Прочь из чёрной дыры - Ольга Лукас

Я подхожу ближе. Мы не виделись сколько — пять минут, десять? Но я побывала в чёрной дыре и вернулась, получается, прошло несколько лет. Поэтому я говорю: «Ты как?» — и глупо улыбаюсь.

— Я жив и цел, — отвечает Федя. — Друг тоже. Но курткой пришлось пожертвовать. Пошли куда-нибудь в тепло, я весь задубел, пока тебя ждал.

Он слегка дрожит — от холода или от пережитого, — но вид у него уверенный. Не отступил, спас Друга и меня дождался. Стоял на морозе в тонком свитере, не зная, вернусь я или нет.

Федина куртка заледенела и внутри и снаружи, в ней не согреешься. Он хочет оставить её на улице: вряд ли ему придёт в голову носить это рубище. Но я предлагаю свернуть её, как одеяло, и запихать в мою тряпичную сумку для покупок, чтоб проще было нести. Мало ли, поедет он зимой на дачу копать грядки, а тут ура — куртка, которую не жалко. У Феди нет дачи, и грядки зимой не копают, потому что земля промерзает и становится как каменная, но куртку он послушно складывает. Переноска пострадала только снаружи, поэтому Друг отправляется в неё.

Мы заходим погреться в ближайший магазин. Тот самый, на двери которого начертан оберегающий знак «с собаками не входить». Но Друг — не собака. Он шпиц. К тому же, тихо сидит в сумке.

Магазин продуктовый, и новые куртки в нём не продаются. А если бы и продавались, у нас не хватит денег. Мы устраиваемся около широкого окна, переноска стоит на подоконнике. Пока всё выглядит так, будто мы кого-то ждём. Но рано или поздно охранник выставит нас на улицу.

— Не надо было нам идти в эту сторону! — говорю я. — Я ведь знала, что тут собака бегает и всех пугает. Я все опасные дворы и улицы знаю!

— Проехали, — отвечает Федя. — Старайся меньше думать о том, что осталось в прошлом. Смысл? Изменить уже ничего нельзя.

— А если я не думаю, а оно думается само?

— Резко меняй тему. Сброс до базовых настроек. Смотри, вот так. Встряхнулся, — Федя мелко вздрагивает, как будто через него пропустили неопасный электрический разряд. — Перезагрузка! Перезагрузка! Я думаю о настоящем. В настоящем у меня проблемы: я не очень в курсе, как доберусь до дома. Морозец-то ничего такой. Но с этим можно что-то сделать. Например, вызвать такси. А вернуться в прошлое, чтобы пойти другой дорогой, мы не можем.

Федя достаёт телефон и углубляется в поиски такси.

«Вернуться-то можно всегда, — думаю я. — Но вот пойти другой дорогой не получится».

Ему не понять меня, а жаль. Не понять, что прошлое напоминает о себе само. Каждая встречная собака, собака на картинке, отдалённый лай, песня про собаку, все эти поговорки — «собачья преданность», «я собаку съел», «спустить всех собак»… Перезагружайся — не перезагружайся, мир не даст сменить тему. Как-нибудь да напомнит.

Федя прерывает мои размышления:

— Да что это за жизнь, я не могу даже приложение скачать, чтобы вызвать такси! Запрос сразу маме улетит. Когда я приложение с доставкой пиццы пытался скачать… Бэээ, она была очень недовольна.

— Давай я скачаю! — предлагаю я.

Но в моём телефоне всегда переполнена память: фото, видео, игры, переписка с Ли. Чтобы скачать приложение с заказом такси, нужно что-нибудь удалить. Много чего. А у меня всё нужное!

Кручу в руках телефон, замечаю, что пришла новая смс. Опять какой-нибудь спам. Удалю хоть его!

Открываю сообщение: упс, от деда.

«Поехал покупать вам телевизор. Буду проезжать мимо вашего дома. Могу сразу закинуть. Пиши. Дедушка».

Смс отправлена два часа назад! Я не ответила, и дед уже, наверное, дома, тайком попивает припрятанное от бабушки спиртное. И всё же набираю его номер.

— Слушаю. Говорите! — отвечает дед. Слышны сигналы автомобилей — значит, он ещё за рулём.

— Ты где? Можешь подъехать? — спрашиваю я.

«Кто? Зачем? Ты нормальная?» — одними губами произносит Федя.

«Это дедушка. Он ОК», — так же беззвучно отвечаю я.

— Уже отъехал, но на перекрёстке могу развернуться. Телик — зверь. С тем, старым, не сравнить.

— Только можешь не домой сначала подъехать, а к магазину… Я тебе геотэг сейчас скину.

— Это далеко? Адрес мне продиктуй.

Адрес… Где взять адрес?

Дедушка за рулём говорит по громкой связи и кричит на весь салон. Федя его, конечно, слышит. Он запускает руку в пустую корзину, которую оставил на подоконнике кто-то из покупателей, и достаёт чек. Пальцем показывает мне строчку с адресом магазина. Я диктую адрес деду.

— Пятнадцать минут, если пробок не будет, — говорит тот и отключается.

За окном стемнело, но не сильно. Всё такое морозно-льдисто-синее. Хорошо смотреть на эту зимнюю сказку из тёплого безопасного магазина!

Мы с Федей стоим рядом. Перед нами на подоконнике переноска с затаившимся Другом и моя сумка, из которой торчит капюшон погрызенной куртки.

Мы молчим. Не потому, что не о чем поговорить: очень даже есть о чём, я так и не выяснила, как Федя победил овчарку. А он, наверное, хочет узнать, как я смогла так незаметно убежать и спрятаться. Но эту информацию вполне можно сбросить при перезагрузке. А вот то, что происходит сейчас, в тишине — уже не забудется.

На первый взгляд — ничего не происходит, мы просто стоим, но при этом создаём первое общее воспоминание. В котором будет этот голубой снег за окном, пахнущий хлоркой подоконник, контрабандой пронесённый в магазин Друг в переноске и ожидание.

Охранник уже несколько раз прошёл мимо нас. Наконец он не выдерживает.

— Молодые люди, вы долго тут будете стоять?

Пока я выдумываю отговорку, Федя выкладывает всё как есть. Что одежда его пострадала в битве с собакой и что за нами сейчас заедет на машине ответственный взрослый.

Друг ворочается в переноске: наверное, ему надоело сидеть неподвижно. Охранник подозрительно смотрит на ожившую сумку, но Федя поспешно поправляет её, вроде как она начала сползать с подоконника.

— С собакой этой надо что-то делать, — строго говорит охранник. — Многие жалуются.

Интересно, как эти «многие» поняли, что у нас в переноске собака, а не кошка или, скажем, кролик? И почему они ябедничают охраннику, а не попросят нас уйти? Прикидываю, что вполне могу подождать деда на улице, с переноской на плече. Лишь бы Федю на