Пламя изменений - Алексей Олейников

… Разом все кончилось, боль не ушла, но утихла, сменилась острым зудом, девушка не сдержалась, запустила пальцы под одежду, страшась нащупать рану, но не в силах терпеть этот зуд. Раны не было, ужасно чесалась кожа, и чесался весь живот изнутри, кровь засыхала на одежде, прилипая к телу, а раны не было.

– Как это… – Джейн села, прислонилась к стенке трейлера. Привычное уже ночное зрение проявилось, когда ей потребовалось, она расстегнула рубашку…

Твердый рубец в районе солнечного сплетения, он чешется, аж глаза на лоб лезут. И больше ничего. Госпожа Вонг ее вылечила?!

В клетке пошевелился Шандор, Джейн отползла в сторону.

– Ты… слышишь?

Не отвечай, не говори с этим монстром!

– Теперь я вспомнил, – речь давалась Шандору с трудом, но он упрямо продолжал: – Меня зовут Шандор Гайду, я Страж Магуса Венгрии. И я предатель.

Девушка молчала, ожесточенно расчесывая рубец. Пусть болтает что хочет – она больше не купится.

– Когда проходит приступ, память возвращается. Ненадолго. Потом снова уходит… Я должен сказать, пока не забыл. Я предал свой Магус, я думал, так будет лучше для всех. Думал, если Бранко отдаст Зеленую печать, темники от нас отвяжутся. Оказалось, нет.

– Темники? – девушка не выдержала. – Кто это? Что такое Магус? Что такое Страж?!

– Ты совсем ничего не помнишь, – голос у Шандора шелестит, в легких его что-то клокочет, хочет вырваться. – Магус – это мы, Дженни.

– Это правда?! Меня зовут Дженни Далфин?!

– Да, – выдохнул мужчина. – Слишком много всего объяснять. Тебе надо бежать.

– Куда?! – с тоской спросила девушка. – Куда? Тут повсюду твари, эти темники, меня или сожрут, или пристрелят. Меня чуть не убили сейчас, Шандор! Куда бежать?

– Здесь ты точно умрешь, – мужчина сел, зазвенели цепи. – Или с тобой сделают что-нибудь… как со мной.

– Что значит – как с тобой?

– Гильдия… – пробормотал мужчина. – Дикая Гильдия рыщет здесь. Им нужны мужчины. Сильные, способные выдержать перерождение. Врасплох застали, я спал…

– Что с тобой сделали? – Джейн забыла обо всем, потянулась к клетке – такая боль звучала в его голосе.

– Перевертышей делают, себе потомство куют, – бормотал Шандор все тише. – Каждая тварь хочет жить, хочет длить свой род, даже такая, как перевертыш. Они достали состав Келлера, снадобье своего отца, Дженни, они где-то добыли его…

Девушка ничего не понимала, кроме того, что ему было очень плохо. Это снова Шандор, а не та тварь. Она потянулась и дотронулась до его руки.

Мужчина вздрогнул.

– Однажды мы так уже говорили, – сказал он. – Я был в клетке, а ты снаружи. Все повторяется…

– Когда?! Когда мы говорили?! – с силой вскрикнула девушка. – Где мои родители?! Что такое Магус?! Почему все это происходит?!

– Потому что ты Видящая, – устало сказал Шандор. – Одни говорят, что ты спасешь этот мир, другие – что погубишь…

– Да я сама себя сейчас спасти не могу, что за бред!

– Ты забыла, значит, так надо, – голос его окреп. – Но я помню. Они хотели сделать из меня перевертыша, но я все еще Страж Магуса.

Он потянулся вперед, цепи натянулись, крепежные кольца заскрипели и со стоном стали разгибаться. Звон прокатился по темному пространству трейлера, а Шандор растер запястья и взялся за прутья.

– Ты…

– Тсс, – прошептал мужчина. – Не шуми.

Девушка затаила дыхание. Даже в темноте она видела, как узлы мышц вспухли на руках, проступили жилы на шее. Прутья со скрипом разогнулись, и Шандор неуклюже протиснулся наружу. Взял двумя толстыми пальцами за цепь на ее руках и одним движением порвал.

– Как… это… ты? – обрела дар речи девушка.

– Знала бы ты, что можешь ты, – негромко засмеялся Шандор. – Ты вспомнишь, обязательно, только вот выберемся отсюда.

Он бесшумно прошелся по трейлеру – и куда делись его боль и усталость? Он скользил как призрак, и темнота его совсем не смущала.

– Лови! – она поймала рюкзак, запустила руку внутрь – проверить, на месте ли кольцо. С чего вдруг она за него волнуется? Поверила, что это какая-то волшебная печать?

Но он же переломил цепи – голыми руками! А эти твари, а его перерождение? Если это не магия, то что?!

Шандор оперся костяшками о дверь трейлера. Потер лоб.

– Возвращается… – с досадой сказал он. – Мало времени. Скоро опять накроет – до следующего приступа.

Сжал ее за плечо – бережно, но твердо, прошептал:

– Слушай внимательно. Когда я открою двери, ты подождешь полминуты, выскочишь и побежишь отсюда как можно дальше.

– Как это? Они же меня схватят!

– Не схватят, – мрачно сказал Шандор. – У них другие дела будут. Веселые.

– А как же ты?!

– За мной долг, Дженни Далфин. – Она угадала тень улыбки. – Когда-то ты спасла меня. Я должен вернуть долг, пока еще могу. Пока я – еще я, Шандор Гайду, а не какая-то тварь.

– Но…

– Молчи! – он отодвинул ее к стене. – Береги глаза. И помни – пока ты веришь, ты все можешь.

Прислушался к происходящему за стенами трейлера, приложил кулак и ударил в стык дверных створок.

Двери вылетели наружу, закачались на выгнутых петлях, солнце ударило по голове молотком, Джейн зажмурилась, а когда открыла глаза, Шандора не было. Рядом ударила короткая очередь, а после послышался сдавленный хрип, крики, топот ног, мимо пробежали трое бойцов в черном, девушка сунулась было к выходу и тут же отпрыгнула назад – мимо, одно за другим пролетели три тела, упали на землю, корчась от боли.

– Тревога! – заполошно вопили в лагере, палили уже не переставая, что-то взорвалось, ударили пулеметные очереди…

«Пора!» – решила Джейн, схватила рюкзак, выскочила из трейлера и припустила, как заяц от лисы – в поля, напрямик, куда глаза глядят, вверх по невысокому подъему.

Она бежала, пока хватало дыхания, воздух свистел в ушах, а сзади все грохотало, гремело, взрывалось. Шандор Гайду был прав – этим темникам было не до нее. На вершине холма она обернулась и поразилась – как далеко успела убежать, отсюда лагерь темников был совсем небольшим – четыре броневика, трейлер, несколько палаток. Один из броневиков был перевернут, другой исходил густым дымом, а посреди лагеря бушевал вихрь – неразличимый в движении и заметный лишь в момент удара, там плясал свой танец Шандор Гайду, Джейн казалось, что она видит, как все ярче горит внутри него теплый огонь. Люди в черном суетились муравьями, разбегались в стороны, падали, стреляли. и улетали прочь изломанными куклами, когда вихрь налетал на них.

Она последний раз взглянула на него, и ей показалось, что там, внизу, он тоже поймал глазами ее силуэт на холме.