Продавец приключений - Георгий Михайлович Садовников

– Итак, пуск! – повторил великий астронавт, усаживаясь за пульт.

– Командир, мы забыли захлопнуть люк! Он открыт прямо настежь! – раздался голос механика.

– Спокойно! Без паники! На старте случается ещё и не такое. Юнга, закройте люк! – приказал Аскольд Витальевич и помял пальцы, прежде чем наложить их на клавиши пульта.

– Позвольте мне закрыть! Мне хочется собственными руками! – взмолился Петенька, совсем теряя терпение и суетясь.

Юнге не терпелось самому поскорее взяться за свои обязанности, но в то же время он очень хотел удружить приятелю.

– Командир, если вы разрешите ему, я, так и быть, не обижусь, – сказал добрый Саня самоотверженно.

Великий астронавт нахмурился и произнёс:

– На первый раз разрешаю. Но учтите на будущее: все обязанности мы поделили поровну, так чтобы никому не было обидно, и никто не имеет права покушаться на долю товарища.

Штурман твёрдо пообещал, что вот он сейчас закроет люк и впредь покушаться на долю своего товарища не будет.

Он взялся за дверную скобку люка и тут увидел чёрно-белого пушистого кота, несущегося через пустырь. Кот прыгал по кочкам, точно резиновый, высоко подбрасывая зад. За ним бежала девушка в спортивных брючках и кедах. Тёмные волосы стлались за ней, точно крыло.

– Мяука! Мяука! Ко мне! – взывала девушка. – Мяука! Мясо! Мясо! Кому мясо?..

Петенька замешкался, кот перелетел через яму, запрыгал по ступенькам и, прижимаясь животом к полу, прошмыгнул между его ног в звездолёт.

– Отдайте Мяуку сейчас же! – потребовала девушка.

– А мы его не брали, он сам, – начал оправдываться Петенька, теряясь и без причины поправляя очки.

– Ах так! Ну тогда я возьму сама, – заявила девушка и решительно поднялась по ступенькам.

– Сюда, понимаете, нельзя. Вход посторонним, наверное, воспрещён, – предупредил Петенька несмело.

– А ну пропустите, пожалуйста, я уж не такая посторонняя, как вам кажется, – сказала девушка.

И Петенька совсем оробел, посторонился и пропустил девушку.

– Мяука, где ты? Иди ко мне, мой маленький, дам мяса… – сказала девушка льстиво.

Кот уютно лежал под табуретом командира и посматривал оттуда зелёными глазами, полными безразличия, будто всё это относилось не к нему, будто он здесь лежал уже целую вечность.

– Мой дядя… то есть наш командир, будет очень недоволен, – пожаловался Петенька, ступая за девушкой. – Кис, кис… – позвал Петенька; он стал на четвереньки, надеясь таким манером наладить контакты с котом.

– По-русски он знает только слово «мясо». Поговорите с ним по-марсиански. Дело в том, что я давно готовлю его к космическим полётам. С самого детства, – пояснила девушка и тоже опустилась на четвереньки.

– Командир! На борту женщина! – возвестил добросовестный Кузьма.

– Конструктор, задержите старт! – скомандовал великий астронавт, мигом разобравшись в ситуации.

Но задумчивый Эдик уже чиркнул спичкой и, размышляя о чём-то своём, поднёс её к газовой горелке, приделанной к днищу корабля.

В горелке загудело синее пламя, звездолёт оторвался от земли и, быстро набирая скорость, полетел в небо. Поднявшийся ветер хлопнул люком, и тот закрылся на английский замок. В этот же самый момент конструктор Эдик схватился за голову и закричал:

– Постойте! Я забыл…

Но стремительный звездолёт уже унёс наших героев к облакам, и то, что вспомнил Эдик в последнюю минуту, осталось для них тайной. И не знали они, что, как и в прошлый раз, из-за угла за «Искателем» следил всё тот же смуглый незнакомец.

– Ну, видимо, и мне пора браться за дело, – пробормотал он с усмешкой, что принято называть дьявольской.

Но тут его шлёпнули по мягкому месту и сказали: «Ата-та-та!» Незнакомец живо обернулся и увидел крепкого румяного старика с белой бородой и голубыми лукавыми глазами, одетого в длинную, по колено, чистую рубаху и в новеньких лаптях. На груди у необычного старика висел лоток.

– Продавец приключений! – воскликнул незнакомец озадаченно.

– Ба, да никак старый знакомый! – произнёс в свою очередь старик.

– Нельзя ли потише? – попросил незнакомец, перейдя на шёпот, и кивнул в сторону Эдика.

– Значит, прибавилось работёнки? – спросил Продавец и, закинув голову, посмотрел из-под ладони на удаляющийся звездолёт.

– Работёнки-то? Прибавилось работёнки, теперь только поспевай, – ответил незнакомец загадочно и потёр руки, видимо предвкушая удовольствие.

Глава четвёртая,

в которой с юнгой и котом Мяукой происходят некоторые превращения

– Ой, вот это сюрприз! – обрадовалась девушка и захлопала в ладоши.

«Биллион биллионов…» – хотел было мысленно произнести командир, но на этот раз удержал себя в руках, потому что рядом находились ещё не искушённые молодые люди, и решительно нажал на одну из клавиш пульта, над которой от руки было написано: «Тормоза», – из-под клавиши вылетел низкий звук «до», а корабль продолжал подниматься над городом.

Вот уже остались далеко внизу дома, и Петенька, выглянув в иллюминатор, увидел на балконе маму. Она махала ладошкой, а вторую приложила козырьком к бровям и смотрела вслед звездолёту.

– Проверить тормоза! – распорядился между тем командир находчиво.

– Есть проверить тормоза! Тормозов нету! – немедленно откликнулся Кузьма.

– Превосходно, – сказал великий астронавт не теряясь. – Принимаю решение продолжать полёт. Тем более ничего другого нам не остаётся.

– С нашим командиром мы не пропадём, – с гордостью пояснил Кузьма; он деликатно присел на краешке стула, держа узелок на выпуклых, уже потёршихся коленях.

За окнами мелькали облака. Они стремительно уходили вниз и становились маленькими, будто разрывы снарядов. Командир то и дело опускал пальцы обеих рук на клавиши пульта, словно музицировал на пианино. Такое впечатление складывалось оттого, что пульт и вправду был собран из развалин старого рояля, и теперь из-под пальцев командира помимо его желания временами прорывались куски гаммы. А когда Аскольд Витальевич переключал двигатели корабля на первую космическую скорость, вообще получилось так, будто бы он исполнил собачий вальс. Командир закончил вальс бурным пассажем, после чего встал с табуретки и сказал своему экипажу:

– Друзья! Пора приготовиться к перегрузкам. Штурман, передайте нашей гостье мой акваланг.

– А как же вы? – спросил Петенька. – Очевидно, я, в свою очередь, должен передать вам свой? Ведь уступают же в трамвае старшим место.

– Ни в коем случае. Вы новичок, а я уже закалённый, – сказал великий астронавт, усмехаясь. – А вы, девушка, следуйте его примеру.

Петенька «облачился» в акваланг и дисциплинированно полез в ванну с подсолнечным маслом. В звездолёте стояло несколько таких ванн, на всякий случай.

– Смелее, смелее, – сказал командир девушке. – Масло смягчает перегрузки.

– А я останусь с вами. Я очень крепкий человек, – заявил Саня, становясь рядом с командиром.

– Юнга! Разве вы не знаете из художественной литературы о том, что только командир имеет право на самые сложные трудности? – непреклонно возразил астронавт.

– А я бы так и лежал целую жизнь в подсолнечном масле, – сказал Кузьма простодушно.

– Слушаюсь, командир! – хитро ответил Саня, а сам, вместо того чтобы подчиниться приказу, точно проказливый мальчик, спрятался за спиной Аскольда Витальевича.

И тут начались перегрузки. Сквозь слой прозрачного масла Петенька увидел, как на его дядю принялся давить небесный потолок. Но командир не уступал: он стиснул зубы, побагровел, натужась, упёрся ногами в пол. В его глазах сверкали озорные искры. Петеньке казалось, будто дядя весело шепчет:

«А ну посмотрим, кто кого?»

Он стоял, точно Атлант, и, набычившись, держал на горбу весь небесный свод, пока звездолёт не вышел на орбиту. Когда перегрузки закончились, командир отряхнулся, расправил плечи и позволил выйти из масла.

А с юнгой произошло нечто поразительное. Саня теперь походил на отражение в кривом зеркале, точно угодил в комнату смеха. Он стал низеньким – с табурет, и толстым, с широкими щеками и пухлыми коротенькими ножками. Он прятался за стулом, стесняясь своего вида. Девушка так и покатилась от смеха.

– Ничего нет смешного, – буркнул юнга обиженно.

Астронавт покачал головой и сказал всем в назидание:

– Друзья, теперь вы сами видите, к чему приводит непослушание.

– Я больше не буду, – виновато промолвил Саня, переминаясь на коротеньких ножках.

– Ничего, это дело поправимое, – сказал командир. – А ну-ка, штурман, возьмите юнгу за ноги. Только не перекручивать, это вам не бельё!

Он ухватил Саню за голову, штурман – за ноги, и они принялись растягивать его, упираясь ногами в пол. Но тело юнги поначалу не поддавалось, потому что астронавт всё время перетягивал штурмана. Тогда