Корина - ленивая чародейка - Сергей Сухинов

Посреди пещеры на очаге, сложенном из камней, стоял большой чугунный котел с желто-зеленым варевом. От него пахло так дурно, что у девочки даже заружилась голова. Со стен пещеры свисали гроздья сушеных мышей, лягушек и змей. На полках стояли глиняные горшки, доверху наполненные сухими пауками. А над головой девочки висело чучело здоровенного зеленого крокодила с длинной зубастой пастью.

— Ой! — выдохнула Корина и от испуга села на земляной пол.

Нарк рыкнул.

— А ведь она трусиха, эта девчонка! Из такой колдуньи не получится.

— Получится, получится! — торопливо закричала Корина и вскочила вновь на ноги. — Подумаешь, сухие мыши, какая невидаль! Я у себя в Даруме и живых-то ни чуточки не боялась. А змей и вовсе за хвост таскала, словно котят… Ой-ой-ой!

Корина завизжала, увидев неподалеку большую пятнистую змею, обвивавшую деревянный столб.

Гингема подошла к змее и ласково погладила ее по большой плоской голове. Та от удовольствия даже высунула из пасти длинный раздвоенный язык.

— Это Лашка, удав, а вернее, удавиха, — тепло молвила старуха. — Лашку подарила мне одноглазая уродина Бастинда, правительница Фиолетовой страны. Мы с Бастиндой сестры, и обе — колдуньи, но не больно-то любим друг друга. Небось, Бастинда надеялась, что Лашка меня удавит, и тогда Голубая страна достанется ей! Но мы с Лашкой подружились. Я скармливаю ей самых лучших лягушек да мышей, которых приносят к пещере раз в неделю Жевуны.

— Выходит, Лашка добрая? — робко спросила Корина.

— Добрая? — расхохоталась колдунья. — А ты дай Лашке обнять себя за плечи, тогда увидишь, какая она добрая! Только косточки твои затрещат! Но вообще-то она смирная, на своих не бросается. А вот Жевуны при виде ее трясутся, словно листья на ветру. Иди, доченька, погладь мою удавиху!

Корина зажмурила глаза и вытянула дрожащую руку. Лашка сама потерлась о нее головой и зашипела от удовольствия.

— Похоже, вы скоро подружитесь, — довольно улыбнулась Гингема. — Ну, девонька, а теперь хватит отдыхать. Ты ведь хочешь учиться волшебству, верно?

— Еще как хочу! — закричала Корина, забыв о своих страхах.

— Ну, тогда принимайся за работу. Мне надо сейчас улетать по делу в другой конец Голубой страны. К вечеру я вернусь. А ты бери метлу да подмети пол в пещере как следует. А потом перебери связки с сухими мышами, выброси тех, что испортились. Когда закончишь, набери у ручья в ведерко песка, возьми тряпки и почисти снаружи котел — уж больно он закоптился вчера, когда я варила колдовское зелье.

Корина даже глаза выпучила от возмущения.

— Что-о-о? Разве так учатся волшебству?

— Именно так, — кивнула Гингема. — Придется тебе потрудиться как следует, доченька. И не только сегодня, но и завтра, и послезавтра. Запомни: колдовское ремесло — самое трудное на свете! Лентяям здесь делать нечего. Подумай еще раз, Корина — может, я все-таки отвезу тебя в Дарум?

Корина задумалась, а затем мотнула головой.

— Не-а, не хочу! Ладно, уберу твою противную пещеру и переберу твоих гадких мышей. Чего только не сделаешь, чтобы стать настоящей чародейкой!

— Молодец, дочка! — одобрительно молвила Гингема. Она села в ступу, взяла в руку колдовскую метлу и взмыла в небо. Вскоре она скрылась за вершинами деревьев.

Корина завистливо проводила ее взглядом. Вот бы ей так пролететь над Дарумом на ступе! Все девчонки просто умерли бы на месте от зависти. А мальчишки, наоборот, стали бы восхищаться ею еще больше. И особенно рыжий, веснушчатый Тим. Он итак прежде не сводил с нее, Корины, восхищенных глаз. А когда она станет колдуньей, то наверное, влюбится в нее на всю жизнь!

Корина даже улыбнулась, представив вытаращенные, восхищенные глаза Тима. Но когда Нарк поднес ей в зубах метлу, то улыбка сбежала с лица девочки.

— Это что, колдовская метла? — подозрительно спросила она.

Волк положил метлу на пол и мотнул головой.

— Нет, самая что ни на есть обыкновенная. За дело, Корина!