Агнес и тайный ключ - Туутикки Толонен

Агнес удивленно взглянула на Булку. Как складно он врет!

Охранник начал перелистывать настольный календарь и вдруг нахмурился.

– Так… Здесь написано, что твой пропуск в архив действует только до конца мая.

– Что, правда? – удивился Булка. – Может, это какая-то ошибка? Папа утром сказал, что пропуск запрашивали до конца летних каникул.

Охранник в нерешительности почесал голову:

– Да, может, и ошибка. Позвоню-ка я в газету.

– Можно сразу папе, – предложил Булка.

– Ну, незачем беспокоить главного редактора по такому вопросу, – ответил охранник. – Позвоню секретарю редакции – это ведь она занимается пропусками.

Булка посмотрел на Агнес и состроил гримасу. Охранник начал медленно искать нужный номер в висевшем на стене списке.

– Если бы я еще помнил, как ее зовут, – пробормотал он.

– Я позвоню папе, и мы все решим. – Булка поднес к уху свой мобильный.

– Подожди немного, я сам… – начал охранник, но Булкин папа уже ответил на звонок.

– Папа, это Булка, привет. Ты на собрании? Ну ничего, я быстро. Мы с Агнес в архиве, но тут какая-то ошибка: говорят, мой пропуск уже не действует. Хорошо, и я так думаю. Секунду.

Булка протянул телефон охраннику, который принял его с почти торжественным видом.

– Охранник Юрвелиус.

Затем он в течение минуты только слушал и кивал. Наконец он произнес:

– Понятно. Все в порядке. Хорошего дня. До свидания. – Он отдал телефон Булке и кивнул. – Ты был прав, Понтус, тут ошибка в дате. Сейчас исправлю. Написать, что пропуск действует до конца июля?

– Лучше бы до конца летних каникул. Например, до десятого августа, – ответил Булка, и охранник кивнул, взял ручку и отметил дату в календаре.

– Понятно. Пропуск в архив до десятого августа. И, как я понимаю, ключ от архивных шкафов у тебя уже есть.

– Да, есть, – ответил Булка и вытащил ключ из кармана.

– Хорошо, – сказал охранник. – Ты здесь уже бывал и знаешь правила. Еду не проносить, со всем обращаться осторожно. Вообще-то у вас обоих должен быть пропуск, но твой отец сказал, что твоя подруга – дочка его подчиненной. Раз сам главный редактор разрешил, вопросов у меня нет. Подождите, я открою вам дверь.

Охранник поднялся со стула и вышел из своей стеклянной кабинки, гремя связкой ключей. Он внимательно выбрал нужный ключ и открыл детям дверь, ведущую в длинный коридор.

– Дальше сам знаешь, куда идти, – сказал охранник Булке, и тот кивнул.

Дверь за ними захлопнулась, и они быстро зашагали вперед. Перед четвертой дверью Булка остановился:

– Нам сюда.

Он открыл дверь и щелкнул выключателем. Ребята вошли в комнату без окон, заставленную большими шкафами. Посреди комнаты стоял пустой стол и четыре стула. Пахло затхлостью.

Булка со знающим видом подошел к шкафам и принялся изучать наклейки на дверцах.

– Пятидесятые, сороковые… Ну вот, здесь газеты тридцатых годов.

Он вставил ключ в замочную скважину на дверце и повернул. Замок щелкнул, и дверца открылась. Булка вытащил оттуда большую картонную коробку и поставил на стол.

– Выглядит многообещающе, – пробормотал он.

В коробке лежали старые пожелтевшие папки, на корешках которых были подписаны годы. Булка водил пальцем по корешкам, пока не нашел нужную папку.

– Вот, смотри, тридцать восьмой год. – Он вынул папку из коробки, положил на стол и осторожно открыл.

За десятилетия бумага размягчилась и пожелтела. Агнес склонилась над первой газетой и изучила написанный непонятными буквами заголовок.

– Что здесь написано? Это вообще по-фински? – спросила она.

Булка рассмеялся.

– Да, конечно, это просто фрактура[1]. Устаревшие буквы. К счастью, в газетах тридцатых годов такие почти не используются, только иногда в заголовках и рекламах.

Агнес рассматривала крошечные черные буквы на первой странице газеты. Булка прав: по большей части буквы тут совершенно обычные. В нижнем углу страницы виднелось: «Добро пожаловать в новый, 1938 год!» Ниже был напечатан черно-белый снимок младенца – единственная фотография на странице.

– Это первая январская газета. Нужно найти номера за август, – сказала Агнес. – За второе и третье число.

– Поищем, – ответил Булка и начал выкладывать газеты на стол ровной стопкой.

Газеты были тонкие, всего по два листа с текстом на каждой стороне.

– Насколько я помню, газета выходила два раза в неделю: по вторникам и пятницам, – пробормотал Булка.

Он наклонился, чтобы изучить последний выложенный им номер.

– Вот. Это первый выпуск за август. Вышел в пятницу третьего августа.

– День смерти Агнес Маргареты… В этом номере еще не может быть объявления. Они не успели бы его напечатать.

– И то правда. Смотри, какая замечательная реклама! – Он зачитал вслух: – «Продаются отличные граммофоны от известных производителей. Превосходное качество».

Агнес рассмеялась:

– И правда известные производители! Я ни об одном из них даже не слышала.

– А вот еще: «Развлечения. Организуем вечеринку с увлекательной программой в доме Н-ского общества Хармалы четвертого августа в восемь часов вечера».

– Увлекательная программа в доме Н-ского общества Хармалы… – повторила Агнес. – Что за программа?

– Наверное, сначала кто-то произносил торжественную речь, а потом гости прогуливались, как пингвины во фраках, – предположил Булка.

– А если кто-то начинал смеяться, его выгоняли в сад, – подхватила Агнес.

Булка ухмыльнулся и перевернул страницу. В газете не оказалось ни одного объявления о рождении.

– Следующий номер, – сказал Булка и отложил газету в сторону. – Он вышел во вторник седьмого августа.

Агнес сразу увидела раздел «Объявления о смерти».

– Смотри-ка!

Само объявление было маленьким и незаметным, но рядом с ним напечатали большой черный крест.

Младенец

Агнес Маргарета Брикнен

Родилась 02.08.1938

Скончалась 03.08.1938

в «Раухале» в Пиилониеми

Господь дал, Господь взял.

Да славится имя Господне.

Магнус, Агнес Мария и Хьюго Брикнен

Амели Брикнен-Бойс

Агнес наблюдала, как Булка вытаскивает из кармана телефон и фотографирует объявление.

– Ну вот, теперь у нас есть имена, – сказал он. – А что дальше?

– Надо выяснить, кем были эти люди, – ответила Агнес и почувствовала, что ее голос немного дрожит. – Эта «Раухала» в Пиилониеми, наверное, недалеко отсюда. Слышал об этом месте?

Булка покачал головой:

– Нет, но папа может знать, где это. Спросим у него.

Агнес внимательно смотрела на старое объявление, будто надеясь, что из-за ее пристального взгляда на странице появится какая-то дополнительная информация.

– Как же выяснить подробности жизни давно умерших людей? – спросила она.

Булка небрежно пожал плечами:

– Не знаю, но у нас впереди все лето, чтобы придумать как.

6

Булкины притяели

Осси медленно трусил вперед