Корина и людоед - Сергей Сухинов

С того дня начались долгие странствия Корины. Нарк шел в Фиолетовую страну тайными тропами, обходя стороной деревни Жевунов. Несколько раз им пришлось идти через болота и даже ночевать на островках среди буро-зеленых трясин. На одном островке они наткнулись на каменного, замшелого идола. От его оскаленной улыбки девочке стало не по себе.

Ей очень захотелось есть. Нарк отправился на охоту и принес жирного кролика.

Корина недовольно посмотрела на волка.

— Неужели ты не можешь поймать что-нибудь съедобное?

Нарк насмешливо оскалил зубы.

— Прости, хозяйка, но жареные зайцы не бегают по лесу даже в Волшебной стране.

Он набрал кучу хвороста для костра.

— А чем я его буду разжигать? — недовольно спросила Корина. — У этой противной колдуньи даже огнива в пещере не оказалось!

— Гингеме не нужно никакое огниво, — заметил Нарк. — Она использует разжигающее заклинание. И тебя не раз ему учила.

— Подумаешь, учила! — фыркнула Корина. — Она много чемуменя учила, — разве все упомнишь!

— А ты попробуй, — посоветовал волк. — А то этого кролика придется съесть мне.

Корина поморщилась, но делать было нечего.

— Ладно, попробую. Та-ак, начнем. Э-э… Сначала надо сжать бзымянный палец на левой руке и сощурить правый глаз… или наоборот?

Нарк озадаченно почесал за ухоом.

— Кажется, наоборот.

Девочка согнула палец на правой руке и сощурила левый глаз.

— Теперь надо вспомнить разжигающее заклинание… Лено, пено, урфи, гурфи, лопало, мопало!

Земля зашевелилась и на поверхность вылез крот. Он озадаченно повел носом, а затем полез обратно.

— Это было кротовызывальное заклинание, — укоризненно сказал Нарк.

— Сама вижу, — сердито ответила Корина. — Подумаешь, ошибиться разок человеку нельзя! Что же такое говорила Гингема? Вспомнила, вспомнила! Дарамура, катарума, бурбу, нарбу, потолапу!

Каменный идол неожиданно заворочался в земле. Его глаза зажглись рубиновым огнем, огромный рот обнажил два ряда острых зубов. Упершись могучими руками-лапами в землю, истукан стал вытягивать свое длинное туловище на поверхность.

Корина завопила от ужаса и бросилась прочь от ожившего исполина. Нарк тоже струхнул, но успел все-таки схватить девочку за подол платья.

— Куда ты? — рявкнул он. — Там болото, трясина! Скорее говори обратное заклинание!!

Девочка быстро пробормотала:

— Потолапу, нарбу, бурбу, катарума, дарамура!

Идол застыл на месте, так и не успев выбраться из земли. Глаза его погасли, ужасный рот закрылся.

Нарк шумно вздохнул.

— Давай уж больше не будем сегодня колдовать, — предложил он. — Что-то ты нынче все путаешь. Еще вызовешь из болота какое-нибудь лихо!

Впервые в жизни Корина покраснела от стыда. Неужели она такая бестолковая и совсем ничему не научилась за семь лет, проведенных с Гингемой?

— Сейчас, — нерешительно произнесла она, — я вспомню, вспомню… Бури, глури, золата, бамбарата, шурли, мурли…

По куче сошняка вдруг побежала красная змейка. Скоро костер же весело пылал, потрескивая и курясь белым дымком.

— Вот это другое дело, — бодро сказал Нарк. — Сейчас мы этого зайца мигом зажарим… Ты чего?

Корина стояла, вытаращив глаза и покачивая головой:

— Я… я сотворила колдовство… — выдавила из себя девочка. — Первый раз в жизни у меня получилось то, чего я хотела!

С той поры оба беглеца не испытывали особых хлопот. Оказалось, что Корина запомнила кое-что из бесчисленных уроков Гингемы. Отныне на привалах девочка занималась тем, что вспоминала волшебные заклинания. И порой посреди травянистой полянки вдруг начинал бить родник или заросли крапивы превращались в цветочную клумбу.

Добравшись после долгих странствий до Фиолетовой страны, Корина и Нарк решили расстаться. Нарк поселился неподалеку в лесу, а Корина направилась в деревню Мигунов под названием Родники. Она постучалась в дверь самого богатого дома, в котором жили резчик по дереву Рон и его жена Дора. Супруги были уже не молоды, и их дети выросли и разъехались кто куда. Рон и Дора с тех пор жили одиноко и очень скучали по детям.

— У-у-у! — сразу же нарочно заплакала Корина, как только дверь открылась.

Дора чуть не уронила тарелку с дымящимися пирожками.

— Это что за прелестный ребенок? Девочка, почему ты плачешь?

— Я… я заблудила-а-ась! — еще пуще заревела Кориа, отчаянно растирая глаза.

Насилу старики ее успокоили. Девочка рассказала им только что придуманную историю о том, что она якобы отправилась через лес к тетке в деревню Лопухи, но заблудилась и несколько дней бродила по лесу.

Старый Рон озадаченно пожал плечами.

— Убей меня молния, но я никогда не слыхал о деревне Лопухи. Что же с тобой делать-то?

Дора толкнула мужа в бок.

— О чем тут говорить? Девочка останется у нас. Если ее родные объявятся — что ж, тогда мы Корину отдадим. А если нет, нам втроем только веселее будет!

Слезы на глазах Корины тотчас просохли, и она бросилась обнимать своих новых приемных родителей.

Так они и зажили втроем. Корина часто уходила в лес погулять, и там встречалась со своим другом Нарком. Все свободное от домашних дел время она сидела где-нибудь на полянке и пыталась вспоминать уроки волшебства, которые ей преподала некогда Гингема. Иногда ей кое-что удавалось вспомнить, и тогда на одичавших яблоньках в саду возле ее дома вдруг вырастали чудесные золотые плоды. Вскоре все соседи стали со страхом поговаривать, что в их деревне, кажется, поселилась самая настоящая волшебница.