Приключения трех смельчаков - Александр Станиславович Малиновский

– Привет! – только чтобы не молчать, сказал тушканчик Тиша и задорно хихикнул.

– Привет! – нисколько не смущаясь, ответила жаба, широко раскрыв рот. На верхней челюсти у нее не было зубов.

В это время на плоту оказалась еще одна гостья: одетая в золотистую мохнатенькую шубку гусеница. Она упала с развесистого клена, наклонившегося над водой.

Гусеница нисколько не растерялась. Глядя недовольно вокруг себя, она удивилась: «Надо же, каких только зверей и птиц нет! К чему они? Одна теснота от них. Такой большой хвост? Зачем он ему? – осматривая с ног до головы тушканчика, высокомерно думала нарядная гостья. – Только пыль поднимать? А этот жирный и толстый? Наверное, несносный лентяй, – решила она про бобра Борю. – Какой неуклюжий. Другое дело – я! Стройная и элегантная. И – никакого живота! Сплошная талия! А ведь не знаю никаких диет!»

Рассуждая так, она подползла совсем близко по бревнышку к жабе и еще больше удивилась: «А этот мерзкий, обросший зеленью ком земли с выпученными глазами, зачем он здесь? – она надменно чуть приподняла головку. – Так тесно! Негде прогуляться».

Жаль самодовольную дамочку. Больше она ничего не успела ни подумать, ни сказать.

Не двигаясь с места, жаба шлепнула по ней языком и гусеницы как не бывало. Она отправилась в прожорливое брюшко невозмутимой жабы.

– Бьет так метко! Как снайпер! – воскликнул тушканчик. Все с интересом глядели на существо с неуклюжим туловищем, покрытым бородавками, с голой влажной кожей и короткими кривыми ногами.

Даже не верилось в такую ее ловкость.

– Возьмите меня в свое путешествие, – прошамкала жаба. Она была уже старая, потому так и говорила.

– Откуда ты знаешь, что мы путешествуем? – спросил Сережа.

– Да видно же. Мне и ежик на берегу сказал. Еле вас догнала.

– А не боишься? – спросил тушканчик.

– Чего мне бояться? Я много пожила на свете. Слышала, что была такая зазнайка лягушка-путешественница. Про нее даже в книжке писали. Утки, когда летали, носили ее с собой на палочке. Ей не повезло: она погибла. А я везучая, потому что вдумчивая. Где я – везде везение. Это в путешествии немало значит. Мне не надо славы. Мне просто интересно.

– Но ты привыкла жить на суше, – сказал бобр Боря.

– А родилась я в воде. Это пригодится, – ответила жаба. – Я буду защищать вас. Ночью я не сплю. Значит, могу быть хорошим часовым.

Друзья не знали, что сказать в ответ. Для них такое предложение было неожиданным.

Жаба продолжала:

– Вам со мной хлопот не будет. Пищу я добываю сама. Ем червей, бабочек, мух, комаров, муравьев, клопов. – Глядя на бобра Борю, спросила:

– А как вы обратно будете возвращаться?

– Я прорабатываю несколько вариантов, – солидно ответил капитан. – Один из них – лететь на воздушном шаре.

– Но воздушный шар сложно соорудить. И дорого!

– Я уверен друзья везде найдутся. Нам помогут.

– Разве река Волга течет прямо в Африку? – вновь задала вопрос деловая старуха.

– Нет. Нам надо будет делать переходы по земле, – последовал ответ ученого бобра.

Гостье понравились ответы капитана. Она призналась:

– Мне наскучила моя однообразная жизнь. Я хочу увидеть мир. Хочу делать открытия! А так проживешь всю жизнь безопасно, но скучно.

Бобр Боря согласно закивал головой:

– Мне это понятно.

Жаба продолжала:

– Лето пройдет, опять будет зима. Снова надо зарываться глубоко в землю, прятаться от мороза в норы, ямы. А в Африке всегда тепло! Вот где жизнь! Она приблизилась к краю плота и спросила: – Вы в этом месте на берегу будете ночевать?

– Да, – ответил за всех капитан Боря.

– Тогда я пока удаляюсь, а утром приплыву к вам. Я думаю, вы посовещаетесь и примете меня в свою команду. Зовут меня Жанна.

Проявив такую деликатность, жаба Жанна плюхнулась в воду и не спеша поплыла к берегу.

Глядя на удаляющуюся гостью, бобр Боря произнес:

– Знаете, друзья, какое животное самое страшное?

– Для нас – кит! – быстро ответил тушканчик. – Он во много раз больше сома. Громадина! Проглотить может в один миг, вместе с плотом.

– Ошибаешься, – возразил капитан. – Самос страшное животное на свете – комар! В Африке, куда мы плывем, от малярии ежегодно умирают более миллиона детей. Переносчиком этой страшной болезни является комар. Смекаете, какую пользу может принести африканским людям жаба? Комары – ее любимая пища. А если мы возьмем не одну ее, а десять! Надо помогать африканцам!

– Она вовсе и не страшная, – услышав сказанное, заявил скворушка Сережа, – имя такое красивое: Жанна!

– И места много на плоту не займет, – добавил тушканчик Тиша. – И нас будет охранять от комарищев.

– Берем старушку? – спросил капитан.

– Берем! – в один голос ответили друзья.

…Но наутро жаба не появилась. Путешественники прождали ее полдня и бесполезно.

– Странно, – готовясь отчалить произнес бобр Боря, – основательная старушка! Не похоже на нее.

– Испугалась возвращаться назад на воздушном шаре, – сделал вывод скворушка Сережа. – Все-таки летать – непривычное для нее дело.

Встреча с удавом

Не зря воробьи сидели, напыжившись, на прибрежных кустах и низко летали стрижи.

А большая серая ворона долго и монотонно каркала, сидя на верхушке старого вяза.

Накаркала вещунья ненастье. Сбежались тучки в одну кучку. К вечеру погода резко изменилась.

Драконоподобныс скопища туч нависли над рекой. Раки повылазили на берег. Нам бы догадаться надо: дело идет к грозе, – досадовал капитан Боря.

Путешественники причалили к берегу.

Над головой будто треснуло и расщепилось гигантское сухое дерево. Огромной сверкающей косой распороло тяжелый полог из темно-синих туч. Начали гнуться верхушки косматых старых ив.

Когда привязывали плот к коряжине, тушканчик Тиша увидел в темноте что-то шевелящееся на берегу.

Ему показалось, что это большая змея. Он не поверил своим глазам. Откуда здесь могут быть такие огромные змеи?

Тушканчик Тиша и скворушка Сережа дрожали от холода.

Плотик швыряло на воде, как спичечный коробок.

Кругом ухало и трещало.

И было неясно: то ли это край берега темнеет, забрызганный вспененной волной, то ли большое существо затаилось и молчит.

Дождь не полил. Он прошел стороной. А вскоре стихли и раскаты грома.

Бобр Боря развел костер под старой елью.

…Удава отпугивал огонь. Он полз незаметно метрах в пяти от костра. Его ненасытное семиметровое тело, привыкшее питаться в зоопарке поросятами и ягнятами, требовало пищи.

С тех пор, как удав удрал из зоопарка, он питался только мышами и лягушками. Этого ему