Октябрьские ведьмы - Дженнифер Классен

– Нет, чем быстрее, тем лучше, – не согласилась тётя Конни и переплела пальцы так, что они захрустели. – Магия – это пламя, которое необходимо раздувать. Но ограничивать. Магия любит чётко обозначенные границы.

– Нет! Лелей её и взращивай! – закричала тётя Пруди. – Никаких границ! Пусть разрастается!

Столько противоречивых советов – я не знала, что и думать.

Магия – это вам не школа, по ней не найдёшь решебников в Интернете, и домашние задания не помогут тебе нагнать пропущенную тему.

– Начни с… простого стежка, – предложила мама и слегка помахала искрящейся рукой, словно втыкала иголку с нитью прямо в воздух, и, откликаясь на её движения, из стен на смену пыльным горам всякой всячины выросли стеллажи, а бумажный плафон сменился красивым кружевом.

– Нет-нет! – закричала тётя Пруди. – Расти! – Она указала пальцем в сторону кухни – и та взорвалась звёздами, а когда они потухли, её стены стали зелёными, а пол покрылся землёй и травой. Правда, тётя Пруди в своём оливковом рабочем комбинезоне была единственной, кто смотрелся там к месту.

Тётя Конни, как обычно, начала применять магию направо и налево, энергично вращая искрящимися пальцами. По её желанию в центре комнаты затрещал самый настоящий костёр – на таком обычно жарят зефир на природе и уж точно не разводят дома, потому что он опасен и непредсказуем. Затем она взмахом руки заставила кухонную стену исчезнуть, объединив гостиную и кухню.

Наблюдать за магией было увлекательно, но я всё равно неуютно заёрзала. Каждая из них хотела, чтобы я стала такой же ведьмой, как они, но в нашем доме категорически не хватало места для новых маленьких колдуний.

Тётя Пруди не собиралась уступать. Все поверхности покрылись неровными полосами из листьев и травы, а когда посреди земляного пола открылась воронка, ведьма торжествующе взвизгнула.

Мама с улыбкой вышла вперёд и несколько раз повела руками по воздуху, будто успокаивала огромного невидимого зверя своей доброй, ласковой магией. Земляной пол замерцал и обратился золотой плиткой.

Мама оставила растения, но переместила их в горшки, которые расставила по всей комнате. Костёр она тоже сохранила, только в виде большого очага, затем щелчком искрящихся пальцев создала из воздуха золотые приборы, и они сами собой улеглись на новенький обеденный стол.

– Ладно! – проворчала тётя Пруди, что в её случае могло сойти за признание поражения.

– Неплохо, – оценила тётя Конни, проводя рукой по новому кухонному гарнитуру. Потом повернулась ко мне. – Чтобы достичь подобных результатов, необходимо концентрироваться на деталях. Нужно немалое… терпение.

Они с мамой с улыбкой переглянулись.

Порой я забывала, что мама тоже ведьма, как и мои тёти. Она и её сёстры любили друг друга и магию, и сейчас буквально светились, снова ею обладая.

Мама кивнула, с довольным видом обозревая новый интерьер. Одиннадцать месяцев в году тётя Конни скромно стряпала на старенькой бежевой кухне, а сейчас здесь впору готовить пир для королей и королев.

Тётя Пруди презрительно фыркнула.

– Мелкая магия! Пальцев дрожание! – отмахнулась она и снова посмотрела на меня.

Я продолжала стоять с безвольно висящими по бокам отяжелевшими руками.

Она потянула меня по очереди за каждый палец, будто надеялась щелчком суставов запустить в них магию.

– Не ведьмины руки, – пробормотала она.

– Флисси бы сказала, что ты как застопорившийся компас, – улыбнулась мама. – Всё нормально, ты ещё успеешь разобраться в своих силах.

– Практикуйся внутри звезды! Звезда существует для тебя, а ты – для звезды, – сказала тётя Конни, но уверенности мне это не прибавило.

Иными словами, сама по себе я бесполезна, но я нужна им как часть звезды.

Тётя Конни пересекла кухню и, остановившись перед высокой кучей барахла, протянула к ней руку с растопыренными пальцами. Из кучи поднялась и зависла посреди комнаты очень старая на вид и изрядно помятая оловянная кастрюля. Она засветилась и закружила вокруг своей оси, подчиняясь тёте Конни и постепенно увеличиваясь в размерах.

Тётя Конни могла до умопомрачения отрицать, что она барахольщица, однако же весь наш дом был полон всевозможных безделушек, украшений, мелочей и побрякушек. Правда, сама она называла их «магическими артефактами».

К тому моменту, как кастрюля превратилась в полноправный котёл, из него уже хлестал фонтан из звёздочек.

Но не только котёл удивлял новыми размерами – кухня тоже стала просторной. Весь дом изнутри увеличился в четыре-пять раз по сравнению с тем, как он выглядел снаружи.

Мама, тётя Конни и тётя Пруди собрались вокруг котла, и я почти ожидала, что сейчас они начнут читать над ним заклинания, но вместо этого они принялись одобрительно рассматривать его округлые бока.

Мама стукнула по нему ногтем, породив низкий резонирующий гул.

– Ты сохранила её котел, – сказала она.

– И воспоминания, – добавила тётя Конни, с любовью протирая его краем фартука. – Я храню и то и другое. – Щелчком пальцев она разожгла под котлом пламя. – Уютно, – заметила она. От огня её очки запотели, вынудив её нахмуриться и наклонить голову, чтобы смотреть поверх них.

– Чей это котел? – спросила я, заглянув за край в его глубокие тёмные недра. – И что там внутри?

– Суп! – вскричала тётя Пруди, наградив меня долгим сердитым взглядом.

– Суп? – переспросила я. – Ну да, конечно.

– Это котёл твоей тёти Темми, – пояснила мама. – А сейчас октябрь – самое время для супа. – От её улыбки иголки в моих ладонях перестали казаться такими уж невыносимыми. – Не то чтобы это такое ведьмовское правило – скорее житейская мудрость.

– Нам приходится ограничивать себя в наших особенно фантастических порывах, но даже ведьмам необходимо есть, – с неохотой признала тётя Конни. – Но только представь, на что способны твои руки, маленькая колдунья! Ты бы могла населить море русалками, заполнить небеса единорогами, феями и…

– Или приготовить суп. – Я указала на котёл, содержимое которого начало булькать и шипеть. В воздухе запахло специями.

Тётя Конни пригвоздила меня суровым взглядом поверх очков.

– Ведьмы домашнего очага остры на язык! – довольно захихикала тётя Пруди.

Тётя Конни в ответ едва уловимо засветилась красным.

– И, звёзды – свидетели, если нам повезёт, то не важно, как долго ты будешь осваивать свои новые силы, потому что они останутся с нами год напролёт, – сказала она, отвернувшись к песочным часам. – Вместо одного жалкого месяца.

– Что мы будем с ними делать год напролёт? – спросила я. – И как у нас это получится? Мирабель в курсе ваших планов? Вы и её уже втянули во всё это?

– Втянули… – цокнула языком тётя Конни, будто я её в чём-то обвинила. – И да, твоя кузина прекрасно осведомлена о