Король-Рысь - Ирина Горюнова

Вполне естественно, что в королевский дворец тут же начали стекаться различные шарлатаны разнообразных мастей, фокусники, гипнотизёры, прорицатели, факиры и тому подобная шелупонь. Но, увы, настоящего волшебника среди них не было. Каждый день с утра и до позднего вечера король Лималот XIII и его верный Шут принимали множество претендентов, пытающихся занять вакантное место Главного Волшебника. Точно так же, как и в течение всей последней недели, начался и этот день.

Сначала пришёл маленький скрюченный горбун в обшарпанной лиловой ливрее из панбархата и попытался доказать, что он известный звездочёт и прорицатель Понтилиус V, ведущий свой род от народа вузчхими, известного своими связями с потусторонними силами. Горбун замахал руками, принялся нюхать воздух, потом опустился на четвереньки и три раза обежал вокруг трона, по-собачьи перебирая всеми четырьмя конечностями. Потом поднялся и стал кружиться вокруг себя, пуская изо рта пену и закатывая глаза. Остановившись, он ткнул в Лималота пальцем и пропищал неожиданно высоким и смешным, срывающимся на крик голосом:

— Ты, король, будешь самым великим королём всей Земли и её окрестностей, если не отвергнешь дара, который преподносят тебе боги в моём лице и в лице моего народа вузчхими!

— Выведите его вон, — махнул рукой король стражникам и обратился к Шуту: — Ну что, мы так и будем выслушивать подобные откровения или всё-таки начнём действовать?

— А что вы предлагаете, Ваше Величество? — удивился Шут. — Я колдовать не умею, с историей колдовства и генеалогией этой братии не знаком и, боюсь, не смогу предложить Вашему Величеству ничего разумного. Действовать мечом и шпагой против колдовства глупо и невозможно, так что нам остаётся только одно — всё же найти того, кто будет способен противостоять Маргиссе и Бергару.

Король сокрушённо вздохнул и почесал нос. «Опять к выпивке», — машинально отметил он.

Тут герольд объявил нового конкурсанта: прибыл Камитцу бу Бир — тайный жрец религии мыртсими и великий волшебник. Надо сказать, что о религии мыртсими в то время было известно очень мало. Знали только, что это некое тайное знание, которое передаётся жрецами из поколения в поколение. Каста мыртсими очень замкнута, в их среде заключаются лишь родственные браки, чужаки туда не допускаются, и поэтому знания мыртсими и сами они на грани исчезновения. Сила же их прорицания такова, что сказанное мыртсими сбывается непременно. Поэтому все стараются держаться от них подальше, предпочитая не знать свою судьбу. Да и мыртсими никогда не пытались навязывать свои пророчества обычному люду, повинуясь только необходимости, которая в критические, судьбоносные моменты заставляла их прорицать избранным, что бывало нечасто.

Так что когда в зал вкатился маленький, толстенький, горбатый человечек в расшитом павлинами красном халате, Лималот очень удивился, настолько тот не был похож на жреца тайной касты. На круглом, плоском, лоснящемся лице его прорезывались щёлочки чёрных глаз, хитро смотревших на короля и его подданных. Лысый череп был полностью покрыт татуировками, спускающимися по затылку вниз и уходящими куда-то под одежду, — словно на его голове сидит целый рой каких-то противных копошащихся насекомых. Шут содрогнулся. Королю тоже стало не по себе.

— Пьясю мьеня пьостить, Васи Велисиства, — произнёс он. — Йа усьисал о васем пьедъозении и йесил вам памось. — Человечек торжественно поклонился и сложил руки на груди: — Йасполагайте мньою.

— Ты волшебник? — спросил его Лималот.

— Йа самьий вейикий вайсебник, — подтвердил горбун.

— Докажи, — ввязался в разговор Шут.

Горбун неодобрительно посмотрел на Шута и важно ответил:

— Кагда гасьпьяда гавалят, слуги мальчьят.

— Я разрешаю моему Шуту говорить тогда, когда он хочет, — заметил король, — а от вас я попрошу доказательств вашего могущества. Что вы можете? Предсказать будущее? Разрушить гору? Создать армию воинов из семян бузины? Разрушить козни других волшебников?