Гордячка - Тамара Крюкова

Опечаленная, Злата вернулась к себе в комнату. Она думала, что всю ночь не сомкнёт глаз, но стоило ей прилечь на прохладные простыни и головой коснуться подушки, как дрёма накатила на неё, и она заснула крепким безмятежным сном.

Обычно Злата просыпалась на рассвете, но в то утро солнце поднялось высоко в небо, опрокинув на землю потоки ласкового света, городок давно ожил, а девушка всё спала. Близился полдень, старик-бакалейщик несколько раз на цыпочках подходил к спальне дочери, не решаясь разбудить её. Тревога снежным комом нарастала в его душе. Уж не заболела ли его ненаглядная?

Наконец веки Златы затрепетали. Девушка открыла глаза и увидела подле кровати отца.

- Проснулась, красавица моя, - отец вздохнул с облегчением.

"Красавица"! Слово будто обожгло Злату. Все события прошедшей ночи с поразительной ясностью вспыхнули перед ней. Теперь Злата не чувствовала угрызений совести и не жалела о том, что ослушалась крёстную, нарушив своё обещание. Девушка поспешно вскочила с кровати и бросилась к зеркалу, но её ждало глубокое разочарование: с серебристого овала на неё смотрела всё та же неказистая простушка с веснушками на носу и жидкими волосёнками.

"И зачем только я просила крёстную избавить меня от яда гордыни? Видно, Доля выполнила мою просьбу. Лучше бы она мне оставила красоту, а уж с гордыней я и без неё бы справилась", - с досадой подумала Злата и, обернувшись к отцу, резко отчитала оторопевшего старика.

- Ну что ты тут топчешься? Поди ещё и лавку не открыл?

Бакалейщик, ссутулившись, побрёл из комнаты. Злате стало жалко старика. Она хотела было броситься к отцу и обнять его, но передумала. Горечь и разочарование девушки были так велики, что она решила больше никогда не смотреться в зеркало и отнесла его в чулан.

День шёл за днем. Постепенно соседи стали замечать в своей любимице перемены.

- Злата, помоги мне сшить новую юбку, - попросила подружка.

- Сама учись. Уже на выданье, а руки - крюки, - грубо отрезала Злата.

- Злата, подсоби счета подвести. Что-то не сходится, - попросил как-то сосед.

- А голова для чего, тупица? - услышал он в ответ.

- Злата, зашла бы с моими внучатами посидеть. У меня от них голова кругом идёт. Озорничают - просто беда, - позвала соседка.

- Воспитывать надо было, а не по гостям шататься, - отказалась Злата.

Прошло ещё немного времени. Плечи Златы распрямились, веснушки исчезли, волосы стали густыми и золотистыми.

Однажды Злата зашла в кладовку и, случайно увидев себя в зеркале, застыла в изумлении. Она удивительно похорошела. Девушка вернула зеркало в свою комнату и по нескольку раз на день с замиранием сердца смотрелась в него, каждый раз находя, что стала ещё краше.

Парней тянуло к бакалейной лавке, словно ос на варенье. Целыми днями возле прилавка толпились посетители: кто за коробком спичек зайдёт, кто за понюшкой табака, но девушка таких покупателей не больно жаловала.

- Купят на грош, а разговоров на алтын. Одни только хлопоты, презрительно кривилась она.

Злата продолжала расцветать, как нежная роза под лучами летнего солнца. Всё в этой девушке казалось совершенным, но настоящим чудом были её волосы. Когда по вечерам она расплетала тугие косы, волосы струились по её плечам словно волна чистого золота. Люди по-разному толковали неземную красоту девушки, но все сходились во мнении, что без колдовства тут не обошлось: слишком уж изменился нрав Златы. Поговаривали, что в обмен на красоту она отдала свою ангельскую душу. Никто больше не называл её прежним именем, а дали ей прозвище - Гордячка. Впрочем, она не обращала на это внимания, с презрением глядя на окружающих, точно все они были лишь пылью под её ногами.