизи́ф из Кори́нфа, осужденный вечно таскать этот тяжелый камень — за жадность, за то, что при жизни присваивал себе чужие богатства, за то, что прожил на земле не трудясь.

Дальше пошел Геракл со своим спутником Гермесом и увидел человека, стоявшего в прозрачной и чистой реке. Вода доходила ему до плеч, но едва он наклонялся, чтобы утолить жажду, смочить пересохшие, черные губы, мгновенно спадала вода, пропадала, уходила вся в землю. С берега склонялись к человеку ветви, полные спелых плодов, янтарная кисть винограда почти касалась его лица. Но едва он протягивал руку сорвать румяное яблоко или сочный гранат, ветви уходили от него, поднимались высоко-высоко, и голодный не мог дотянуться до них.

Геракл узнал человека, наказанного так жестоко.

Это был Танта́л, царь Сипи́ла, когда-то любимец богов и счастливейший из смертных, навеки осужденный владыкой мира Зевсом за обман богов, за вероломство, за непомерную, неукротимую зависть.

С тяжелым сердцем Геракл проходил мимо страшных видений подземного царства. Наконец он пришел на берег подземной реки Ахеро́нта. У берега ожидала черная лодка. Мрачный и безмолвный перевозчик Харон стоял с веслом в руке на корме, и тени умерших робко протягивали ему монету, которую заботливые родные положили покойнику в рот при погребении.

Старый Харон удивился, увидев живого в царстве мертвых, но Гермес приказал ему пропустить Геракла в лодку. Лодка поплыла поперек черной, недвижной реки. Тени умерших с отчаянием глядели назад, словно хотели в последний раз увидеть то, что они оставили на земле. Лодка плыла через Ахеро́нт, и скоро стал приближаться пустынный берег. Геракл с Гермесом первые вышли на берег и двинулись вместе с толпой к медным воротам Аидова царства. Широко растворены были тяжелые ворота, и возле них Геракл увидел Кербера. Пес лениво помахал своим страшным хвостом и отошел, пропуская героя.

— Он еще не знает, зачем ты пришел сюда, — сказал Гераклу спутник, — а то бы он встретил тебя по-другому.

С жалобным стоном тени умерших направились ко дворцу подземного царя.

Там, в обширном и мрачном зале, перед троном Аида сидели строгие и неподкупные судьи мертвого царства: Радама́нт, Эа́к и Минос. Они судили каждого за его жизнь, за его земные дела и каждому назначали по заслугам наказание или награду.

Увидев живого человека во дворце повелителя мертвых, удивились и судьи и слуги Аида. А Геракл спокойно стоял перед троном подземного царя, с львиной шкурой на плечах, держа в руках свою дубинку, и просил Аида позволить ему вывести на свет Кербера, чтобы показать его царю Еврисфею.

— Я позволю тебе, — сказал ему Аид, — взять на время с собой на землю моего пса, если он выпустит тебя отсюда и если ты сумеешь взять его, не ранив, без меча и без стрел, одними своими руками.

Геракл поблагодарил Аида и пошел назад к медным воротам. Теперь они были закрыты, и Кербер спал перед ними, положив все три головы на черную дорогу.

Услыхав шаги Геракла, он проснулся, вскочил, сердито зарычал, и дракон на конце хвоста грозно разинул пасть.

Геракл быстро приблизился к Керберу и, выставив вперед левую руку, обернутую львиной шкурой, правой рукой схватил пса за шею. Пес завыл; дикий вой его разнесся по всему подземному царству. Он вцепился зубами всех трех голов в левую руку героя, лизал ее огненными языками, все змеи на его спине впились в львиную шкуру, но она была неуязвима, и Геракл не чувствовал боли. Крепко сжимал он шею пса и волок его за собою, на берег реки, к перевозу. Наконец полузадушенный Кербер зашатался, ослабел и лег перед Гераклом. Герой набросил ему цепь на шею и потащил за собой, и страшный пес подземного царства послушно поплелся за победителем.

Харон ужаснулся, увидев Геракла с Кербером, но не посмел удержать их и перевез на другую сторону.

Когда они приблизились к выходу на землю, Кербер стал жалобно визжать и почти полз за Гераклом. А когда вышли они из мрака на земной вольный простор, солнечный свет ослепил подземного сторожа; он задрожал, забился, желтая пена закапала из его пастей, и всюду, где она падала на землю, вырастала ядовитая трава.

Геракл привел Кербера в Микены