Изгнанная - Даниэль Харрингтон

– Отлично, – говорит Джона. – Ты справилась.

Я отпускаю их и вздыхаю с облегчением. У меня получилось!

Тиффани радостно смотрит на меня:

– Отличная работа.

– А теперь очень важная штука, – слышу я голос учителя. – Что ты испытывала?

Я провожу рукой по волосам, вспоминая о том чувстве, которое поглотило меня несколько мгновений назад.

– Мне пришлось влить моей способности больше. Как воды из стакана. Я больше задействовала себя, и… мне пришлось… – Я стараюсь подобрать слова и стою, прижав руки к лицу. – Так яснее?

– Да, – отвечает учитель. – Это хорошая аналогия.

– Я не могла пошевелиться. – Тиффани переминается с ноги на ногу. – Но потом я почувствовала, что могла бы, если бы захотела.

– Вроде как… вырваться из-под моего контроля? – спрашиваю я.

– Да.

– Я испытал схожие чувства.

– Ощущение было слабее, чем в первый раз, когда ты меня обездвижила, – добавляет Тиффани.

– Ты взяла под контроль нас обоих, Холлис, – говорит Джона. Он замечает мой поражённый взгляд. – Ты успешно справилась. А сила придёт с опытом.

– Да, сэр.

– И твоё сравнение с водой очень уместно, – продолжает он. – Я думаю, что в следующий раз стоит сосредоточиться именно на этих ощущениях. Я заметил, что ты медлила перед тем, как использовать свою способность. Почему?

– Нужно было… – Я замолкаю. Поверить не могу, что собираюсь признать это. Что-то во мне противится этому признанию. – Я позволила силе наполнить меня.

Джона обхватывает кулаком подбородок:

– Она достигла твоей груди?

– Да.

– Ясно. Хорошо.

Я совершенно обессилела после такого интенсивного урока, проголодалась, и кажется, что день будет скомканным. Умираю с голода, и руки трясутся.

– Ты справилась, – говорит Джона. – Мы будем работать над массовым контролем, а пока я хочу, чтобы ты продолжила работать над разрабатыванием мелкой моторики. Может быть, с напарником.

– Я могу! – тут же вызывается Тиффани. – Я бы хотела помочь.

– Благодарю, Тиффани, – говорит Джона. – Что ж, на сегодня всё. Вы обе можете позавтракать. – Он машет рукой.

В эту минут звенит колокол, и Тиффани подскакивает от неожиданности, прижав руку к груди, как будто её кто-то стукнул. Мы с Джоной смеёмся.

– Тиф, всё ещё боишься? – спрашиваю я.

– Не важно, – она смущённо улыбается. – Пошли, завтрак готов.

– Иди без меня, – говорю я.

– А ты что, не собираешься подкрепиться? После такого?

– Я… Просто… Я догоню тебя. Займи мне место в очереди.

Она озадаченно смотрит на меня и пожимает плечами:

– Ладно. До встречи. – Она стремительно исчезает, явно торопясь поскорее добраться до очереди.

Я поворачиваюсь к Джоне – и моя уверенность тонет, как камень, брошенный в море. Во рту пересохло, в желудке сосёт, и голова кружится от голода. Почему я так нервничаю? Я откашливаюсь:

– Джона?

– Тебя что-то беспокоит?

– Нет, – отвечаю я. – Хорошо… да.

– Что именно?

– Мне не даёт покоя одна мысль.

– Какая?

Я делаю глубокий вдох.

– Ну вот, – тяну я. Сознание словно охвачено огнём. Я хочу спросить обо всём максимально деликатно. – Я слышала, как ребята говорят об этом… ну и… хотела спросить, что вы думаете.

Джона чешет подбородок:

– Ты о чём?

Челюсть сводит.

– Они говорили, что существовало секретное оружие, которое правительство использовало против прокажённых сто лет назад.

На лице Джоны появляется понимание:

– А, секретное оружие. Точно. Среди людей со способностями ходили такие слухи.

– Так это правда? – я стараюсь сдержать свой голос, боясь, что Джона может догадаться об истинной причине моего любопытства. – Секретное оружие существует?

– Холлис, ты не первая, кто спрашивает об этом. Многие задавались этим вопросом.

– Но оно реально? Или это лишь слухи?

Джона пожимает плечами:

– Если честно, я не знаю.

Сердце ушло в пятки. Я расстроена, но стараюсь казаться безразличной. Нужно проявлять осторожность. Очень важно, как я выгляжу со стороны. Не хочется показывать своё нетерпение.

– Ну… а по вашему мнению?

Он смеётся:

– Я уверен, что правительство, скорее всего, использовало это как приём запугивания.

– Так, по-вашему, это всего лишь слухи?

– Ну, отчасти это может быть правдой. Слух распространился со скоростью пожара. Идеальный способ поселить страх в сердцах людей.

Я закусываю губу, размышляя, как задать следующий вопрос, чтобы не быть столь прямолинейной. Джона знает больше, чем говорит. Я чувствую это.

– Так… о чём ходят слухи? – уточняю я. – На что способно это оружие? В теории.

Я избегаю встречаться с ним глазами, понимая, что этот вопрос выдаёт мой истинный интерес. Может быть, я слишком поспешна. Я затаила дыхание.

– Существовало много предположений, – говорит учитель. – Некоторые утверждают, что оружие применяли, чтобы пытать людей со способностями, другие считают, что с его помощью выслеживали и находили подобных людей, а третьи говорят, что всё было гораздо хуже.

– Например, лишить кого-то способности?

Эта фраза слетает с моих губ так стремительно, что я не успеваю поймать её. Я смотрю на Джону, и у меня трясутся руки. Да что это со мной?! Что я только что сказала? Как такое могло вырваться у меня?!

– Вероятно, – говорит он и хмурится. – Холлис?

– Да?

Пульс учащается, и кружится голова. Я стараюсь принять невинный вид, но не получается.

– Не стоит думать об этом постоянно, – заявляет он.

– Я понимаю… мне любопытно.

– Любопытство само по себе неплохо, Холлис, – мягко говорит Джона. – Но если за ним не приглядывать, оно может обернуться чем-то неприятным.

– Да, сэр.

Разговор закончен. Я не осмеливаюсь расспрашивать дальше. Я смотрю на Джону, стараясь по его лицу догадаться, о чём он думает, но, к моему удивлению, на нём отражается только сочувствие.

– Я понимаю, что этот переход для тебя очень сложен.

Я молчу и опускаю голову, уставившись на ноги. Мне стыдно. Какое странное чувство. Я ничего не понимаю. Я не должна испытывать этого.

– Холлис. – Ласковый голос заставляет меня поднять голову. – Помни, что мы вместе узнаём об этой способности. Ты не одинока. Тебе это будет казаться невыносимым, но вдвоём мы справимся, и тогда это перестанет пугать тебя.

Я никак не могу объяснить, почему Джона настолько мне доверяет. Это сбивает с толку. Я член общества. Меня приучали ненавидеть их. Я не доверяю прокажённым. Меня с детства учили подавлять эмоции, избегать прикосновений и требовали достичь в этом совершенства. Я взрослая. Но тут, внизу, я ощущаю себя ребёнком, несущим бремя проклятия своей способностью, слишком могущественной, чтобы управлять ею. Я как мышь в гигантской мышеловке.

– Так трудно будет не всегда, – слышу я голос Джоны. – Обещаю.

– Да, сэр, – единственное, что я могу выдавить.