Пламя изменений - Алексей Олейников

Дым стоял над островом Ловцов, огонь катился по земле девятым валом, стеной, обращая в пепел все на своем пути. Пылали тысячелетние оливковые рощи, убежища гамадриад, и, не в силах покинуть свое обиталище, стонали дриады. Воем и белым пеплом исходили рощи, ручьи и озерца обращались в пар, и вихри горящего воздуха гуляли по выжженным пустошам, некогда бывшим лугами серебристых трав – ростом с человека.

Пылали жилища первых, горело дерево, железо, камень, и к Башне Дождя все тек и тек нескончаемый поток зверей, людей и первых.

Над огненным фронтом в чистом небе клубились черные тучи, там бушевала гроза, молнии били в вал пламени, который продвигался по острову, ливень сплошной стеной бил в раскаленную землю упругими струями воды, там бушевал торнадо, который швырял обломки скал в пасть ненасытного огня, гнал встречный поток воздуха, чтобы остановить или хотя бы замедлить его продвижение. Темные изгибающиеся хоботы водяных смерчей вставали над морем, чтобы развеяться в страшном горниле пламени миньона.

Вспышка! Башня Дождя, средний ярус, кольцевая галерея. Алиса припала к стене, перевела дух. Доспехи Архимеда, повинуясь ее мысли, проявились – для стороннего наблюдателя она просто возникла из воздуха, при умелой настройке доспехи скрывали даже факт использования таблички. Жаль, что она не успела разобраться с ними…

Башню сотряс мощный удар, в небе распустился огненный шар.

Миньон бьет термобарическими зарядами, с них станется и ядерное оружие использовать. Выдержит ли Кольцо Магуса такой удар?

Алиса сильно сомневалась. Кольцо основано на принципе вероятности, оно создает область с наименьшей вероятностью попадания пули или снаряда. Но ядерный взрыв или тем паче пламя фоморов не оставляет никаких шансов.

Рядом возник Теодорус, молча взял у нее флягу. Приложился.

– У тебя сапоги дымятся, – сказала Алиса.

Лепрекон покосился, плеснул из фляги, удовлетворенно выслушал шипение.

– Миньон как с цепи сорвался, – сказал Теодорус. – Мы ее спешили, очередной джип подорвали. Теперь она пересела на танк и возглавляет ударную колонну. Они примерно в двух часах езды от Башни. Мы задействовали все погодные артефакты, использовали все, что можно, – болота, подземные озера, провалы, ураганы, землетрясения. Мы можем ее только замедлить, но не остановить. Сатырос потерял уже двадцать своих слуг – она жжет их за минуту.

– Оперативники?

– Передний фронт держит отряд Штольца, там все Властные, умеющие работать со стихиями. Остальные четверки действуют по старой тактике – атакуем и отходим. Они учли прошлый штурм, теперь держатся группами не меньше взвода. У нас четверо раненых, один тяжело, вывели из строя пять кукол и два взвода гомункулов.

– Эвакуация?

– Германика почти ее закончила, флот уходит в открытое море, они будут ждать исхода.

– Исхода… – Алиса устало улыбнулась. – Похоже, он близок. Мы использовали все, Тео. К ней не подобраться. Я больше не буду пытаться – мы потеряем людей и существ. Их надо сберечь.

– Если она ворвется в Башню, некого будет беречь. Мы перебросили часть экзопарка на острова Брана, но ты же знаешь, некоторых придется оставить.

– Знаю…

– Колонна сильно растянулась, – сказал лепрекон. – Она рвется к Башне. Странно, что высадилась на противоположном берегу.

– Хочет спалить все, – Алиса отодвинула стажера, который хлопотал с дальнестрельным чудовищем производства Сатыроса – четыре ствола, затворная коробка, огромный барабан, в котором торчали короткие дроты темного железа, толстый гофрированный шланг уходил из аппарата прямо в стену, гудел от нагнетаемого под давлением пара, – и выглянула в бойницу. Пламя вставало вдали, дымные смерчи завивались уже над плантациями их травника – Алкимены Хербериус. Бедная Алкимена, она каждый росток мандрагоры выхаживала как птенца…

Очередной ракетный залп сотряс Башню, клочья мха, ошметки плюща отлетали от белых стен, Алисе запорошило глаза белой пылью.

– Колонна сильно растянулась… – повторила она. – У корабля не много охраны. Как ты думаешь, Тео, замедлит миньона прямое попадание термобарической ракеты?

Глаза у лепрекона блеснули, он азартно вцепился в бороду:

– Я соберу абордажную команду.

– Идем мы, – сказала Алиса. – Все, у кого остались доспехи Архимеда. Если получится, выиграем немного времени.

«А что потом? – опер-Ловец не могла не думать, не просчитывать шансы. – Как убить фомора? Кто об этом знает?»

– Сновидцы все еще не подсчитали вероятности?

– Пламя изменений путает им все карты, – сказал лепрекон. – Пока они не могут найти решения.

– Тео, отправляйся в библиотеку. Найди Мимира. Он должен знать, как одолеть эту тварь.

– Только мечи туата, выкованные владыкой Гоибниу, способны на это, – грустно ответил лепрекон.

Алиса разрубила воздух ребром ладони:

– У нас нет времени гоняться за туата и отбирать у них мечи! Должен быть еще какой-нибудь способ!

– Я поговорю с Мимиром, – лепрекон кивнул и исчез.

Алиса помедлила, наблюдая за лихорадочной жизнью Башни – мимо пробежала санитарная команда, у Северного аванпоста кто-то попал под танковый залп, стажер, имени которого она так и не узнала, снова принялся хмуро настраивать дальнострел, галопом по коридору промчался посыльный-фавн.

Башня Дождя вовсе не собиралась сдаваться. И значит, она тоже не могла.

* * *

Аурин Штигель с неудовольствием оторвался от стола, когда в палатку ворвался Младший Брат Гай Марцел.

Молодой перевертыш вытирал на ходу губы и сыто рыгал.

– В чем дело, Младший Брат? – спросил Аурин, неодобрительно глядя на расхристанный внешний вид подчиненного – когти не втянуты, остаточная шерсть на шее и щеках, зрачки щелевидные – черт знает что, а не боец Дикой Гильдии. Может быть, они все же поторопились с рецептом Отца? Не стоило использовать его так масштабно?

– Господин Аурин, я только что с южного крыла Стаи. Они загнали какой-то Магус в брошенной деревне, но циркачи успели выставить Кольцо.

– И что? – Аурин вернулся к обеду – стейк с кровью, жареные телячьи почки, бокал бордо девяносто пятого, пара листьев салата – легкий обед, как он любит.

– Приятной охоты. Пусть дождутся расплаты циркачей, тогда Кольцо падет. Пусть никого не оставляют в живых. Из циркачей хороших перевертышей не выйдет, дрянь материал.