Саша Саша - Ирина Шитова

Ах, совсем забыла о своем пятом наблюдении, Александр меня ненавидит. Нет, правда. Уж не знаю, что я ему такое сделала, но при виде меня он так кривится и зло смотрит, что мне хочется забиться под одеяло и вылезти оттуда только тогда, когда наступит конец света.

Но сегодня мне такой удачи не предвидится.

– Саша, спускайся, твоя сестра здесь! – кричит внизу мама, и я заставляю себя захлопнуть ноутбук и встать с кровати.

Моя сестра, Наташка, приехала из города знакомиться с новыми членами нашей семьи. Она была на пять лет старше меня, и за эту разницу в возрасте успела съехать от родителей, выйти замуж и родить ребенка.

– О, а вот и моя крошка! – улыбается сестра при виде меня. Мы обнимаемся, и я действительно рада ее видеть. Наташка очень похожа на маму – у нее длинные черные волосы, карие глаза и выразительные скулы. Она чуть ниже меня ростом, хотя, казалось, куда уж еще. Я заметила, как к нам подбирается мой племянник Мишка, и сейчас с интересом смотрит снизу вверх.

– А кто это такой пухлик? – улыбаюсь я и сажусь прямо на пол напротив мальчика.

– Мися! – весело отвечает беззубой улыбкой племянник.

– О, а я тебя и не узнала – так ты вырос!

Сцену знакомства Гараниных с семейством сестры я пропустила, но за столом понимаю, что Наташке они нравятся. Ее муж особых эмоций не проявляет. Он вообще немногословен и на все вопросы по большей части отвечает всегда односложно «да» или «нет». Уж, честно, не знаю, чем он смог покорить мою энергичную и бойкую сестру. Хотя, если учесть, что ей нравится по большей части слушать саму себя, возможно, это очень удачный симбиоз.

Мама, стараясь всем угодить, приготовила три разных салата, мясо по-французски и несколько закусок. Саша вежливо улыбается и активно отвечает на все вопросы моей сестры. К Теме непрерывно пристает с объятиями мой двухлетний племянник, из-за чего тот, кажется, чувствует себя не очень комфортно.

Когда наступает время чая, мама просит нас с сестрой организовать его. Мы уходим на кухню, где, наконец, можем спокойно поговорить. Кажется, Наташка, только этого и ждала, так как сразу же начинает:

– Ну, как тебе мальчики? – не дав мне ответить, она тут же делает это за меня. – И не говори, знаю, знаю. Родителям и так туго приходится, а тут еще два рта. Одного учить надо отправлять, а второго еще столько лет на своем горбу тащить. И чем только они думали? Но тебе грех жаловаться. У тебя есть своя комната, – продолжает говорить она, заваривая чай. – А они, между прочим, заняли мою. Я в твои годы, жила в маленьком зале, который был проходным двором.

– Я там тоже жила, – напоминаю я сестре, доставая чайный сервиз из шкафа.

Одно из моих наблюдений о Наташке – это, как я его называю, комплекс старшей сестры. Ей постоянно кажется, что ей родители не додали, что они должны были больше о ней заботиться и помогать по жизни. Возможно, это было как-то связанно с тем, что она была одна, а потом появилась я, чем вызвала ревность, не знаю. Но тот факт, что родители всю жизнь по кирпичику строили этот дом своей мечты с двумя этажами и отдельными спальнями для каждого, а она к моменту окончания стройки успела съехать от нас – ее ужасно бесит.

– Да, но ты была мелкая. И тебе нравилось ковыряться в моей косметике и одежде. А теперь ты живешь в этом роскошном доме, который родители строили, экономя буквально на всем.

– А конкретно на тебе, – не сдержавшись, озвучиваю ее претензии вслух.

Наташка на секунду замирает, но тут же с вызовом продолжает:

– Да, на мне! И я считаю это несправедливым. Теперь в моей спальне живут эти два чужих мальчика, а мы с мужем и ребенком живем в однушке.

– Родители вам помогают, как могут, – возражаю я. Этот разговор начинает меня утомлять. – Они каждый месяц перечисляют вам на вклад.

– Да, толку то, – закатывает она глаза. Начав расставлять чашки на поднос, она решает все-таки поинтересоваться моими делами. – Ты-то как переживаешь это все? Я смотрю, выглядишь не очень – синяки под глазами, ногти с облупленным лаком, да и, кажется, немного пополнела.

– Возможно. Не знаю, – равнодушно пожимаю я плечами, и, взяв один из подносов, иду в гостиную.

Второе наблюдение о моей сестре – она любит самоутверждаться за счет остальных. Чтоб было понятно, у нее сорок шестой размер одежды, а у меня сорок второй. Даже, если я и пополнела немного (чего, собственно, нет), то уж точно стройнее ее.

Когда семейство моей сестры уехало, так как его главе надо было на следующее утро на работу, я быстро юркаю в свою комнату. Знаю, это плохо не помочь маме прибраться, но она там с этим ненавидящим меня Сашей и боящимся Темой, а мне не хочется ощущать всю гамму их эмоций на себе. Я прислушиваюсь к тому, что творится внизу и слышу, как они там смеются и разговаривают. Странно, но, кажется, комплекс старшей сестры заразен и теперь перешел на меня. Мне не нравится чувство, что в своем собственном доме мне приходится прятаться. Я достаю телефон и пишу Асе:

Я: «Чувствую себя здесь лишней».

Ася: «Что случилось?»

Я: «Тема меня боится, Саша ненавидит, и я прячусь в комнате, выходя пописать и помыться только под покровом ночи».

Ася: «Стремно. Ты не пыталась поговорить с Сашей? Почему ты считаешь, что он тебя ненавидит?»

Я: «Он ни слова мне не сказал за все время и при этом так смотрит, как будто я убила его любимую собаку».

Ася: «А ты ее убила?»

Я: «Ха-ха, смешно»

Подруга ничего не отвечает, и я блокирую телефон, посчитав, что сеанс «поной в жилетку лучшей подруге» завершен. Но через несколько минут смартфон вновь вибрирует.

Ася: «Ты бы хотела, чтобы они никогда не появлялись в твоей жизни?»

Я перечитываю это сообщение несколько раз. Хотела ли я? Хотела ли, чтобы мамина любовь и внимание оставались только моими? Чтобы я могла спокойно спуститься к ужину, где сидит моя семья, не пользуясь глупыми отговорками, что успела поесть раньше или сделал это у Аси? Хотела ли я не замечать в школе,