Когда-нибудь мы будем улыбаться - Мария Франк

Кивнув, пытаюсь себя успокоить.

Черт возьми, мне снова приснился ужас, в главной роли с Яном. Я ведь практически и не думала о нем.

Многим снятся сны, где они умирают. Вот и мне приснилось это. Я не просто умерла во сне, я сломалась.

«СЛОМАНА». Это звучит, как приговор. В голове, снова и снова, появляются фрагменты от этого сна. По всему телу бегут мурашки, а истерика накрывает с головой. Я тяжело дышу, пытаясь поймать хоть немного воздуха.

Дыши. Дыши. Дыши.

Черт, я кажется, забываю как дышать.

Возвращаюсь в реальность только тогда, когда крепкие руки Антона обнимают меня, притягивая к его крепкой груди.

– Лер, дыши.

Пытаюсь следовать словам Тоши и восстановить свое дыхание. Парень прижимает меня еще ближе. Я прижимаюсь к его груди, начиная еще больше рыдать.

А ведь когда-то, Валерия Филатова, не знала, что такое слезы. Ведь еще совсем недавно, она была сильной и независимой. Всегда всех успокаивала и не плакала. Да, такое иногда случалось, но только в детстве. В голове сразу всплывает момент, как я когда-то утешала Юлю.

– Лер, почему ты никогда не плачешь? Я ни разу, не видела твоих слез, – говорила мне подруга.

В ответ, я лишь пожала плечами.

– Ты очень сильная, раз не плачешь. Вот бы мне, стать такой же сильной, как и ты, – шептала мне Юля, вытирая свои глаза.

Я вздрагиваю от этого воспоминания.

Сейчас, больше нет той Леры. Вместо нее, слабая и легкоранимая девчонка. Черт возьми, ненавижу быть слабой. Но ничего уже нельзя изменить.

– Тихо… тихо, – шепчет мне на ухо Антон.

Оторвавшись от воспоминаний, смотрю на него.

– Черт, чувствую себя маленьким ребенком.

Кое-как пытаюсь вырваться из объятий парня, но он лишь сильнее прижимает меня к себе.

– Пусти меня.

Я вытираю глаза и делаю глубокий вдох.

– Ты точно успокоилась?

Киваю головой, и Тоша сразу же убирает от меня свои руки.

– Что с тобой случилось?

– Да, так. Не очень хороший сон приснился.

– Расскажешь?

Глазами полными ужаса, я смотрю на него. До безумия хочется ему все рассказать, но мне нельзя этого делать. Тоша никогда не узнает про издевательства Сотникова. Никогда.

– Давай не сейчас.

Антон кивает и поднимается с постели.

– Приводи себя в порядок и иди на кухню.

Кивнув, перевожу взгляд на часы.

– Ого, уже десять утра.

Парень пожимает плечами.

– Черт, я проспала школу. Ох, я снова прогуливаю школу. Все, мне теперь точно…

– Проблемы будут?

– Ну, можно и так сказать.

Я вскакиваю с постели и начинаю метаться по комнате.

– Позвони и скажи, что заболела.

– Я плохо вру.

Антон ухмыляется и подходит ко мне.

– Давай тогда я позвоню и отпрошу тебя на пару дней.

На моем лице появляется детская и счастливая улыбка.

– И кем ты представишься?

– Братом твоим.

А что? Это ведь неплохая идея. Ухмыляясь, беру телефон и протягиваю его Тоше, найдя номер своей классной руководительницы. Парень берет телефон и, подмигивая мне, выходит из комнаты.

Как только за ним закрывает дверь, я сразу падаю на кровать, совершенно не в силах двигаться.

Что мне делать дальше? Меня ужасно мучает этот вопрос. Я полностью запуталась в своей чертовой жизни.

Так хочется уехать куда-нибудь. Просто бросить все, уехав из этого чертового города, и больше никогда не возвращаться. Это единственный для меня выход. Но бежать от проблем – это неправильно, ведь таким образом, их не решить.

Как мне поступить дальше? Мне необходимо решить все с Юлей. Поговорить с ней, ведь она действительно мне необходима. Видимо это, и есть настоящая дружба.

В который раз говорю себе, что нужно прекратить прогуливать школу и заняться учебой. Если я так и дальше буду относиться к учебе, то мне просто вручат мои документы, махнув рукой на прощание. И вот тогда, начнутся новые проблемы. Я не должна этого допустить.

У меня есть возможность бросить все и переехать к Паше, но это ничего не решит. Даже этот вариант, сейчас моментально отметается, ведь брат уезжает на полгода. Черт, я останусь совсем одна, не считая конечно Тошу.

За все это время, Антон стал для меня самым дорогим человеком, не исключая Юлю и Пашу. Но даже с братом, я чувствую иногда неловкость, а с Юлей вообще отношения портятся.

С Тошей, мне легко. С ним, я чувствую себя живой и свободной. Если бы у меня была возможность остаться здесь, с ним… я бы не раздумывая, сразу же согласилась. Да я просто люблю этого парня. Но моя любовь к нему, не как к парню, а как к другу.

Вспомнив о том, что я живу у Антона, и скоро мне придется съезжать отсюда, грустно улыбаюсь. Мне нужно будет возвращаться домой, в этот ад.

– Все. Я договорился на три дня.

Я подрываюсь с постели, от такой неожиданности.

– Ты чего так пугаешь?

– Извини, – улыбается Тоша, протягивая мне мой телефон.

На его щеках, вновь мелькают шикарные ямочки. Не сдержавшись, тяну руку и пальцем прикасаюсь к одной из них. На лице у Антона, сразу появляется недоумение.

– Что ты делаешь?

Пожав плечами, отхожу от него.

– Я хотела так сделать, с первого дня нашего знакомства.

В ответ, парень широко улыбается.

* * *

– А где твоя мама?

– На работе.

– И кем она работает? – заинтересовано спрашиваю.

Парень продвигает мне кружку чая и печенье.

– Юристом.

Антон садится напротив меня за стол, смотря мне прямо в глаза.

– Что? – спрашиваю, не выдержав такого взгляда.

– Могу я у тебя, кое-что спросить?

– Меня, это уже настораживает.

Тоша ухмыляется, не отводя от меня взгляда.

– Ладно, спрашивай.

– В школе знают, что твои родители пьют? – при этом вопросе, лицо Антона, становится полностью серьезным. Я киваю, вместо ответа. – И ты не состоишь, ну там на каком-то учете? Ну как бы неблагополучных семей?

Антон говорит то, что я так боялась признать. Да, черт возьми, моя семья неблагополучная.

– Нет, – хрипло отвечаю.

– Извини за это и…

– Нет. Все нормально, – отвечаю, сквозь ком в горле. – В школе лишь знают, что они иногда выпивают. Но они не знают всей правды. Я скрываю это. Мне совсем не хочется, чтобы они узнали все, как есть на самом деле.

– Но как они, до сих пор не узнали?

– Все очень просто. Когда проходят собрания и прочие вещи, на которых должны быть родители, я буквально умоляю маму не пить. Она бывает более-менее трезвой, когда проспится