Мар. Червивое сердце - Наталья Маркелова

Королева хлопнула в ладоши. Прибежали слуги. И в этот момент Дэмон заняла своё обычное место в лютне, выпустив меня на свободу.

— Отведите моего шута в лиловые покои Дворца. Теперь они его, — приказала королева.

Я поклонился, пошатываясь, словно пьяный, — тело казалось невыносимо тяжёлым. Чтобы скрыть разочарование и волнение, развернувшись так резко, что едва не упал, я поспешил за служанкой.

Осмотрев выделенную нам комнату, я и, главное, Дэмон, остались довольны. Меня пошатывало от усталости, хотелось броситься на роскошную кровать под лиловым шёлковым балдахином и уснуть, но я не мог себе этого позволить. Нужно было сделать ещё кое-что, поэтому я собрал всю свою волю и покинул Дворец Королевы.

Мне необходимо было проститься с Лаки. Предлогом для встречи послужило то, что я оставил у неё свои вещи. Если норовистого животного мне было совсем не жаль, то плащ терять не хотелось. Дэмон молчала, я тоже не жаждал общаться, злясь на её выходку, хотя и осознавая, что сам бы не смог так же легко осуществить задуманное и стать шутом королевы. Если честно, сам бы я вообще этого не смог.

«Ну, перестал злиться? — поинтересовалась Дэмон, когда мы шли по главной улице Столицы. — Надо сказать, я вообще не понимаю, почему ты кипятишься, когда должен радоваться и прыгать от счастья, — теперь ведь ты всегда будешь рядом с королевой».

— Я хотел, чтобы Стелли меня узнала. Что толку от того, что я буду рядом с ней, если она меня не замечает?

«Тебя ведь раздражает то, что Лаки узнала тебя, а Стелли нет?»

— И что, если это так?

«Вот и задумайся, для кого ты более ценен. Впрочем, я говорю это потому, что знаю: ты всё равно предпочтёшь королеву, и мои слова ничего не будут значить. Признаю́сь, мне выгоднее и интереснее жизнь при дворе. Там столько гнилых сердец, такая вкуснятина!»

— Гнилых сердец?

«Тебе ведь сказали, что я читаю сердца. Нет, Шут, я не просто читаю, некоторые из них я поглощаю. Не все, конечно. Нельзя съесть чистое, непорочное сердце. А вот сердца, размягчённые страстью и тайными желаниями, мне подвластны, а уж гнилые сердца — вообще моё излюбленное блюдо. И чем я больше съем сердец, тем сильнее стану. Тем ты станешь сильнее».

— А потом? Что потом, ради чего это всё?

«А разве обязательно должен быть смысл? Разве само существование не главное?»

— Нет, точно нет, — подумав, сказал я. — Должно быть что-то выше этого, нечто такое, ради чего стоит двигаться вперёд, несмотря ни на что.

«И что же это?»

— Я ещё не знаю.

«Узнаешь, расскажи мне», — усмехнулась Дэмон.

Лаки была в своём гостиничном номере. Я увидел её, как только подошёл к зданию. Девушка смотрела на меня из окна.

«Она сидит тут с самого возвращения из Дворца и ждёт тебя», — подтвердила мои подозрения Дэмон.

— Что мне сказать ей?

«Расскажи о том, что недавно говорил мне на улице, может, она отнесётся к этому более серьёзно».

— Почему, когда мне действительно нужен твой совет, ты либо молчишь, либо издеваешься?

«Просто иногда ты можешь справиться и без моей помощи. Вот, например, сейчас, ведь неважно, что ты скажешь Лаки, всё равно ты собираешься разбить ей сердце. Тут можно говорить всё что угодно, основными будут не слова, а действия».

В этот момент мне вдруг сделалось невыносимо страшно, захотелось убежать, лишь бы не слышать того, что мне скажет Лаки, лишь бы ничего не говорить ей в ответ. Но это было бы нечестно, потому что, если я сейчас не оборву связывающую нас нить, Лаки будет ждать меня вечно. Я набрался храбрости и вошёл в гостиницу.

Когда я открыл дверь номера, Лаки бросилась ко мне, но я отшатнулся.

— Мир, уедем в Замок Трёх клыков, — возбуждённо заговорила Лаки. — Если ты не можешь меня любить — не люби. Живи так, как тебе хочется. Играй на лютне, наслаждайся жизнью. Я стану тебе товарищем, сестрой, кем ты захочешь. Я много думала, нам будет хорошо там вдвоём, стены замка скроют наши тайны. Ты же пропадёшь рядом с королевой!

— Лаки. — Я взял девушку за руку. — Милая Лаки, здесь нет больше Мира. Рядом с тобой стоит шут королевы. Теперь уже ничего не изменить. Я не могу пойти с тобой, хотя какая-то часть меня очень этого хочет. Я должен исполнить то, что предначертано.

— Мир…

— Прошу, не называй меня так больше. — Я попятился, словно, назвав старым именем, девушка ударила меня, и закрыл лицо, но Лаки отвела мои руки в стороны, пытаясь заглянуть мне в глаза. — Теперь я Шут, — сказал я упрямо, глядя прямо на неё.

— Нет, Мир. Нет.

— Лаки, будь счастлива. Я желаю тебе встретить хорошего парня, который тебя полюбит и которого полюбишь ты. Парня с чистым сердцем.

— Ты её любишь?

— Кого?

— Королеву.

— Да, люблю. — Я не стал врать, не стал лукавить, просто сказал правду — Лаки это заслужила.

— Но ведь это глупо — любить того, кто настолько тебя выше, что даже не заметит твоих чувств с этой высоты. А если и заметит, то отнесётся к ним с усмешкой.

— Ты думаешь, я этого не понимаю?

— Я думаю, ты этого не осознаёшь.

— О нет, Лаки, как же ты заблуждаешься! Я знаю, что люблю человека, до которого мне даже не докричаться, как бы я ни старался. И это не потому, что она стоит выше меня, не потому, что она королева. Это потому, что время не пропускает сквозь себя звук. Как можно докричаться до того, кто остался в прошлом? Но я люблю её и ничего не могу с этим поделать.

Я развернулся, чтобы уйти, но Лаки вдруг преградила мне путь, схватила меня за плечи так, что мне стало больно, и прижалась губами к моим губам. И, как в первый наш поцелуй, я обнял её и ответил, но на этот раз с большей страстью. Я целовал её так жадно, как скупец пересчитывает монеты. Прервав поцелуй, я начал его заново, сам поражаясь своей страсти. А потом оттолкнул Лаки и выбежал прочь.

— Если ты всё же поймёшь свою ошибку, вспомни обо мне, я всегда буду любить тебя, Мир!!! — ударили меня в спину отчаянные слова, оказавшиеся больнее всех насмешек, которые я когда-либо слышал.

— Ничего мне не говори, — предупредил я Дэмон.

Дэмон промолчала. Но как же я хотел, чтобы она велела мне вернуться.

Путь до Дворца Королевы я проделал почти что бегом. Когда я ворвался в свои покои, то едва мог дышать и сразу повалился на кровать.

— За тобой демон гнался? — услышал я знакомый голос и подскочил.

— Нет, моя королева, всего лишь любовь, — откликнулся я и вдруг подумал, что Дэмон сказала бы так же. Неужели я становлюсь ею? Может быть, она не меняет моё сердце, а становится им?

— Любовь? Ты влюблён? — Королева уютно расположилась в кресле, на её коленях лежала раскрытая книга. Должно быть, она уже много времени провела в этой комнате, ожидая моего возвращения.