Превращение - Эмили Уитмен

– Не думаю, что дедушка готов подпустить тебя к своим особенным книгам, – сказала она.

– Если вести себя осторожно, твой дедушка никогда об этом не узнает, – этот аргумент не убедил Нелли, поэтому я продолжил: – Просто я умею читать и хочу сам выбирать себе книги. Некоторые из них могут… звучать во мне.

Правда сработала. На лице Нелли появилась решимость.

– Ты прав. Мне тоже нужно самой выбирать книги. Иногда я не знаю, подходит ли мне книга, пока не начну её читать. Дай подумать.

В итоге мы придумали. Нелли выманит дедушку из дома, предложив отнести его принадлежности для рисования в красивое место. Она поможет ему всё установить и оставит до солнца в зените – так Нелли называла полдень. Затем вернётся. Тогда утром в доме никого не будет и дедушка не сможет застать нас врасплох.

«Морж» пришёл в восторг от предложения.

В первый день, когда Нелли вернулась от дедушки, её лицо было виноватым.

– Дедушка сказал, что я очень предусмотрительная, – сказала девочка. – Я чувствую себя подлой.

А затем Нелли открыла дверь в дом.

Наконец-то! Я подошёл к полкам. В последний раз я кричал на книги, требуя, чтобы они заговорили. А они говорили всё это время! Я провёл пальцем по одному корешку. На нём жирными буквами значилось: «Истории у камина».

– Что ты ищешь? – спросила Нелли.

Я не мог рассказать Нелли правду, хоть она и рисковала ради меня.

– Истории… – ответил я. Казалось, что рассказ о жене-шелки был правдив.

Я выбрал книгу с народными сказками. Мы с Нелли расположились на полу и молча читали. Изредка я поглядывал на неё. Нелли быстро переворачивала страницы.

Я же продвигался еле-еле. Читать было тяжело, страницы переворачивал с трудом. На них жили корабли-привидения, русалки, мальчик, отправившийся на черепахе в подводный мир. Я словно ощущал солёный запах океана и слышал шум прибоя. Солнце поднималось выше, а я всё ещё не встретил ни одного упоминания шелки. Мой вздох был прерывистым и беспокойным.

Нелли неправильно истолковала его.

– Не волнуйся, – успокоила она. – Пока я не приду за дедушкой, он не вернётся. Правда, нам уже пора.

Мы отложили книги. Затем зашли в комнату Нелли за рюкзаком.

Она не была похожа на комнату Томми. Здесь были полки с собственными книгами Нелли, стол с бумагой и маленькими баночками с краской и ряды камней и ракушек. Возле кровати – маленький круглый столик с лампой и фотографией в рамке. Я подошёл ближе. На фотографии были Нелли с мужчиной и женщиной. У женщины золотистые волосы и серые глаза, как у Нелли. У мужчины тёмно-коричневая кожа, чёрные волосы и рот, как у Нелли. Они обнимали её.

– Это твой клан? – спросил я.

– Можно и так сказать, – она достала из груды вещей свой рюкзак. – Это мои родители.

* * *

Неделя тянулась бесконечно… Каждый раз, когда Нелли возвращалась, я стоял у дома и мы вбегали в него. День ото дня я читал всё быстрее. В тишине комнаты мне казалось, что неумолимое время натягивалось надо мной, словно сеть.

Однажды я нашёл книгу о тюленях на дальнем севере. Я читал её, надеясь узнать что-то о мудрецах. Снег, слякоть, лёд, низкое серое небо – я представлял всё это настолько живо, повествование затягивало меня всё глубже и глубже, пока я не очутился во сне наяву.

Я был в шкуре и вертелся в воде, поворачиваясь взмахами ластов и хвоста. Вдали на плавучей льдине лежала мама. Затем я увидел, как к ней крадутся три чёрные точки – два глаза и нос: белый медведь! Я ускорился и со свирепым рыком запрыгнул на лёд. Пока белый медведь был в ступоре, мы с мамой поспешили в воду и унеслись…

– Что ты сейчас читаешь? – прервала меня Нелли.

Я вернулся в реальность и захлопнул книгу.

– Истории, – ответил с отвращением.

Дурацкие истории. Я читаю их неделями. Страницу за страницей, книгу за книгой. И что я узнал? Ничего. Ни одной подсказки. Даже намёка на превращение. Я ни на миллиметр не приблизился к обретению шкуры и спасению мамы.

Я стремительно подошёл к стене с книгами. Слова имели силу. В тот день в бухте они помогли маме надеть шкуру. Теперь слова обязаны помочь мне.

Я запихнул книгу обратно на полку и достал другую – маленькую тонкую книжку с блёклой мягкой обложкой; она была совершенно непримечательной, поэтому я бросил её на пол. Книга открылась на случайной странице, где было написано: «Иногда ребёнок шелки и человека рождается…»

Я ахнул.

– Что такое? – спросила Нелли.

Моё сердце стучало быстро, я был не в силах ответить.

Вдруг Нелли подняла голову, прислушиваясь, и вскочила. Я тоже услышал. К дому приближались тяжеловесные шаги – топ-шарк, топ-шарк.

Дедушка решил не дожидаться Нелли и вернулся самостоятельно!

– Скорее! – прошептала Нелли. – Беги ко мне в комнату!

Мы быстро спустились по лестнице. Пролетели мимо входной двери. Ручка уже поворачивалась! Мы шмыгнули за угол и влетели в комнату. Нелли упала на кровать. Я скользнул на пол и сел. Глазами, полными ужаса, мы уставились друг на друга.

Мои пальцы дрожали. Только сейчас я заметил, что книга до сих пор была в моих руках.

– НЕЛЛИ! – закричал старик.

Девочка выбежала из комнаты.

Книга жгла руку. Я был в доме и взял книгу. Если старик узнает, он никогда больше не впустит меня в дом и запретит видеться с Нелли.

В холле «морж» воскликнул:

– Вот ты где!

Его трость стучала по полу.

Листая страницы, я неистово искал слова, которые недавно прочёл. «Иногда ребёнок шелки и человека…» – что дальше?

– Я думал, с тобой что-то случилось, – голос старика звучал приглушённо, будто он склонился к Нелли. – Я безумно волновался.

– Прости, пожалуйста, дедушка. Аран пришёл, мы играли. Время пролетело незаметно.

Я переворачивал страницы.

– Где же тогда твой друг? – спросил дедушка.

– В моей комнате, – Нелли окликнула меня: – Аран!

Я встал и закрыл книгу. В следующий момент спрятал книгу за пазуху и осторожно вышел.

«Морж» стоял у открытой двери, приобнимая Нелли за плечи.

– Здравствуй, Аран, – поприветствовал он меня с улыбкой.

– Здравствуйте, – я облокотился о стену. – Простите, что задержал Нелли.

– Ну-ну, ничего страшного. Моё колено сегодня не так болит. Возможно, я снова начну выходить.

– Ну нет, дедушка! – Нелли бросила на меня беспокойный взгляд. – Мне нравится носить твои вещи, и гулять на свежем воздухе, и всё такое.

Он указал на сумку у ног:

– Почему бы тебе тогда не отнести сумку к столу? И ты сможешь погулять на свежем воздухе, когда после обеда пойдёшь забирать