Крикса - Александр Александрович Матюхин

– Милая, ты в порядке?

– Да чтоб вас… – Галка ругалась редко, но сейчас не сдержалась. Потому что старик её в этот момент ужасно напугал. Хорошо хоть, негромко сказала.

Он стоял на краю провала, сложив руки на животе. Смотрел вниз.

– Нашла покрывало?

– Да! – Галка показала сверток. – Удивительно, конечно. Там всё полностью сгнило, а этой ткани хоть бы что.

– Потому что это магия. Поднимайся ко мне, милая, и завершим дело. Всех спасем.

Она осторожно обошла накренившиеся брёвна, по которым скользила вниз до этого. Примерилась и попробовала за что-нибудь ухватиться. Не так-то просто это оказалось. Спускаться всегда намного легче, чем подниматься обратно. Это вам любой скалолаз скажет. Хотя кошки могут и поспорить. Если бы они умели спорить, конечно.

На старика надежды не было никакой, он вряд ли поможет ей подняться. Галка осмотрелась.

– Не задерживайся, милая. Мы и так уже много времени потеряли, – нетерпеливо произнес старик. Волновался. Даже покашливать начал: «Гха-ха, гха-ха».

– Погодите, тут подумать надо. Скользко.

– Справа посмотри. Выступы и корни.

Действительно, справа сквозь развалившиеся от старости и времени брёвна торчали толстые корни большой сосны. По ним можно было подняться примерно до середины, а потом перебраться на вон то немного покосившееся перекрытие, и уже почти будешь наверху.

– Я сейчас.

Галка засунула покрывало за пазуху, полезла по корню наверх. Корень был липкий и царапал ладони. Уже через полминуты Галка поняла, что придётся как следует повозиться. Она соскользнула вниз, чтобы немного отдышаться.

– У меня есть отличная идея! – воскликнул старик. – Кинь мне покрывало, милая, я его размотаю и сделаю крепкую верёвку, как в фильмах, знаешь? Когда люди сбегают из запертых квартир.

– Вы не выдержите меня, – засомневалась Галка. – Упадёте еще, кости переломаете.

– Это я с виду слаб, а в душе молод и силён. Кидай, разберемся. Привяжу хвост куда-нибудь.

Идея, в общем-то, была неплохой. Галка вытащила покрывало, примерилась, чтобы бросить, но в момент броска что-то кольнуло её руку в локте. Холод. Прикосновение призрачного мальчишки. Галка вздрогнула. Брошенное покрывало спикировало криво влево и упало в воду.

– Что же ты вытворяешь! – вскричал старик, хватаясь за голову. – Испортишь ведь! Гха-ха-гха-ха!

Он зашёлся в приступе тяжелого и мокрого кашля.

– Покрывало шестьдесят лет тут пролежало, и ничего, – виновато буркнула Галка.

Она подбежала к свёртку, вынула его из воды. Ткань впитала воду, потяжелела. Галка выжала её, и сквозь пальцы засочилась не только грязная вода, но и какие-то серые и старые разводы, будто с него смывалась краска.

– Кидай скорее, милая! – закричал старик. – Ну же!

Галка, не слушая его, развернула покрывало и увидела, что вышивка под струйками воды размеренно движется. Олени, женщины, похожие на лягушек, другие женщины – все они шевелились, как в настоящих мультфильмах. Крутили головами, сдвигали и раздвигали ноги, поднимали над головой руки.

Крупный план: Галка сошла с ума от недосыпа и стресса.

Стоп камера.

Крючки в голове. Кто-то раньше говорил ей про это. Вспомнила. Чтобы выбраться из подменного сна, нужна небольшая деталь, которая заставит тебя засомневаться в реальности происходящего. Потому что в реальности крикса ничего сделать тебе не может, она сильна только в созданном ею мороке и сне.

Сон дал трещину.

– Чего ты застыла, милая? Гха-ха! Время теряем!

Галка перевела взгляд с дергающихся фигурок на старика и ужаснулась. У того было тёмное и какое-то одутловатое лицо, как у настоящего утопленника из фильмов ужасов. Под глазами набухли сизые мешки, а вздутые белёсые губы блестели на солнце. И ещё морщинки. Это были и не морщинки вовсе, а налипшие всюду речные водоросли.

С края на неё пялился не живой человек, а настоящий заложный покойник. Галка читала про таких в книгах. Люди, умершие насильственной смертью.

– Милая, кидай же, ну! – произнес старик, выплёвывая изо рта струйки воды.

– Я вас вижу настоящего, – пробормотала Галка, хотя от страха у нее будто спёрло дыхание. Она попятилась обратно от провала и света, к фанерной двери. – Вы мертвец. Не настоящий. Это подменный сон, в котором вы заставили меня спуститься сюда и достать покрывало.

– Глупости говоришь, – старик засмеялся, будто квакал. Форменная жаба. – Ну какой я мертвец? Так, одной ногой в могиле.

– Вы утонули.

Смех резко оборвался. Старик посмотрел на Галку сверху вниз, склонив голову набок.

– Утонули, и очень давно. Вас, может быть, и нет в реальности, вы в подменном сне своей возлюбленной. Всегда там и были. Поджидали жертву, с помощью которой можно было бы вытащить криксу со дна озера.

Глаза старика сузились, превратившись в два синяка. Он забормотал:

– Ах ты, дрянь мелкая. Безобразная деваха, наглая выскочка. Гха-ха. Нашла чего говорить. Рот свой поганый раскрыла и болтает всякое! Ну-ка, кидай сюда покрывало. Твоё, что ли? У, воровка. В кого только такая? Ещё хвалится. Хорошая, говорит, милая! Кукиш. Всем расскажу, что мелочная и вороватая. Тащит всё, что плохо лежит…

Голос был не его, не стариковский. Глухой и булькающий.

А вдруг сейчас покойник этот спрыгнет вниз и отберёт сверток? Куда бежать? Верно, некуда. Но Галка почему-то была уверена, что не спрыгнет. Потому что в подвале призраки. Именно поэтому старик не мог спуститься и забрать сверток раньше, а подговорил Галку поплыть с ним. Она удачно подвернулась со своим нежеланием спать. Мозги тронулись, в них легко просочился подменный сон, вот и получился такой результат.

Ловко старик все устроил.

– Не отдам! – сказала она. Голос дрожал. – Хотите забрать, давайте слезайте сами. Заберите.

Краем зрения Галка видела детей. Призрачные фигурки, притаившиеся в тёмных и небольших участках подвала. Стоило повернуться к ним – они снова исчезали. Но теперь она точно знала, что все они были здесь.

– Воровка. Мелочная девчонка. Не уважаешь старых совсем. Гха-ха. Не видать тебе больше белого света. Ни в жизнь. Слышишь? Слышишь? – продолжал квакать старик, хлестко брызжа водой. – Останешься тут, как и все до тебя. А я новых приведу. Новых приведу, слышишь?

Он не стал спускаться, конечно же. Вместо этого отступил от края шаг, другой и исчез совсем. Только один голос разносился среди деревьев. Брезгливые ругательства, упрёки, кашлянье и угрозы, но и они постепенно стихли. Галка не шевелилась, прислушивалась. Капала вода, пели птицы, ветер шевелил листья деревьев, и всё. Ни одной живой души на большом острове. Только она… и мертвецы.

Неизвестно, сколько прошло времени и сколько Галка так простояла. Ноги у неё уже