Музыкальные мифы. Книга 3 - Владимир Викторович Кирюшин

— Ах, ты! Какой хороший мальчик, — сказал ему грустный УМЕНЬШЕННЫЙ ВВОДНЫЙ ДВОЙНОЙ ДОМИНАНТ с ВЫСОКОЙ ТЕРЦИЕЙ, — покажи, покажи-ка скорей своих розовых ТЕРЦИЙ.

Мальчишка, весь ободранный ветками, в порванном стареньком костюмчике, послушно протянул мешок:

— Возьмите.

УМЕНЬШЕННЫЙ ВВОДНЫЙ ДВОЙНОЙ ДОМИНАНТ с ВЫСОКОЙ ТЕРЦИЕЙ хотел было взять его, но вдруг, резко передумав, брезгливо отдернул руку.

— А почему они не шевелятся? Они что, мертвые?

— Нет. Они живые. Но они плачут, — и мальчишка заплакал сам. — Не надо было мне их ловить.

— Почему же?

— Потому что они целовались, когда я их накрыл мешком. Они гладили друг друга по шерстке, держали друг друга за руки и целовались... А я их схватил.

— Тебе что, жалко ТЕРЦИЙ?

— Конечно. Ведь я лишил их свободы и счастья.

— Тогда зачем же ты их ловил?

— Но я же обещал. А раз человек обещал, он должен сдержать свое слово во что бы то ни стало.

— Кто же тебе сказал такую глупость? — грустно засмеялся УМЕНЬШЕННЫЙ ВВОДНЫЙ ДВОЙНОЙ ДОМИНАНТ с ВЫСОКОЙ ТЕРЦИЕЙ. И его смех подхватили пришибленные близнецы:

— Вот чудак!

— Не смешно, дядя. Это должен знать каждый.

— Почему? — изумились близнецы.

— Да потому, что, если человек обманщик и врун, то он уже не человек вовсе.

— А кто же он тогда по-твоему? Тигр, что ли?

— Нет, не тигр, а так, мразь какая-то. Вот в нашей деревне жила не так давно ваша матушка — она такой и была.

— Как? — возмутились ДВОЙНЫЕ ДОМИНАНТЫ. — Ты что говоришь!?

— Я? Правду я говорю.

— А чем докажешь? У тебя доказательства есть?

— Конечно, есть. Это я сам. Сам я и есть доказательство.

УМЕНЬШЕННЫЙ ВВОДНЫЙ ДВОЙНОЙ ДОМИНАНТ вновь грустно глянул на малыша:

— Ну, расскажи, что там у вас произошло с матушкой. Расскажи, не бойся. Никто не узнает об этом, и мы тебе ничего плохого не сделаем.

Мальчишка недоверчиво посмотрел на говорящего и отрицательно замотал головой:

— Я вам не верю!

— Ну и напрасно. Я тебе даю честное мужское слово. В это ты веришь?

Мальчишка оглядел УМЕНЬШЕННОГО ВВОДНОГО ДВОЙНОГО ДОМИНАНТА с ВЫСОКОЙ ТЕРЦИЕЙ с ног до головы и молча кивнул:

— Мой отец был пастухом и пас овец. Однажды волки загрызли одну овцу из тех, которые принадлежали вашей матери, ДВОЙНОЙ ДОМИНАНТЕ с РАСЩЕПЛЕННОЙ КВИНТОЙ. Когда стадо вернулось домой, тогда обнаружили пропажу. Но не сразу, а дня через два. Ваша матушка стала сама вести расследование: куда девалась овца, кто ее украл. Ее подозрение пало на отца, так как соседи, мол, видели, что сразу же после его прихода с гор в нашем доме был праздник, все веселились и жарили шашлыки (а праздник действительно был — мне исполнилось одиннадцать лет).

Не стала ДВОЙНАЯ ДОМИНАНТА с РАСЩЕПЛЕННОЙ КВИНТОЙ расспрашивать отца об этом случае, а решила действовать по-другому. Вызвала она меня и говорит:

— Я знаю, что ты, мальчик очень честный и хороший. Я очень люблю таких. Ты же не хочешь, чтобы папе было плохо? Правда? Так скажи мне, ели ли вы на днях барашка?

Я очень испугался, когда меня вызвали к ДВОЙНОЙ ДОМИНАНТЕ. Знал, что при желании она, пользуясь своими связями и влиянием, может любого посадить в темницу, и поэтому молчал.

— Что же ты молчишь, добрый мальчик? — сказала эта хитрая женщина и погладила меня по голове. — Скажи. Скажи, все, что ты знаешь, и я тебе даю слово, что никто в деревне об этом не узнает. И ни тебе, ни твоему отцу, конечно же ничего не будет. Я тебе обещаю.

Она посмотрела мне в глаза и так ласково улыбнулась, что я ей сразу поверил. Поверил и рассказал, что мы ели барашка (правда при этом забыл сказать, что это был мой барашек, которого я сам выращивал). Рассказал я ей, что однажды, лет пять назад, отец откуда-то принес куриные яйца, а потом еще и апельсины. И что мы их в то время тоже ели.

— Вот и хорошо, — сказал ДВОЙНАЯ ДОМИНАНТА. — Очень хорошо, что ты такой честный мальчик. Теперь напиши все это на бумаге. И ты пойдешь домой.

Целый месяц после этого разговора ничего не было. И вдруг из главного города приехал к нам помощник какого-то КАДАНСОВОГО КВАРТСЕКСТАККОРДА. Строгий и страшный. Явился он к нам домой, перерыл все вещи. Потом забрал отца и бросил его в темницу, сказав, что он воровал овец по всей округе и что таких случаев было тридцать четыре. Я пробовал было говорить помощнику КАДАНСОВОГО КВАРТСЕКСТАККОРДА, что я наврал ДВОЙНОЙ ДОМИНАНТЕ, когда рассказал ей о барашке. Что никаких яиц и апельсинов мы в жизни не пробовали. Что я все это выдумал, потому что обиделся на отца за то, что он ударил меня по лицу прямо на улице при всех. За то, что я курил... Но все было поздно. На меня никто не обращал внимания. Лишь отец посмотрел на меня долгим взглядом и тяжело вздохнул.

А потом увели отца из дома, и больше я его никогда не видел.

И умер отец в темнице. Говорят, умер не от того, что ему было там очень тяжело, а от моего предательства.

Но самое страшное было потом, когда меня наградили: дали два кило МАСЛА, а потом и нарисовали. А мои портреты повесили на всех домах деревни. Все ходили мимо них и, указывая на мое изображение, говорили детям:

— Вот, видите, какой он честный мальчик! Он МАСЛО, МАСЛО, МАСЛО за свою честность получил. И еще ЧЕРЕШНИ.

— Ах, как он любил нашу ДВОЙНУЮ ДОМИНАНТУ, даже не пожалел своего родного отца и сказал ей всю правду. Берите с него пример! Он самый, самый честный! Вы тоже должны быть такими.

— А если и вправду твой отец был плохой и брал когда-то яйца и апельсины?

— Не-е-ет, — сказал мальчик задумчиво. — Плохих отцов и матерей не бывает. Их никогда предавать нельзя даже за МАСЛО.

Наступила долгая пауза...

— Но я же не знал, что ДВОЙНАЯ ДОМИНАНТА обманет меня. Я верил ей! — отягощенный воспоминаниями, мальчишка заревел.

— Да-а-а, — сказал грустный УМЕНЬШЕННЫЙ ВВОДНЫЙ ДВОЙНОЙ ДОМИНАНТ с ВЫСОКОЙ ТЕРЦИЕЙ. — Плохо быть честным. За честность