Морской дозор - Николай Тёмкин

Знают все ребята

Сильвера-пирата,

Уважают славный экипаж.

Был я в разных фортах

В шляпе и ботфортах,

Что угодно брал на абордаж!

Его песню прервал выбежавший из рощицы высокорослый господин в завитом парике с косичкой. Сюртук ловко сидел на его сухопаром теле, длинные усы топорщились стрелками, большой нос нервно подёргивался. Оставляя на песке глубокие следы босых ног, господин направился к капитану.

— Прошу прощения, — беспокойно произнёс усатый, — что вы имели в виду, когда сказали о ботфортах?

— Ясно что, — буркнул Сильвер, — сапоги имел в виду.

— Где ж они? — не отставал босой.

— Да тебе-то какое дело? — капитан неспешно поднялся и принял угрожающую позу.

— Не извольте тыкать! — Рука большеносого вцепилась в эфес висящей на боку шпаги. — Я как-никак барон!

Кажется, назревала драка, но Алёша решил пока не вмешиваться, а разобраться, что к чему.

— Видали мы таких баронов! — съязвил пират. — Сам должен знать, где твои ботфорты.

— Увы! — Как-то вмиг растерял боевой пыл босоногий и понурился. — Именно этого я и не знаю. Пропали куда-то. А тут ваша песня… Вот я и подумал…

«Ещё один потерпевший», — затаившись в своём укрытии, взял на заметку Алёша.

— Правильно подумал! — неожиданно для барона сменил гнев на милость Сильвер.

— Так вам всё-таки известно местонахождение сапог?

— Нет.

— Тогда почему же «правильно»?

— Потому что, — радуясь, что не упустил заказа, хмыкнул капитан, — читай сам!

Барон пригляделся к вывеске, на которую указывал Сильвер, и прочёл:

— «Сыскное агентство „Морской дозор“. Агент Б. Яга»… Хм, сыскное агентство! Думаю, это как раз то, что мне надо. Прошу прощения, немного погорячился.

— Вот это, — сказал Сильвер, — совсем другой разговор, забодай тебя акула! Рассказывайте, в чём заковыка.

— Даже и не знаю, — слегка смутился барон, — с его начинать.

— С самого начала, — уверенно посоветовал капитан.

— Хорошо. Значит, так. С большим трудом раздобыл я пушку…

Глаза Сильвера вспыхнули нехорошим огнём:

— Пушку, говоришь? Хорошую пушку?

— Отличную пушку, — простодушно признался барон.

— Разрази меня гром! — завопил Сильвер. — Это моя пушка!

— Извольте выбирать выражения! Я долго искал подходящую, двухзарядную для надёжности, и вот наконец нашёл, но тут…

— Ага, проговорился! — леденящим голосом промолвил капитан. — Моя как раз двухзарядная и есть. А ну отдавай пушку!

— Господин Б. Яга! — запротестовал барон.

— Я тебе не Яга!

— Но ведь на вашей вывеске написано: «Агент Б. Яга»…

— Это не моя вывеска! Мало ли, что написано! Я — капитан Сильвер.

— Капитан милиции?

— Капитан пиратов, но это почти одно и то же.

Барон задумался, а потом осторожно спросил:

— Он опытный сыщик, этот господин Яга?

— Яга — не господин, Яга — баба, старуха. А что до опытности, то как тебе сказать? С виду опытная старуха, въедливая. — Тут капитан снова вспомнил о возникшей между ним и бароном проблеме: — Ты мне зубы-то не заговаривай, бушприт тебе под дых! А ну веди меня к моей пушке!

— Извольте, капитан Сильвер! Нок моей пушке! Никто в мире ещё не смог обвинить барона Мюнхгаузена во лжи! — Вот и познакомились! — скривил губы пират. — Тогда честно отвечай, барон Мюнхгаузен: зачем тебе моя пушка?

— Моя пушка! Я собирался из неё полететь на Луну!

— И этот господин называет себя правдивым! — расхохотался Сильвер.

«Да уж, — подумал, лёжа в осоке, Алёша, — посторонний человек навряд ли поверит такому признанию, если книжек не читал», — и решил, что настало время выйти из укрытия: атмосфера у сыскного агентства опять начала накаляться.

Решение оказалось верным: капитан и барон отвлеклись от перебранки и недоуменно уставились на невесть откуда взявшегося молодого человека.

— Алексей Попов, следователь по особым делам, — представился тот. — Должен признаться, что слышал вашу беседу. И имею на этот счёт некоторые соображения.

— Какие уж тут соображения, гражданин следователь! — прервал его пират. — Видать, этот якобы барон Мюнхгаузен отдал за мою похищенную пушку свои ботфорты, а теперь делает вид, что их у него похитили, заметает следы. Надоело босиком топать, дело ясное.

Барон оскорблённо засопел, а Алёша обратился к Сильверу:

— Не знаю, как вам, а мне ясно только вот что: пропала пушка и пропали ботфорты. А есть ли между этими событиями связь и какая, нам неизвестно. Значит, не будем бросаться обвинениями. Вы оба считаетесь потерпевшими. Пока. А ваша пушка, капитан, между прочим, агентом Ягой уже обнаружена, мы тут без толку не сидим.

— Молодец старуха! — обрадовался Сильвер. — А где именно?

— С полной определённостью сказать не могу, сам ещё не был на месте обнаружения, — ответил Алёша и продолжил: — Поскольку барон Мюнхгаузен, как я понимаю, выразил добровольное согласие отвести нас к пушке, которую считает своей, примем это предложение. Пошли?

— До пушки нам пешком не добраться, — развёл руками барон, — потребуется какое-нибудь плавсредство.

— Есть такое средство! — бодро отрапортовал пират. — У меня тут в бухточке шлюпка. Большая, все поместимся. Айда!

«Хорошо, что мы её не одолжили, — думал Алёша по дороге. — И вообще, кажется, всё неплохо складывается».