Как слониха упала с неба - Кейт ДиКамилло

Отовсюду только и слышалось: слониха, слониха фокусника…

— Светская жизнь в этом сезоне совершенно сошла на нет, — пожаловалась мужу графиня Квинтет. — Все говорят только о слонихе. Хуже войны. Определённо, хуже войны. Во время войны хотя бы приезжают с фронта бравые щеголи — военные, с которыми приятно вести беседу. А что сейчас? Подумаешь, свалилась с потолка какая — то вонючая скотина! Ну почему, скажи на милость, она тут же стала темой любого разговора? Я полагаю, нет, я убеждена, более того, я в этом нисколько не сомневаюсь, что, если я еще хоть раз услышу слово «слониха», я просто сойду с ума!

— Слониха? — рассеянно пробормотал граф. — Что со слонихой?

— Ты сказал «слониха»?! — возмутилась графиня.

— Нет — нет, я ничего не сказал. Я молчу.

— Надо срочно что — то делать! — заявила графиня.

— В самом деле. Но кто этим займётся?

— Ты о чём?

Граф откашлялся.

— Дорогая, я просто хотел сказать, что это происшествие… со сло… Ну… короче, всё это совершенно поразительно. Ты согласна?

— Согласна? С чем согласна? Что тут поразительного?

В тот роковой вечер графиня в оперу не пошла, поэтому ей не посчастливилось стать свидетельницей катастрофы, а она была из тех людей, которые ужасно не любят, просто терпеть не могут, когда катастрофы происходят без них.

— Ну, понимаешь… — принялся объяснять граф.

— Не понимаю! — отрезала графиня. — И тебе меня не убедить.

— Это верно, — уныло сказал граф. — Тебя не убедить. Ни в чём.

В отличие от жены граф в опере в тот вечер был. Он сидел так близко к сцене, что не только видел собственными глазами, как упала слониха, но даже успел почувствовать дуновение ветра, сопровождавшее ее падение.

— Надо каким — то образом восстановить нормальный порядок вещей. — Графиня Квинтет зашагала взад — вперёд по комнате. — Иначе в этом сезоне светская жизнь в городе закончится, так и не начавшись.

Граф закрыл глаза.

И снова на него точно повеяло ветерком… пришествием слонихи… прямо с неба… Она появилась в одно мгновение, но в то же время медленно — медленно — и значительно. Графу никогда прежде не доводилось плакать, но в ту ночь, вернувшись домой, он плакал навзрыд, потому что ему казалось, будто слониха говорит — прямо ему, лично ему: «В жизни всё не так, как кажется. На самом деле всё совсем, совсем иначе».

Господи, неужели ему выпало такое счастье? Неужели он это видел, чувствовал? Граф Квинтет открыл глаза.

— Дорогая, — сказал он жене, — я понял, что следует сделать.

— Ты? — удивилась графиня. — Понял?

— Да.

— И что же ты понял?

— Если все жаждут говорить о слонихе, а ты жаждешь быть в центре всеобщего внимания, хочешь быть, так сказать, душой общества, ты должна иметь то, о чём все говорят.

— Не понимаю, что ты придумал. — Графиня фыркнула и капризно поджала нижнюю губку. — Что ты имеешь в виду?

— Всё очень просто, дорогая. Ты должна перевезти слониху к нам во дворец.

Требования графини Квинтет все выполняли беспрекословно. Если ей хотелось, чтобы Вселенная вращалась так, а не иначе, Вселенная, трепеща и желая угодить графине, начинала вращаться в нужном ей направлении.

Слониха тоже подчинилась желаниям графини Квинтет и тут же появилась у неё во дворце, несмотря на то что дворец этот, шикарный, богато обставленный дворец, не имел дверей, в которые могло бы войти столь крупное животное. Графиня наняла целую дюжину каменщиков и плотников, которые работали днём и ночью и всего за сутки сломали стену и выстроили на её месте огромные, яркие, разукрашенные орнаментом двустворчатые ворота.

Потом под покровом ночи привели слониху. Сопровождал её капитан полиции. Не успели они войти в распахнутые ворота, как полицейский с облегчением вздохнул, взял под козырёк и отбыл восвояси, оставив графиню наедине с её новым приобретением.

Ворота закрылись, засов задвинули. С этих пор владелицей слонихи стала графиня Квинтет, потому что графиня заплатила владельцу оперного театра столько денег, что их должно было хватить на ремонт перекрытий и на два, а то и три слоя черепицы, чтобы крыша снова была как новенькая.

Слониха принадлежала теперь графине Квинтет, которая не преминула написать письмо мадам ЛеВон, чтобы выразить — в самых пространных и изящных выражениях — своё возмущение этой чудовищной, этой непостижимой трагедией и ужасной участью несчастной мадам ЛеВон, а также предложить ей свою поддержку, дабы примерно наказать фокусника.

Отныне судьба слонихи была в руках графини Квинтет, ибо графиня внесла весьма и весьма внушительную сумму в Фонд поддержки городской полиции.

Так что слониха была графинина — от хобота до хвоста. Животное поместили в бальном зале, и все дамы и господа — герцоги с герцогинями, князья с княгинями — валом повалили в гости к графине Квинтет.

Графиня со слонихой стали душой общества. Во дворце графини Квинтет забурлила светская жизнь города Балтиза.