Король-волк - Эндрю Питерсон

Женщина с головой диглы, покрытая блестящим чёрным мехом, выбежала на крыльцо и обняла Кэдвика. Двое маленьких расщепков принялись карабкаться по ногам Кэдвика, один взобрался ему на спину.

– Помни, любимый: ты Кэдвик, кузнец из Пеннибриджа. Ты в сердце моём, и оно ждёт твоего возвращения.

Детёныши заворковали и забулькали, и Старшина Кэдвик обнял их и поцеловал.

– До свиданья, дети, – ласково сказал он. – Не оставляйте Киннан – она вас очень любит.

Матушка Мангри тоже вышла на крыльцо и протянула Кэдвику сумку:

– Здесь лечебное зелье, ну и кое-какой перекус. Как твоя нога?

– Нога? – переспросил Кэдвик.

– Если не ошибаюсь, кто-то сломал ногу, – Матушка Мангри с сомнением потыкала его в копыто.

– Тролль, – с улыбкой ответил Кэдвик.

– А! – Матушка Мангри взглянула на Джаннера. – А у тебя ноги целы?

Джаннер кивнул и помахал в воздухе сначала одной ногой, потом другой. Кэдвик поставил детей наземь, поцеловал жену в лоб и зашагал к воротам. Взглянув на стража наверху стены, он спросил:

– Коровы ушли?

– Да, старшина, вроде ушли. Будь осторожен.

Кэдвик кивнул. Ворота распахнулись, и путники вышли в лес. Там царила зловещая тишина, и Джаннеру вдруг очень захотелось остаться в Расщепберге. Что они затеяли?! Идти по лесу, полному чудовищ, чтобы пробраться в подземелье, полное чудовищ, а затем проникнуть в крепость, где обитает самое могущественное чудовище на свете… Даже закалённый воин вряд ли с этим справится, не говоря уж о двух мальчиках, которые сами толком не понимают, что делают.

Стены Расщепберга были прочны и высоки. Если Наг все эти годы выбрасывал свои неудачные творения в чащу, значит, его не беспокоит Чёрный лес и он не ждёт оттуда беды. Джаннер подумал: может, лучше привести родных в Расщепберг, чтобы они наконец обрели покой? Впрочем, они бегают и прячутся с тех пор, как покинули Глибвуд. Замок Пита, Ледяные прерии, Зелёные лощины… куда бы они ни перебрались – Наг Безымянный находил их и приносил зло всем, кто пытался защитить Ветрокрылов. И Расщепберг не станет исключением.

Джаннер оглянулся, чтобы в последний раз взглянуть на крепость, но ворота уже закрылись. Ветви и листья скрывали их целиком. Казалось, путники совсем одни в дебрях Чёрного леса. Неудивительно, что лощинцы ничего не знают про Расщепберг. Возможно, и Наг про него не знает – и не узнал бы.

Они шли молча почти час. Джаннер заметил, что деревья становятся толще, а сучьев на них меньше. Они шагали по еле заметной тропе, возможно, проложенной дикими животными или расщепками; судя по положению вечернего солнца, путники двигались на юг.

– Ещё далеко? – спросил Джаннер.

– Не знаю. – Старшина Кэдвик не смотрел на мальчиков – только вперёд, как будто шёл во сне. – Несколько часов. Несколько дней. Я избегал южного леса с тех пор, как вспомнил своё имя и решил, что больше сюда не вернусь. Напрасная надежда… – В его голосе звучал гнев, и Джаннер не рискнул расспрашивать дальше.

– Не надо нас провожать, – сказал Кальмар. – До Расщепберга мы прекрасно добрались сами. Мы и дальше можем идти одни. Возвращайтесь к семье.

Кэдвик посмотрел в сторону Расщепберга, поджал губы и покачал головой:

– Так велела королева. Я повинуюсь.

– А я король, и я приказываю вам вернуться, – Кальмар преградил Кэдвику путь. – Мы знаем, что вход в Трог находится к югу отсюда, где-то у подножия Смертоносных гор. Мы обучались в гильдии Дурги. Если вы думаете, что мы не в состоянии о себе позаботиться, – вспомните, как далеко мы забрались без посторонней помощи. Возвращайтесь к семье. Наг принёс вам достаточно горя.

Кэдвик дёрнул хвостом, обдумывая слова Кальмара:

– Если твой брат действительно тот мальчик, о котором шла речь в вещем сне, его нужно беречь.

Джаннер открыл рот, чтобы ответить, но Кальмар перебил его:

– С нами тролль. Немногие мальчики могут похвастать такой охраной.

– Тролль бить, – подтвердил Ооод.

Старшина Кэдвик поскрёб землю копытом и поправил ножны:

– Ну хорошо. Я возвращаюсь. Там у меня дети, о которых надо заботиться, и город, который надо защищать. Счастливого пути, и желаю удачи! – Человек-конь развернулся и поскакал обратно.

– Эй, подождите! – крикнул Джаннер. – Что-то мне это не нравится! А вдруг вы нам понадобитесь?

– Не теряй смелости, мальчик! Кроме того, с вами тролль! – крикнул Кэдвик через плечо.

– Кальмар, останови его! Мы не знаем дороги!

– Он тоже. Кроме того, Кэдвику здесь плохо, и я его не виню.

– Но… но… – От растерянности Джаннер растерял все слова. Он перевёл взгляд с Кальмара на Кэдвика, который убегал всё дальше и, наконец, исчез. – Теперь мы одни, – буркнул Джаннер. – Зачем ты отослал единственного из нас, кто хорошо знает лес?

– Потому что он меня пугал, – ответил Кальмар.

Джаннер не ждал такого ответа.

– Чем?

– Я знаю, каково это – потерять себя. Это ужасно. И хуже всего то, что я ничего не замечу, пока не станет слишком поздно. Ты представляешь, что будет, если Кэдвик сорвётся и озвереет? Он же ростом почти с Ооода.

– Ооод не боися, – сказал тролль.

– Не сомневаюсь, – сказал Кальмар. – Но если Кэдвик набросится на нас и тебе придётся его убить – двое детей лишатся отца. Мы вышли из города всего час назад, а он уже изменился. Стал… злее. Мне было страшно.

Джаннер признал, что тоже заметил перемену. Но без Кэдвика лес показался ещё мрачнее. Впереди лежал долгий путь. А солнце уже садится.

– Ладно. Пошли, – сказал Джаннер.

Кальмар принюхался:

– Кажется, нам туда. Только не шумите. – Он зашагал вперёд.

– Что там? – спросил Джаннер.

– Я чую поблизости пять клыкастых коров. И компанию расщепков.

53

Чудовища нападают

Они провели ночь на ветвях дерева – такого высокого, что его верхушку было невозможно разглядеть. Мелкая весенняя листва, покрывающая ветви, оказалась достаточно густой, чтобы заслонить звёзды. Всю ночь какие-то лесные существа – расщепки или обычные дикие животные – ворчали, возились и сновали под деревом; не раз что-то внушительное то влезало на дерево, то спускалось по стволу.

Наутро Кальмар тщательно принюхался и велел подождать, пока не пройдёт стадо глизов. Как только глизы ушли, он опять принюхался и сказал, что можно спускаться.

Ни Джаннер, ни Кальмар, ни Ооод понятия не имели, куда идут, но они явно приближались к подножию Смертоносных гор. Каждая лощина была глубже предыдущей, овраги становились всё круче, вокруг валялись валуны размером с дом. Перед глазами у Джаннера мелькали отрывки из