Волшебный телевизор "Хитутучи" - Михаил Супонин

Когда наступило утро, дети проснулись и сразу вспомнили про свою беду.

– Мы никогда-никогда не увидим маму с папой… – рыдала Маня. – А они никогда не увидят нас…

– Не плачь, Маня! – утешал сестру брат. – Может быть, мы ещё найдём пультик!

– Как мы его найдём, когда всё уже обыскали! – не утешалась Маня.

– А он лежит сейчас где-нибудь в укромном уголке, полёживает, нас дожидается. Не мог же он сквозь землю провалиться, – говорил утешительно брат.

– Ваня, а вдруг он не провалился, а наоборот? – испуганно воскликнула Маня.

– Как это: провалился наоборот? – не понял Ваня.

– Так! Вдруг его чайка в воздух унесла? Помнишь, мы читали, что чайки любят блестящие предметы! Вот она его увидела и схватила! И унесла!

– Пультик-то в тряпочку был завёрнут, а тряпочка совсем не блестящая, а, наоборот, очень даже тусклая. Мама её из старого зелёного полотенца вырезала. Зачем чайке старые зелёные тряпочки?

– Мало ли… – сказала Маня. – Может быть, у неё вкус такой… Бывает же мода носить всё старое и рваное.

– Это у богатых такая мода бывает, – сказал Ваня. – А чайки бедные.

На всякий случай Ваня стал присматриваться к птицам.

– Какие-то они сегодня беспокойные, – сказал он.

Маня посмотрела тоже и сказала:

– Посмотри, Вань, какая большущая чайка носится, как самолёт «боинг»!

Над поверхностью моря действительно парила огромная птица. Совершенно белая, с тёмными пятнами на концах крыльев. Чайки по сравнению с ней казались малыми пичугами, воробьями просто какими-то казались.

– Это не чайка, – сказал Ваня, – это королевский альбатрос. Помнишь, мы книжку про птиц читали. В первой половине говорилось, что это самая большая птица в мире. А что во второй половине было написано?

– Там было написано… – стала вспоминать Маня. – Там было написано, что этот альбатрос называется ещё буревестник. И где он появляется, ожидается буря.

– Значит, на подходе шторм, – сказал Ваня. – Глянь, и правда собрались тучи.

– Ой, я боюсь! Давай скорее домой! – сказала Маня и тут же осеклась. Она вспомнила, что вернуться назад им теперь не суждено никогда.

– Ничего, Маня, – подбодрил сестру Ваня. – Даже интересно посмотреть на настоящий шторм!

– А вдруг нас унесёт, как ту американскую старушенцию!

– А мы спрячемся в норе, вот и не унесёт.

Тучи занимали уже полнеба, ветер усилился. Ребята бросились к своему гроту и спрятались там. И вовремя! Со свистом налетел ветер, засверкали молнии, загрохотал гром! Огромные водяные валы с рёвом обрушились на берег! А особенно злые волны, шипя, почти дотягивались до верхнего камня, грозя затопить убежище. Одна из молний ударила в пальму, и та переломилась пополам!

– Как страшно… – выдохнула Маня.

– А буревестник, смотри, не боится, смело реет! – сказал Ваня.

– Перед чайками выпендривается, – сказала Маня. – Все мальчишки такие.

Ваня хотел возразить, что не все мальчики такие, но тут прямо по их пляжу проплыл какой-то непонятный вертящийся столб!

– Смотри, Маня, смерч, торнадо! – крикнул Ваня.

Этот смерч, похожий на прозрачное мутное дерево, состоял из воды и пыли! И крутился вокруг самого себя, как юла! Внутри его летали всякие мелкие предметы: консервные банки, пакеты, обрывки газет, банановые шкурки, пластиковые бутылки, множество каких-то разноцветных бумажек, и даже два толстых чёрных мешка, в которые обычно собирают мусор. Осыпав всё вокруг этими бумажками и сбросив на берег мешки с отходами, смерч удалился в море.

– Смотри, смотри, Ваня! – крикнула Маня. – Ещё один надвигается!

Второй смерч был в два раза больше первого! В нём кружили вещи покрупнее: доски, кирпичи, посуда, стол, стулья, грабли с лопатой, ковёр… А также – дети не поверили своим глазам! – неслось пианино, за край которого уцепился человек в юбке! Видимо, это была женщина, потому что мужчины не летают в юбках. Человек, вернее, женщина, семенила ногами, словно бежала по невидимой дорожке. На шее у неё развевался бант, а глаза защищали тёмные очки.

– Мань, – сказал Ваня, – да это же наша американская старушенция бежит!

– Не бежит, – сказала Маня, – а летит.

– Она ногами перебирает, словно бежит, – возразил Ваня.

– По воздуху бежать нельзя, – возразила Маня.

– Нельзя, – сказал Ваня. – А она бежит.

– Вместо того чтобы спорить, ты бы лучше старушку пожалел, – сказала Маня. – Тебе родители что говорили?