Последняя битва - Брайан Джейкс

Но Фрукч ничем нельзя было утешить.

— Иди, делай свое дело, Брогало, хвостошлеп, но возвращайся живой. Не надо мне садов и комнатушек, только вернись. А потом отправимся в свою старую пещеру на берегу. Как хорошо там было!

Выходя из пещеры, Брог задержался, чтобы погладить по шее цаплю:

— Остаешься здесь, приятель. Позаботься о стариках, не рыбачь слишком подолгу. Надеюсь, увидимся, когда все закончится.

Руланго положил клюв на плечо Брога и часто заморгал. Командор похлопал его по плечу.

— Ну, старый разбойник, еще и ты меня намочишь! — Он и сам подозрительно часто моргал. Брог решительно выпрямился, шмыгнул носом и вышел из пещеры.

Недалеко от старой пещеры возвышалась гора дерева, сухих водорослей и травы. Когда подошел Брог, все уже были в сборе.

— Все готово, Броктри. Я попрощался с мамулей и стариками.

Дотти схватилась за голову:

— Ох! Я забыла попрощаться с тетей Блинч!

Брог взял свой дротик:

— Я уже сделал это. Она сказала, чтобы ты обо мне заботилась. Кеглюн сладко спал, Мирклворт проследит за ним и за всем там вообще. Все сделано, ничто нас не держит, пора за работу.

Лорд Броктри обратился к Юкке. Никто не смог бы ее распознать в теперешнем наряде. Мех атаманши белок был выкрашен в синий цвет, хвост обрит, и форма на ней была синего солдата. Броктри одобрительно кивнул:

— Ты как настоящий синий. Все хорошенько запомнила?

— Да. Как только синезадые оставят гору, пускаю горящую стрелу из какого-нибудь верхнего окна.

Броктри пожал лапу Юкки:

— Желаю удачи!

— И не мародерствуй, пока мы не прибудем!

Юкка бросила на Резвого холодный взгляд.

— А с тобой я еще посчитаюсь, когда все будет позади. — Она повернулась и устремилась в направлении Саламандастрона.

Груб сурово посмотрел на зайца и неодобрительно покачал головой:

— Нехорошо портить настроение перед боем. Ну, кто следующий, ребята?

Вперед выступили Дерви и Конула со своей командой. К спине каждого был привязан факел, тщательно закутанный для защиты от морской воды. Их напутствовал Брог:

— Не начинайте раньше, чем огонь у входа в пещеру разгорится как следует. Удачи вам, ребята.

Морские выдры тихо ускользнули к морю. Броктри осмотрел оставшихся и взял за лапу Груба:

— Ваша очередь, друзья. Вы с Брогом — аккуратнее, осторожнее. Берегите себя.

— И вы берегите себя, лорд Броктри из Брокхолла.

Дотти и Лог-а-Лог Гренн следили, как Брог и Груб уводили в сгущающуюся темноту белок и ежей. Они вскарабкались на утес и начали долгий марш на юг.

— Мы почти в одиночестве остались, ребята, — заметила Дотти.

Бахвал Большие Кости обнажил зубы в широкой ухмылке:

— Да, крошка, надо бы и нам, э-э, во имя Всех Сезонов, рвануть в атаку!

На плечо Бахвала отрезвляюще опустилась лапа Броктри.

— Вы остаетесь со мною, а также все ваши бешеные горные мартовские герои, вы не забыли?

Бахвал с деловым видом пересчитал шесть кинжалов, заткнутых за широкий пояс.

— Ну-у, сэр, я тих и спокоен, как новорожденный кротеныш. Похож я, Гурт?

— Хурр, надеюсь. Я был о-очень тихим, о-очень спокойным ребенком.

Жесткий вел свою маленькую армию сквозь дюны.

— До темноты нам надо подобраться поближе к туннелю.

Темнеющие облака сливались с сумрачным небом, последние пурпурные лучи солнца пробивались над горизонтом, вспыхивая в волнах. Теплый бриз трепал траву на дюнах. Наступила ночь. Лунные тени покрыли местность сетью серебристых пятен на черном бархатном фоне. Битва за Саламандастрон началась!

33

Унгатт-Транн метался по коридорам внутри горы, как зверь по клетке, возбужденный и нетерпеливый. Часовые вытягивались в струнку при его приближении, задерживали дыхание, желая слиться со стенами. Слышался лишь шорох его длинного плаща, да у стен потрескивали факелы. Он обошел всю гору сверху донизу. Шум волн приветствовал его появление на берегу. Две морские крысы гребли, направляя к берегу маленькую лодочку. Они выпрыгнули и вытащили суденышко на берег. Из лодочки вышел капитан Карангул: — Очень тихая ночь, ваше могущество.

Унгатт-Транн медленно провел лапой по усам:

— Слишком тихая. Не нравится мне эта тишина, капитан. Как будто что-то готовится.

— Точно, ваше могущество.

Они направились к главному входу. Удвоенные патрули шагали вокруг горы. С севера приближались шестеро солдат во главе с Рвущим Клыком. Они остановились и отсалютовали Транну копьями. Он кивнул Клыку:

— Есть что-нибудь, капитан?

— Ничегошеньки. Как по кладбищу ходим. Но все равно смотрим, слушаем, следим.

Беседу прервала Фрагорль. Она выбежала из главного входа, полы плаща ее хлопали, как крылья зловещей птицы. Она размахивала лапой.

— Могущественный, там, у скал, к северу, огонь! Я заметила из окна.

Прыгая через ступеньки, Транн понесся вверх по лестницам. За ним торопились Фрагорль, Рвущий Клык, Карангул.

Тяжело дыша, он добрался до верхнего уровня. Он вылез из окна и пробрался на обзорный пост. Наблюдатель-хорек указал копьем в сторону огня:

— Там, повелитель!

Даже с такого расстояния огонь, бросающий оранжевый отсвет на утесы, был хорошо виден. Подбежали остальные. Транн услышал смешок Рвущего Клыка и резко обернулся:

— Что-то веселенькое? Поделись!

Рвущий Клык махнул в сторону огня:

— Надо признать, у них есть выдержка. Нахальные ребята. И юморные тоже. Мы думаем, что они от нас прячутся, а они награбили наших продуктов и набивают там себе брюхо, готовят жратву среди ночи.

Карангул заметил, что лапа вождя трясется от гнева.

— Могущественный, это может быть ловушкой.

Унгатт-Транн схватил его с такой силой, что когти вонзились в лапу лиса. Капитан вздрогнул от боли и от презрения, сквозившего во взгляде Транна.

— А ты думаешь, я не понимаю? Но наглость какова!

Они, видишь ли, дразнят Унгатт-Транна!

Рвущий Клык потер свой торчащий наружу зуб грязной лапой:

— Точно, это насмешка. Мой первый капитан говорил: открытый вызов. И что же теперь делать-то, а?

— Карангул, возьми половину всего войска, раздели на три колонны. По одной с флангов, со скал и через дюны, третья — по берегу. Окружить, захватить. Главных — ко мне, остальных — уничтожить. Трупы взять с собой.