Кошмарной летней ночью - Роберт Лоуренс Стайн

Потом я вернулся в коттедж, переоделся в чистые джинсы и зеленую с белым футболку с эмблемой нашего лагеря и сел дописывать письмо родителям.

Время близилось к ужину, а Джея с Колином все не было. Я решил, что не буду их дожидаться, а пойду пока в главный корпус и отдам письмо секретарю.

Секретариат тоже располагался в главном корпусе, но туда был отдельный вход. Обычно в кабинете сидела молодая женщина, которая отвечала на все вопросы и которой мы отдавали письма. Когда я подошел, дверь была приоткрыта. Поэтому я не стал стучаться и сразу вошел.

В комнате никого не было.

– Здесь есть кто-нибудь? – Я перегнулся через высокую стойку и заглянул в заднюю комнату.

Там было темно и, по-моему, пусто.

Во всяком случае, мне никто не ответил.

– Здесь есть кто-нибудь? – повторил я погромче.

Но никого явно не было.

Я разочарованно присвистнул и собрался было уходить, но тут заметил какой-то здоровый мешок. Он лежал на полу в задней комнате. Прямо у двери.

Почтовый мешок.

Я решил положить туда свое письмо, чтобы его отправили с ближайшей почтой. Я обошел стойку, зашел в заднюю комнату и присел на корточках рядом с мешком.

Я с удивлением обнаружил, что мешок набит письмами под завязку. Когда я открыл его, чтобы положить туда свое письмо, целая пачка конвертов вывалилась на пол.

Я принялся собирать их с пола, и тут мое внимание привлек один конверт.

Очень знакомый конверт…

Это было мое письмо. Которое я написал маме с папой вчера.

– Странно, – пробормотал я вслух.

Я достал из мешка еще пачку конвертов. Быстренько их просмотрел и нашел письмо Колина, которое он писал домой несколько дней назад. Я запомнил его потому, что на конверте была нарисована очень смешная рожица. И точно, на конверте был адрес Колина.

Я вытащил еще пачку конвертов.

И нашел два своих письма, которые написал на второй и на третий день после приезда.

Почти неделю назад.

У меня по спине пробежал холодок.

Все письма, которые мы писали домой, были здесь. В этом мешке.

Их никто не отправил.

Отсюда нельзя было позвонить домой.

И нельзя было написать домой.

Я принялся запихивать письма обратно в мешок. У меня так дрожали руки, что я постоянно ронял конверты.

«Что здесь происходит? – думал я в ужасе. – Что происходит?»

16

Я был так потрясен своим открытием насчет писем, что даже опоздал на ужин. Когда я пришел в столовую, дядя Эл уже закончил свои вечерние объявления. Я очень надеялся, что не пропустил ничего важного.

Я думал, что встречу Колина с Джеем в столовой. Но их не было. Их места за столом пустовали.

«Странно, – подумал я. – Они уже должны были вернуться».

Мне не терпелось рассказать им про письма. Теперь, когда я узнал, что родители не получают от нас никаких известий, мне хотелось скорее выложить все друзьям.

А я еще удивлялся, почему мама с папой мне не пишут. Они наверняка писали. Просто нам не давали их писем.

Колин, Джей… Где же вы?

На ужин давали жареную курицу и картошку. Но курица была жирной, а картошка – какой-то клейкой и комковатой, как слипшиеся макароны. Я давился буквально каждым куском и то и дело поглядывал на дверь: не покажутся ли Джей с Колином.

Но они так и не пришли.

Меня охватил страх. На улице уже темнело, а ребят все не было.

Куда же они подевались?

Пеший поход на три мили туда и обратно не отнимает так много времени.

Может быть, с ними что-то случилось?!

В конце концов мне надоело сидеть и выдумывать всякие страсти. Я решительно поднялся из-за стола и направился к столику вожатых. Ларри увлеченно спорил о чем-то с двумя другими парнями. Насколько я понял, они говорили о спорте. Они кричали друг на друга и размахивали руками.

Я заметил, что Фрэнка за столом не было.

Его стул был пустой.

– Ларри, а Фрэнк еще не вернулся? – гаркнул я ему в ухо.

Ларри испуганно обернулся ко мне.

– Фрэнк? – Он посмотрел на пустой стул. – Нет, наверное.

– Он взял Колина с Джеем в поход. После обеда, – сказал я. – Разве они не должны были уже вернуться?

Ларри пожал плечами:

– Я не знаю.

Он опять повернулся к своим собеседникам и возобновил разговор, прерванный моим появлением. А мне осталось только стоять над ними и тупо таращиться на пустой стул Фрэнка.

Когда все ребята поели, столы и скамейки подвинули к стенам и прямо в зале устроили эстафету. Похоже, ребятам понравилось это новое развлечение. Все были довольны и веселы. Все прикалывались и смеялись.

Но мне было не до веселья. Почему-то я очень переживал за Джея с Колином. Я убеждал себя, что с ними не могло ничего случиться. Может, они просто решили заночевать в лесу.

Но я видел, как они уходили. И знал, что у них с собой не было ни палаток, ни спальных мешков. Они даже свитеров не захватили.

Тогда куда они могли деться?

Соревнования и игры закончились перед самым отбоем. Когда я уже выходил из столовой, меня догнал Ларри.

– Завтра выходим рано, – сказал он. – Сразу после завтрака. Так что готовься.

– Чего? – Я не понял, о чем он говорит.

– Завтра поход на байдарках. Я буду старшим. Поведу вас, ребят, по реке, – пояснил он, заметив мое замешательство.

– А-а, ясно, – уныло отозвался я. Я так сильно переживал за Джея с Колином, что совершенно забыл о завтрашнем походе на байдарках. Да и, честно сказать, этот поход меня не особенно вдохновлял.

– Сразу же после завтрака, – повторил Ларри. – Так что надень сразу плавки. И возьми с собой смену одежды на случай, если промокнешь. Встречаемся у реки.

Он вернулся к другим вожатым, чтобы помочь им расставить столы и скамьи на место.

– После завтрака, – пробормотал я. Интересно, а Джей с Колином тоже пойдут вместе с нами в поход на байдарках? Я забыл спросить Ларри. Но почему-то мне не хотелось сейчас подходить к нему и затевать разговор.

Я вышел из главного корпуса и быстро пошел к себе в коттедж. Уже выпала вечерняя роса, и трава была мокрой. Она противно липла к ногам. На полпути вниз с холма я на секунду приостановился и поглядел на Запретный дом. В сером свете сумерек он казался зловещим. У меня даже возникло неприятное ощущение, что кто-то наблюдает за мной из его темных окон.

Я заставил себя отвернуться