Кошмарной летней ночью - Роберт Лоуренс Стайн

Джей и Колин вернулись!

С этой мыслью я побежал еще быстрее.

Я рывком распахнул дверь и влетел внутрь.

– Ребята, ну наконец-то… Где вы так долго гуляли? А я уж думал…

Я умолк на полуслове и ошарашенно уставился на двух мальчишек, которые повернулись ко мне. На двух совершенно мне незнакомых мальчишек.

Один сидел на кровати Колина и расшнуровывал кроссовки. Второй стоял у раскрытого шкафа и вытаскивал из ящика футболку.

– Привет. Ты тут живешь? – спросил тот, кто стоял у шкафа, и пристально посмотрел на меня. У него были коротко подстриженные темные волосы. А в одном ухе висела серьга.

Я тяжело сглотнул.

– Наверное, это не тот коттедж. Это четвертый?

Ребята уставились на меня как на какого-то полоумного.

У второго парня – того, который сидел на кровати Колина, – тоже были темные волосы. Только длинные, как у девчонки. И всклокоченные, словно он не причесывался неделю.

– Ага, – сказал длинноволосый. – Четвертый.

– Мы новенькие, – пояснил стриженый с серьгой в ухе. – Меня зовут Томми. А это Крис. Мы только сегодня приехали, ближе к вечеру.

– Привет, – растерянно пробормотал я. Сердце у меня билось так сильно, что казалось, сейчас разорвется. – Меня зовут Билли. А где Джей и Колин?

– Кто? – переспросил Крис. – Нам сказали, что в этом коттедже почти никто не живет.

– Ну Джей и Колин… – начал было я.

Но Томми меня перебил:

– Мы только-только приехали. Мы здесь вообще никого не знаем. – Он резко задвинул ящик шкафа.

– Эй, погоди. Это же Джея ящик. – Я ничего уже не понимал. – Куда ты дел его вещи?

Томми удивленно взглянул на меня:

– Какие вещи? Он был пустой.

– Почти все ящики были пустые, – добавил Крис. – Только два нижних ящика были заняты.

– Ну да. Это мои. – У меня уже голова кружилась. Я не знал, что и думать. – Но Колин и Джей… – тупо повторил я. – Там были их вещи.

– Не было там никаких вещей, – сказал Томми. – И когда мы вошли, здесь никого не было. Может, твои друзья перебрались в другой коттедж?

– Может быть. – Я присел на свою кровать. Ноги дрожали. В голове проносились самые разные мысли. Неприятные мысли, страшные.

– Странно все это, – произнес я вслух.

– А ничего себе домик, – заметил Крис, разворачивая одеяло. – Симпатичный такой, уютный.

– А ты надолго приехал в лагерь? – спросил меня Томми. Он натянул через голову белую футболку, которая была ему размеров на пять велика. – На все лето?

– Нет! – Меня аж передернуло. – Я здесь не останусь! – Я заметил, что ребята таращатся на меня как на взбесившегося верблюда, и слегка успокоился. – Я имею в виду… то есть я… в общем, я скоро уеду. Да. На родительский день.

Крис и Томми удивленно переглянулись.

– Когда ты уедешь? – переспросил Крис.

– На родительский день, – повторил я. – Когда родители приедут. И мы все вместе уедем.

– Но ты разве не слышал, что сказал дядя Эл перед ужином? – Томми пристально смотрел на меня. – Родительский день отменили. Его не будет!

17

В ту ночь я спал плохо. Снилась какая-то ерунда. И мне было холодно. Я никак не мог согреться, хотя натянул одеяло до самого подбородка.

Мне было страшно.

И неуютно. Как-то странно было осознавать, что на месте Колина и Джея теперь спят совершенно другие ребята. Я очень переживал за своих друзей.

Почему они не вернулись?

Что с ними случилось?

В общем, всю ночь я проворочался. То засыпая минут на десять, то опять просыпаясь. Снаружи, из темноты, доносился какой-то зловещий вой. Вроде бы это выл зверь где-то в лесу. Но, может статься, и чудовище из Запретного дома. Мне было страшно.

В какой-то момент мне показалось, что я услышал человеческий крик. Похоже, кричал кто-то из наших мальчишек. Я резко сел на постели и напряженно прислушался.

Тишина. Может быть, эти крики мне просто приснились? Я был так напуган и растерян, что уже не различал, где явь, а где сон.

Под утро я все же заснул.

Как провалился.

Когда я проснулся, на улице было пасмурно и прохладно. Небо затянуло серыми тучами.

Даже воздух казался каким-то тяжелым. Я быстро натянул плавки и футболку и побежал в главный корпус, чтобы успеть поговорить с Ларри до завтрака. Я решил, что не отстану от Ларри, пока не выясню, что случилось с Колином и Джеем.

Я обыскал всю столовую, но безуспешно.

Ларри не было. Он вообще не пришел на завтрак. Другие вожатые, у которых я спрашивал про него, только пожимали плечами. Никто ничего не знал. Фрэнка – того вожатого, который взял Колина с Джеем в поход, – тоже не было.

Наконец я нашел Ларри на берегу реки. Он там возился с байдаркой, готовя ее к предстоящему походу.

– Ларри… – выдохнул я, подлетая к нему на всех парах. – Где они?

Он повернулся ко мне и озадаченно нахмурился:

– Кто? Крис и Томми? Сейчас придут.

– Нет! – Я схватил его за руку. – Джей и Колин! Где они? Что с ними случилось, Ларри? Ты должен мне рассказать!

Я так сильно сжимал его руку, что у меня побелели костяшки пальцев. Кровь колотилась в висках. Мне было трудно дышать. И вовсе не потому, что я бежал всю дорогу от главного корпуса до реки.

– Должен! – с жаром повторил я.

– Я ничего не знаю, – спокойно проговорил он, вырывая руку.

– Но, Ларри! – Я был на грани истерики. Его взгляд вдруг смягчился.

– Я правда не знаю. – Он положил руку мне на плечо. Я чувствовал, как оно дрожит под его рукой. – Знаешь что, Билли. – Он посмотрел мне прямо в глаза. – Когда мы вернемся, я поговорю с дядей Элом. Ладно? Я спрошу, что с ребятами, и скажу тебе. Но не сейчас, а когда вернемся.

Я смотрел на него в упор, пытаясь понять, правду он говорит или нет.

Но так ничего и не понял.

Его глаза были абсолютно непроницаемы, точно холодные камушки.

Ларри нагнулся, взялся за край байдарки и оттащил ее в воду.

– Ну вот. – Он повернулся ко мне и указал на кучу синих резиновых жилетов, сваленных прямо на берегу. – А ты пока надевай спасательный жилет. Как следует застегни все ремни и садись в лодку.

Я сделал, как он велел.

Все равно у меня не было выбора.

Крис и Томми пришли буквально через секунду после того, как я уселся в байдарку. Ларри сказал им надеть жилеты