Жёлтая книга сказок - Эндрю Лэнг

Пустился Мартын в путь. Дошёл до рынка, до мясных рядов – а там суматоха, шум, крики да собачий лай. Протиснулся Мартын сквозь толпу, видит: привязали мясники борзого пса к столбу и колотят его палками безо всякого снисхождения. Пожалел собаку Мартын, заговорил с мясниками:

– Какую такую провинность совершил этот пёс, что вы его колотите?

– Целую свиную тушу он сожрал, вот за это и получает по заслугам, – ответили мясники.

– Не бейте пса, я его выкупить хочу, – говорит Мартын.

– Воля твоя, выкупай. Только дешевле чем за сто монет мы его не уступим.

Мартын так и ахнул:

– Сто монет! Ладно, будь по-вашему.

Достал он деньги, заплатил мясникам. Отвязали они беднягу пса, отдали Мартыну и сказали, что кличут его Журкой.

Вернулся Мартын домой, мать встречает его на пороге.

– Что купил, сынок, чем разжился?

А Мартын отвечает:

– Журку купил, матушка.

И на пса показывает.

Очень рассердилась старуха, принялась бранить сына. В доме самим есть нечего, а он такие деньги за собаку отдал – корми теперь ещё и её!

Наутро дала старуха Мартыну вторую сотню монет, наказывает:

– Ступай в город, купи провизии. Да смотри, зря деньги не мотай. Нынче я наскребла муки, испекла лепёшку; только назавтра её уж не хватит.

Пошёл Мартын в город. Добрался до стен городских и видит: тащит крестьянин кота на верёвке. Кот мяукает жалобно, упирается, а живодёр только ухмыляется.

– Эй, – кричит Мартын, – куда бедного кота волочишь?

– К речке. Утопить его собираюсь.

– За какую же провинность?

– Гусю моему шею свернул.

– Не топи кота, лучше мне продай!

– Не продаётся негодник! И за сто монет не уступлю его!

– Это ты хватил, дяденька. Уж за сто монет наверняка продашь кота. Я не шучу – вот деньги.

С этими словами Мартын вручил крестьянину сто монет. Крестьянин хвать деньги да и в карман, пока не передумал парень. А Мартын снял с кошачьей шеи верёвку, самого кота Васькой нарёк и домой понёс.

На пороге мать стоит, встречает:

– Ну, сынок, где ж мешок с провизией?

– Нет мешка, матушка, есть кот Васька.

– А кроме кота ничего не принёс?

– Остались бы деньги – купил бы еды. Да только все сто монет я на кота потратил.

Начала мать браниться:

– Дурень ты, Мартын, каких свет не видывал! Прочь ступай с глаз моих! Работай на чужих людей или подаяния проси, раз все деньги впустую потратил.

Не посмел Мартын перечить матери, свистнул Журку, посадил Ваську на плечо и отправился в соседнюю деревню на заработки. Попался ему зажиточный крестьянин, спрашивает:

– Куда путь держишь?

– Хочу на подённую работу наняться, – отвечает Мартын.

– Пойдём со мной. Жалованья не плачу, работают у меня за еду и кров. Год проработаешь – щедрую награду получишь.

Мартын согласился. Целый год работал он на своего хозяина, не отлынивал. Вот настал расчётный день. Зовёт хозяин Мартына в амбар, показывает два мешка:

– Выбирай, парень, любой из двух мешков.

Мартын заглянул в мешки. Один полон серебряных монет, а в другом – песок речной. Задумался Мартын: «Не иначе, песок этот не простой, возьму-ка его вместо серебра».

Взвалил мешок на спину и пошёл другой работы искать. Долго шёл, забрёл в дремучий лес. Посреди леса – поляна, на поляне костёр горит, а в огне – девица красоты несказанной. Увидела она Мартына, взмолилась:

– Мартын, Мартын, спаси меня, а я помогу тебе счастье добыть! Засыпь пламя песком, который заработал за год службы.

«И впрямь, – думает Мартын, – лучше душу живую спасти, чем таскать на себе этакий тяжеленный мешок».

Сбросил он мешок с плеч, развязал, стал песок в костёр сыпать. Вмиг погасло пламя, а прекрасная девица взяла да обернулась змейкой, бросилась Мартыну на шею, зашипела-зашептала в самое ухо:

– Не бойся меня, Мартын! Отныне буду я тебя охранять, только сначала проводи меня к моему батюшке, в Подземное царство. Предложит он тебе за моё спасение разные богатства – и золото, и серебро, и самоцветы, – а ты их не трогай. Проси колечко, которое батюшка на мизинце носит, ибо заключена в том колечке сила волшебная. Стоит только перекинуть его с руки на руку, как явятся двенадцать молодцов и в одну ночь любое поручение исполнят.

Пустились в путь Мартын, Змейка, Журка да Васька. Долго шли и добрались до высокой скалы, что прямо посреди дороги стояла. Тут соскользнула змейка с Мартыновой шеи, ударилась о сырую землю, обернулась девицей-красавицей. Махнула рукою на скалу – открылся в скале ход узкий, тесный – только-только человеку на четвереньках протиснуться. Зато уж когда вылезли путники по другую сторону – равнину широкую увидели. Над равниной синий небесный свод, а посреди равнины – дворец. Сам из камня порфира, крыша золотая, крепостные стены сверкают алмазами. Указала красавица на дворец и говорит:

– В этом дворце живёт мой батюшка, из него правит Подземным царством.

Вместе вступили они во дворец, и царь им навстречу объятия распростёр, а потом и спрашивает дочку:

– Дочь моя любимая, где ж ты столько лет пропадала? Я уж и не чаял вновь тебя увидеть.

– Ах, батюшка, – отвечает подземная царевна, – совсем бы я пропала, если бы не этот юноша. Спас он меня от лютой смерти.

Ещё ласковее посмотрел подземный царь на Мартына, обратился к нему с такими словами:

– За доброту и храбрость награжу я тебя по-царски. Бери всё, что душа твоя желает. Вот золото, вот серебро, вот каменья самоцветные!

– Не надобно мне, государь, ни золота, ни серебра, ни самоцветов, – отвечал Мартын. – Коли хочешь меня наградить, пожалуй мне колечко со своего царственного мизинца. Взгляну на него – вспомню щедрость твою, а как жениться решусь – подарю колечко невесте.

Снял тогда подземный царь кольцо с мизинца, вручил Мартыну, но предупредил:

– Бери, добрый юноша, только с условием: никому не раскрывай тайны кольца. Раскроешь – беду на себя навлечёшь.

Взял Мартын колечко, поклонился царю и в обратный путь пустился. Вышел из Подземного царства, зашагал в родную деревню. Матушка его, как прежде, жила в ветхом домишке. Но с волшебным колечком Мартын быстро дела поправил. Лёгкой и привольной стала их жизнь; казалось, никакое горе уж никогда над ними не нависнет. Да только пришла Мартыну охота жениться. Простую девушку не желал он в жёны, а позарился ни много ни мало на царскую дочь. Неловко самому идти свататься, вот и говорит Мартын своей матушке: