Меч Мартина - Брайан Джейкс

Не прошло и часа, как с вершины холма перед путешественниками открылся совершенно иной пейзаж. Сухую пустыню сменили зеленые луга, не такие сочные, как в Лесах Цветущих Мхов, но все же дышащие жизнью и свежестью. По долине разбросаны отдельно стоящие деревья, небольшие рощицы, кое-где скопления кустов, радующее взгляд пестрое разнотравье.

Тублиндам стащил с головы шляпу и взмахнул ею:

— Вот она, Глинобитная Обитель.

Фенна остановилась на склоне и сорвала несколько ромашек. Она поковырялась в земле и понюхала ее:

— Почва плодородная. В былые времена ее, должно быть, возделывали.

Тублиндам посмотрел на ромашки, которые Фенна воткнула в свой хвост.

— Может, здешние мыши так и делали.

Хорти тоже озирался вокруг.

— Ручьев и речек не видать, во.

Туб тоже сорвал ромашку и сжевал ее стебель.

— Воду скоро увидите. Вкусная подземная вода в самом центре долины. И я там воду беру из колодца.

Они сошли с холма. Внизу Туб задержался, шагнул чуть в сторону и отвел лапой высокую траву:

— Вот здесь. Старая защитная стена. Должно быть, рухнула, когда прыгала земля. — Он указал на ряд каменных блоков. Каждый из них был украшен рельефным изображением мыши. — Так они здесь и лежат, по всей долине, большим квадратом. Я иной раз таскаю их, когда камень нужен для дома. Ну, вот и время завтрака подошло.

Они вошли в рощицу низкорослых, кривоствольных деревьев и остановились перед ветхой хижиной, сооруженной из камня, дерева и всяких осколков и обломков.

— Вот мой маленький домик. Мы с Баббабом не променяем его ни на какой дворец.

Баббаб весело запрыгал вокруг, а Тублиндам присел у сложенной перед домом печки, разжигая в ней огонь и напевая вполголоса какую-то песенку.

Брагун шепнул Хорти:

— Постарайся с едой. Побольше да получше. Чтобы ему было что вспомнить.

— Будет сделано! — отсалютовал заяц. — И вы не забудете, во!

На воде из колодца сони Хорти приготовил овощной суп с местными травками, к которому добавил несколько лепешек.

Все уплетали с удовольствием. Саро не удержалась от замечания:

— Очень вкусно, но спрашивать, из чего приготовлено, остерегусь.

Хорти облизал лапу и схватил очередную лепешку.

— А я и не скажу, во. У нас, поваров, свои секреты.

Соня и ящерка уплетали за обе щеки и только нахваливали стряпню Хорти.

После обеда Брагун приступил к расспросам:

— Место, которое мы ищем, должно быть могилой. Возможно, кладбище. Ведь как там, в тексте:

Под цветком, что не растет,

Сильватикус в покое ждет.

Ею мой секрет храним,

Думать надобно над ним.

— Где это может быть, Тублиндам?

Шляпа сони поехала на нос.

— Это должно быть мертвое место. Мы туда не заходим ни-ко-гда. Так, приятель?

Баббаб прижался к хозяину и затряс головой.

Спринголд удивилась:

— Почему? Ведь мертвые никого не трогают, лежат спокойно. Те покойники умерли давным-давно.

Тублиндам покачал головой:

— Вы как хотите, мисс, но ночью, когда дует ветер, я слышу их стоны.

— Они просто есть хотят, во! — влез с пояснениями Хорти. — Брось, старина Тубель, пустые страхи! Пошли покажешь!

— Не-не-не! Ни за что! Сами легко найдете. Никак не заблудитесь. Идите на юг, пока не увидите камни. Это и есть сад мертвых. Он, наверно, когда-то был внутри старого аббатства. Однажды я туда забрел, а больше не пойду.

И пятеро путешественников пошли искать кладбище.

Надгробные камни лежали тихо, мирно грелись на солнышке. Стрекотали и прыгали кузнечики, жужжали пчелы.

Саро огляделась:

— Мирное местечко. Сад памяти.

Фенна своим пушистым хвостом стряхнула пыль с одного из покосившихся надгробий:

— Смотрите, что здесь нацарапано: «Сестра Этнилла, жертва тяжкой болезни, ушла от нас на солнечные склоны, к потокам тихоструйным».

Брагун провел лапой по гравировке:

— Бедняжка. Здесь, должно быть, не одна она такая. «Солнечные склоны», «тихие потоки»… Красиво написано.