Монстры под лестницей - Хельга Воджик

Кэр посмотрела на ободранные букеты, потом на меня, хотела что-то сказать, но передумала.

– Необычная подвеска, – Усач кивнул мне. – И что открывает этот ключ?

Я нахмурился и спрятал ключ под футболку.

– Ничего, – буркнул я.

– Наверное, нашел в нашем подвале, – пожала плечами Кэр и посмотрела на Усача. – В этом доме чего только нет.

Слишком подозрительно: с чего бы Усачу нам помогать. Что он вынюхивает? Вдруг ему тоже нужен ключ? Но ведь открыто не спросишь?

Собирать мне было особо нечего. Но время тянулось как резиновое. Усач глаз с меня не спускал. Я затылком чувствовал, как шевелятся его усы. Словно вибриссы у котов – ощупывают пространство, следят, подмечают, улавливают малейшие колебания воздуха.

– Пора вернуться домой, – Кэр погладила мне плечи. – Пойдем?

Я кивнул.

Потом мы шли по коридору, и я не увидел на стене тех самых часов, и стола охранника не было.

Так же молча я уселся на заднее сиденье синего пикапа и уставился в окно, ожидая, когда пейзажи начнут от меня убегать. Я должен был спросить у ма о блокноте деда. Вдруг все-таки она увезла его домой. Но не мог этого сделать при Усаче.

Мы выехали на дорогу. Больница стояла где-то на отшибе. Потом, позднее, я узнал, что она обслуживала несколько мелких городков типа Амбертона.

А вдруг ма отдала записки деда Усачу как улику! От этой мысли испарина выступила на лбу. То-то он так подозрительно косится и так премерзко ухмыляется.

Мимо мелькали луга и деревья, пару раз мы пересекали ртутную змейку реки. Когда впереди показались крыши домов, я выпалил:

– Я бы хотел навестить мистера Незалса!

Усач бросил на меня взгляд через зеркало, а Кэр развернулась и расплылась в улыбке:

– А ведь это отличная идея, Макс! Мы ведь не успели поблагодарить его. Но только не с пустыми руками. Вы не знаете, – обратилась она к Усачу, – где можно купить пиццу или пирог? Если, конечно, это не слишком большое злоупотребление вашей добротой.

– Не слишком, – рассмеялся Усач. – Я знаю отличное место, где можно перекусить и взять пирог на вынос. Вы ведь явно не успели позавтракать?

Какой же он заботливый. До тошноты. Я поерзал. Хорошо, что ма была рядом со мной, а не на переднем сиденье с этим напыщенным медведем.

* * *

И вот, десять минут спустя, мы уже сидим в забегаловке. Втроем. И меня это ужасно бесит! Я шумно втягиваю молочный коктейль. Кэр удивленно смотрит на меня – я так не делал лет с четырех. А Усач уже все усы себе проулыбал, пялясь на мою маму. И мне это не кажется!

– Может, повторить? – смеется он, когда я в очередной раз втягиваю воздух из стакана, гоняя несчастные капли растаявшего мороженого.

– Спасибо, мистер, – смотрю на него из-под бровей как можно выразительнее. – Много сладкого вредно.

Я чертовски доволен своей шуткой. А как Усач приторно сладко улыбается моей маме! Мне даже смотреть сахарно! Благо, она не отвечает тем же. Но мой разрушительный луч иронии проходит мимо.

– Какой разумный малыш, – этот суровый детина, под два метра ростом, назвал меня «малышом»!

Минус стопятьсот очков в репутацию. Немедленно и бесповоротно. Вновь втягиваю воздух в стакане. Теперь даже официантка на нас смотрит. Посетителей, кроме нас, еще парочка, тоже какие-то чрезмерно рослые. Неужели деревенский климат способствует?

Кэр наконец-то улавливает напряжение. И нас всех спасает женщина в красном.

– Ваш заказ готов, – официантка ставит коробку с пирогом возле Кэр.

– Ну, теперь мы во всеоружии!

* * *

И вот я опять сидел в синем пикапе.

– А далеко до его дома? – задал я вопрос в пустоту, но, понятное дело, обращался к Усачу.

– В Амбертоне все близко, он живет по ту сторону Стрелы. Недалеко от того места, где мы с тобой впервые встретились.

– Стрелы? – нашелся мне тут старый знакомый.

– Да, город делится пополам, как пирог. Ваш дом на востоке, а его – на западе. В центре площадь. Стрела была меткой для прокладки железной дороги, и, хотя в итоге она прошла намного севернее, но название так и осталось. Говорят…

Тут зашуршала рация. Усач выключил радио и принял вызов.

– Придется отложить вашу поездку. Срочный вызов. Опять птицы пугают добропорядочных граждан. В последнее время они как безумные. Птицы, не граждане.

Усач усмехнулся:

– Надеюсь, пирог не пропадет?

– Знаете, – Кэр забарабанила пальцами по коробке с пирогом. – Приходите к нам на обед к пяти. И Незалса прихватите. Вы ведь знакомы?

– Конечно, знакомы – он всю жизнь на страже Амбертона проработал. Был шерифом, потом, как умерла жена, уволился, ушел в охранники в госпитале, а потом… – Усач запнулся. – Что и говорить, даже выйдя на пенсию, продолжает присматривать за городом…

– Незалс работал в госпитале? – я навострил уши.

– Да, много лет назад. Пока что-то не произошло, и он не оставил свой пост. Он одно время рассказывал всем про монстра, проклятие. Но тогда у него был сложный период. Потерял жену и ребенка, запил, чуть не разбился. В итоге оставил пост шерифа, месяц не выходил из дома. Но после. После стал оживать, устроился в госпиталь, а потом этот случай… До конца так и не оправился. Но он славный старик.

– А когда произошел этот случай? – предчувствуя неладное, я вцепился в водительское кресло Усача.

– Году в восемьдесят втором, тоже летом. Я тогда совсем мелкий был, как ты. И мы любили травить байки про монстра из ветвей, о котором бормотал безумный Незалс…

– Мне кажется, нам достаточно кошмаров, – Кэр дала понять, что стоит сменить тему. – Сегодня к пяти на ужин.

Усач повернулся к Кэр:

– С удовольствием приду. И Незался прихвачу.

– Я очень рада, – вот опять эта патока в голосе.

– Тогда и Марго пригласи, – буркнул я.

– Марго? – Кэр повернулась ко мне. – Конечно. Она все время о тебе спрашивала…

– Конечно, – перебил я. – Иначе кто будет готовить? Или это будет ужин из полуфабрикатов?

– Макс? – Кэр раскрыла рот. Ее глаза заблестели, и она отвернулась.

– Ничего не имею против полуфабрикатов, – Усач потянулся и включил радио, – особенно в приятной компании.

Кэр шмыгнула носом.

– Знаете, – Усач постучал в ритме песни по рулю, – у нас в Амбертоне не принято приходить в гости с пустыми руками. Так что я тоже приготовлю что-нибудь. Вот мне хвалили «Быстротели».

– «Быстротели»? – Кэр не смотрела на меня.

– Да, отличные тефтели в гуманной заморозке от Грина, – Усач заржал, как кукабара. – Я их варварски разморожу на гриле.

– Гуманная заморозка, – Кэр смеялась. – Звучит