Счастливчик - Алексей Наумов

Стёпа фыркнул, как бы желая показать, насколько смехотворны эти обвинения и ткнулся головой в мамины ноги, приглашая её поиграть.

— Ах ты хитрец, — с улыбкой сказала мама, почёсывая ему спину. — Думаешь, я не видела, как ты прокрался за розами? Смотри у меня!

Стёпа снова фыркнул и побежал по своим делам.

«С другой стороны, — думал он, обойдя участок и укладываясь под кустами смородины, — я ведь могу упасть… Я, конечно, очень ловкий и смышлёный пёс, но мне постоянно не везёт, и я часто спотыкаюсь… Это просто напасть какая-то… Если я упаду с крыши, мне наверное будет очень больно?..»

Степашка вспомнил, как он скатился с крыльца месяц назад и как у него болел бок. Он поднял голову и посмотрел на крышу бани, на дом, а затем на сосну, которая была ещё выше, и ему стало не по себе.

«Нет уж, — решил он, — пусть лучше кошки бегают по крышам. Это их работа. А моё дело, охранять участок и бегать за кошками. По земле… К тому же, крыши какие-то голые и скучные. Там совсем нет кустов и нельзя копать ямы. Какая же это жизнь, если нельзя копать ямы?! Нет, спасибо, я лучше буду жить внизу…»

Степашка удовлетворённо вздохнул, лёг на бок и задремал, и проснулся только в полдень, когда все сели пить кофе.

— Нет, нет и нет, — возмущался папа, — есть только один правильный способ укладывания мармелада на бутерброд! Всё остальное — чушь!

Папа намазал тост маслом, потом взял кусочек мармелада из пакета и аккуратно разрезал его ножом вдоль.

— Вот, видите, — сказал он, поднимая две половинки мармеладинки. — Теперь, главное, не ошибиться и не совершить жуткую ошибку новичка, очень распространённую, кстати, в архитектурных кругах…

Папа выразительно скосил глаза на мамин бутерброд с мармеладом.

— Итак, — сказал папа, трепетно склоняясь над своим бутербродом, с видом хирурга в самый ответственный момент операции — мы укладываем наши мармеладинки сахаром вниз, а не наоборот. Это очень важно, дети мои! В этом вся суть бутерброда с мармеладом! Весь вкус!

— А какая разница? — спросил Серёжа.

— Колоссальная! — воскликнул папа. — Это меняет всё! Положить мармелад наоборот, сахарной стороной наверх, это всё равно что пить кофе стоя на голове!

— А мама так делает, — сказала Варя, никак не решаясь как же ей положить свой мармелад на хлеб. — Кладёт мармелад наоборот.

— Это роковая ошибка! — гремел папа, откусывая свой бутерброд и восторженно взмахивая руками. — К тому же, не забывай, наша мама немножечко колдунья… Они, знаешь ли, любят, всё ставить с ног на голову…

— А по-моему здесь кто-то другой, любит всё ставить с ног на голову… — отозвалась мама. — Вечно ты из всего устраиваешь представление.

— Это вовсе не представление, дорогая моя, а второй закон мармелада, — сказал папа. — И он гласит: сахарная часть мармелада ВСЕГДА должна быть внизу. Понимаете, внизу! Это принципиально!

— А мне кажется, что никакой разницы нет, — сказал Серёжа, который положил свой мармелад так же как мама. — Один и тот же вкус.

— Варвара, — покачал головой папа, — на тебя одна надежда. Быть может ты последняя, кто знает тайну мармелада. Не подведи

Под лукавым взглядом папы, Варя положила свой мармелад правильным способом.

— Вкусно! — весело сказала она.

— Гора с плеч, — выдохнул папа. — Мне даже страшно порой представить, что некоторые люди всю свою жизнь неправильно едят мармелад. И главное, они совершенно не хотят учиться! Ужасно, ужасно…

Папа снова покачал головой и принялся сооружать себе новый бутерброд.

— А какие ещё есть тайны? — спросила Варя, управившись с бутербродом.

— Масса, масса, — ответил папа, прихлёбывая кофе. — И одна интереснее другой. К примеру, ты никогда не думала о том, почему блюдца стоят под чашками, а не рядом с ними?

— Нет, — покрутила головой Варя. — А почему?

— О, дорогая моя Варвара, — сказал папа, мечтательно щурясь, — это целая история. Я бы даже сказал — легенда!

— Расскажи, расскажи, — попросила Варя.

— В былые времена, — начал свою историю папа, — блюдца и чашки стояли по отдельности. Так гораздо удобнее было наливать горячий чай в них и пить его из блюдечка. Никому и в голову не могло прийти, поставить чашку на блюдце. Это было бы сочтено как признак очень дурного тона. Как если бы ты положила ноги на стол.

— Да ладно, — недоверчиво воскликнул Серёжа.

— уверяю вас, молодой человек, — ответил папа, — что всё обстояло именно так, до той поры, пока…

— Пока что? — нетерпеливо спросила Варя. — Пока что?

— Пока один необычайно богатый и настолько же необычайно эксцентричный джентльмен, по имени Дэвид Брэйв, не решил отправиться в кругосветное путешествие. И как истинный джентльмен, конечно же, он совершенно не мог помыслить своей жизни без чашечки чая. Он пил его повсюду, даже на борту тонущего корабля и отказывался спускаться в шлюпку, пока не допил все свои 5 чашек чая, ответив взбешённому капитану, что кораблекрушение может подождать когда джентльмен занят… Это занимательный чудак пропутешествовал так несколько лет, пока, наконец, не попал в Африку.

— И что же там случилось? — спросила Варя.

— Там, — ответил папа, — мистер Брэйв, отправился в путешествие по Нилу. И не на чём-нибудь, а на небольшом плоту, в совершенном одиночестве, не считая его проводника. Их путь был долог и полон опасностей, главной из которых были, конечно же, гигантские нильские крокодилы.

— Ой, — испуганно вскрикнула Варя.

— Да, — кивнул папа. — В первую же ночь, крокодилы забрались на плот и утащили все съестные припасы, а ещё через два дня, проснувшись утром, мистер Брэйв не обнаружил своего проводника. Поначалу он решил, что беднягу утащили крокодилы, но, как оказалось, тот просто испугался путешествовать в таких условиях и сбежал, прихватив кое-что из сбережений мистера Брэйва.

— Ужас! — прошептала Варя.

— Да, — кивнул головой папа. — Оказавшись один, без припасов, без проводника, на незнакомой реке кишащей огромными крокодилами, мистер Брэйв принял единственно верное в такой ситуации решение.

— Какое? — спросил Серёжа. — Повернул назад?

— Нет, — улыбнулся папа. — Он принял решение выпить чаю! Он вскипятил чайник прямо на плоту, вытащил свой складной походный бамбуковый столик и начал пить чай, любуясь живописными видами. Когда он допивал вторую чашку, пятиметровый крокодил неожиданно появился из-под воды и попытался схватить мистера Брэйва за ногу. Отважный джентльмен невозмутимо ударил его по носу своей тростью, не выпуская из рук чашку с чаем, и тот, немало озадаченный, нырнул обратно в Нил. Но вот беда, вместе с собой, крокодил прихватил столик, за которым мистер Брэйв пил чай и тот еле успел спасти своё последнее блюдце! Это потрясло мистера Брэйва едва ли не