Приключения Пульхерии в виртуальном мире - Михаил Александрович Самарский

Цирк снова приобрёл прежний вид, и на арене вырос конферансье.

– Друзья, вот и подошло к концу наше шоу. Надеюсь, оно оправдало ваши ожидания? – спросил он, и со всех сторон прозвучало дружное «да». – Пуля, а тебе понравилось представление?

Ведущий сразу посмотрел на неё, а значит, он знал, где она сидит. Да и глупо было бы не знать. Она же как белая ворона среди местных жителей.

– Очень, – ответила она, – это было что-то невероятное. Я ничего подобного не видела в нашем мире.

– Ну, это понятно, – усмехнулся тот. – А что больше всего понравилось?

– Всё, – не задумываясь, выпалила Пульхерия и тут же добавила: – Но динозавры были круче всех.

После её слов по залу прокатился одобрительный гул и послышались смешки.

– Король Вирт знал, что так и будет, – довольно расцвёл ведущий. – Знаешь почему?

– Почему?

– Потому что все земные дети обожают всё, что связано с динозаврами, – улыбнулся он. – Именно поэтому король приказал показать тебе их.

– Спасибо, – поблагодарила Пульхерия.

– А мне-то за что? – Конферансье развёл руки в стороны. – Я всего лишь выполнял его волю. Вот ему и скажешь спасибо.

Пулька уж было открыла рот, собираясь спросить у Иннеты, откуда король Вирт узнал, что они пойдут в цирк, но, вспомнив о его способностях, тут же передумала.

Попрощавшись со зрителями, ведущий исчез с арены, и все стали расходиться, а Пулька с открытым ртом смотрела, как местные жители растворялись в пространстве вместе с креслами, на которых сидели. С одной стороны, эти виртуальные чудеса приводили её в растерянность, а с другой – в восхищение. Вот если бы она и правда научилась подобному волшебству, то первым делом сделала бы так, чтобы в её мире не было бедных людей и бездомных животных, чтобы хватало еды и воды и чтобы все жили и поступали по совести.

– Ну что, идём в галерею выбирать тебе наряд для бала? – голос Иннеты вернул её в виртуальную реальность.

– Идём. – Она кивнула и не успела подняться с кресла, как откуда-то из-под купола, словно гром среди ясного неба, раздался голос короля Вирта:

– Пуля, я рад, что тебе понравилось представление. Надеюсь, оно запомнится тебе.

– На всю жизнь запомнится! Спасибо вам.

– Ерунда, – сказал король Вирт, а Пулька хоть и не видела его, но была уверена, что в этот момент он отмахнулся щупальцем, если, конечно, он до сих пор был в том же костюме.

– Когда вы уже нагуляетесь? – спросил король Вирт. – Устал я тут торчать один. Давайте уже веселиться.

– Пап, мы ещё не выбрали платье, – сказала Иннета.

– Так выбирайте скорей! – Эта фраза прозвучала как приказ, нежели как просьба, а потом король Вирт обратился к Эфиро: – Сын мой, пусть девушки отправляются в галерею, а ты давай ко мне, мы должны тут всё организовать для бала.

– Хорошо, отец. – Тот кивнул и поочерёдно посмотрел на своих спутниц: – Думаю, вы справитесь без меня.

– Конечно справимся, – фыркнула Иннета. – В этих вопросах из тебя помощник никакой. Ты разбираешься в нарядах точно так же, как я в твоих волнах.

– Ну, тогда увидимся на вечеринке, – усмехнулся Эфиро и, как другие зрители, растворился в пространстве, оставив после себя лишь неоновый свет.

Уже через мгновение Пульхерия и Иннета стояли на улице перед одной из голограмм. В том, что это и есть та самая галерея, у девочки не было сомнений. За время путешествия по виртуальному миру она уже поняла: здесь нет домов в привычном понимании этого слова, их заменяют световые поля.

– Идём, – сказала Иннета.

Они шагнули в голограмму – и в следующее мгновение попали в помещение размером с футбольное поле. По его стенам, роль которых выполняли те же световые панели, плыли изображения картин. Точно так же, как по фасадам зданий социальных сетей бежали снимки и видеоролики пользователей. Увидев на одной из стен знакомое полотно, Пулька ткнула в него пальцем и радостно воскликнула:

– Это «Возвращение блудного сына» Рембрандта. Я видела её в Эрмитаже, когда ездила с мамой в Санкт-Петербург на военно-морской парад. В нём принимал участие корабль, на кот…

– Служит твой отец, – договорила за неё Иннета.

– Откуда ты это знаешь? – Пулька нахмурилась, но вспомнила, как носитель упоминал, что корабль отца находится где-то в Тихом океане. – Хотя это глупый вопрос, если даже посланник царя знает об этом.

– Ты права, к сожалению, тривиалы, как и мы, умеют читать человеческие мысли. Этой способностью обладают все жители нашего королевства. Мы знаем всё не только о тебе, но и о других людях.

– Вы-то знаете, – хмыкнула Пульхерия, – а вот я никак не могу привыкнуть к этому вашему магическому таланту.

Она снова посмотрела на ту стену, где ещё мгновение назад увидела копию шедевра Рембрандта, но та уже исчезла в потоке других.

– А это чья картина? – кивнув на очередное произведение искусства, спросила Пулька.

– Это работа малоизвестного художника из швейцарского города Муртена, – ответила Иннета. – Он рисует, а потом выкладывает фотографии своих работ на странице в социальной сети. Таким образом они попадают в нашу галерею. Здесь, – она огляделась, – собраны копии картин всех художников, которые когда-то жили и ныне живут на Земле. Это человечество безалаберно относится к своей истории, а интернет помнит всё. В одном из залов галереи у нас есть копии древних пергаментов и книг, от которых люди когда-то отказались и сожгли их на кострах.

– Но как они попали в вашу галерею, если в то время не было интернета? – Пулька нахмурилась.

– Пуля, ты вроде ещё совсем юная, а уже страдаешь провалами в памяти, – усмехнулась Иннета. – Это вы не знали обо мне, а я существую вечно. Я же говорила тебе, что я и есть интернет.

– Да помню я, просто, понимаешь, я смотрю на тебя, а ты выглядишь почти так же, как и я. У тебя тоже есть руки, ноги – пускай они прозрачные, зато такие же, как у меня. И вот скажи, как я могу понять, что ты и интернет – одно лицо? Для меня глобальная сеть – это… это… – Запинаясь, Пульхерия пыталась подобрать определение и наконец выдала: – Это целая вселенная.

– Пуля, так я и есть вселенная, только виртуальная, – улыбнулась Иннета и вернулась к прежнему разговору: – К тому же всё написанное в древних книгах – это мысли человека, а мы анализируем их с момента вашего появления на Земле.

– То есть ты хочешь сказать, что вы храните мысли даже первобытных людей? – Пулька округлила глаза.

– Да.

– Ну и дела-а-а, – протяжно произнесла Пулька. – Слушай, в доме моих бабушки и дедушки на чердаке валяется картина,