Буря магии и пепла - Майрена Руис

– Не знаю. Джеймс.

Я ждала, что она продолжит говорить, но, похоже, она не собиралась.

– Вы поссорились?

– Нет. Не знаю… На самом деле, мы и не были вместе, так что расставанием это не назовешь. Просто… он больше не желает, чтобы мы встречались. Наедине. Как будто мне самой хотелось затягивать эту историю, ага.

Я принялась теребить пуговицу на манжете блузки, думая о недавнем разговоре Лютера и Джеймса.

– И он сказал это вот так, ни с того ни с сего? – заставила спросить себя я. – Раньше он говорил что-нибудь подобное?

– С самого начала я четко дала ему понять, что не хочу с ним отношений, что между нами нет ничего серьезного. Если он думал иначе, то это были его собственные фантазии, потому что я никак не показывала, что изменила свое мнение.

Сара махнула рукой в сторону камина, чтобы разжечь огонь. Мгновение я помолчала, прислушиваясь к потрескиванию пламени.

– Ты в порядке?

Она пожала плечами:

– Буду в порядке.

Поднявшись, я на секунду замерла, но все же села рядом с ней. Сара вздохнула, забралась с ногами на диван и, не глядя на меня, положила голову мне на колени.

– Расскажи мне что-нибудь.

– Что ты хочешь услышать?

– Все что угодно. Расскажи… Не знаю. Расскажи мне, как бы выглядела твоя идеальная школа, если бы ты могла создать ее с нуля.

Я говорила несколько часов, плавно переходя от одной темы к другой и заполняя молчание Сары историями, которые она слышала раньше.

Было уже за полночь, когда я оставила ее спящей на диване, а сама отправилась искать Джеймса.

Увидев свет в его комнате, я настойчиво постучала в дверь, однако Джеймсу потребовалось немало времени, чтобы открыть мне. Я ожидала снова увидеть его пьяным или полуголым, но ошиблась.

– Айлин.

Джеймс оглядел меня с ног до головы, и что-то, должно быть, подсказало ему, что ничего экстренного не произошло. Он вздохнул и, прихрамывая, вернулся в комнату, оставив дверь открытой. Он тут же направился за бутылкой виски, и я заметила, что все кончики пальцев у него на руках перебинтованы.

– Что произошло? – спросила я, закрывая за собой дверь. – Это сделала Микке?

Джеймс повернулся и посмотрел мне в глаза. Я привыкла, что он избегал моего взгляда, но не позволила его вызывающему поведению меня запугать.

– Нет, это не Микке. Просто у меня произошел обмен мнениями в таверне.

Я нахмурилась, наблюдая, как он неспешно потягивает виски. Я подошла к нему и взяла его лицо в руки, чувствуя, как опух подбородок под его бородой. Джеймс не отводил взгляда, будто бросал мне вызов, ожидая критики или упрека.

Вздохнув, я отпустила его лицо и налила виски. Джеймс опустился на диван, крепко сжимая бедро. Я села рядом с ним и поставила стакан на тумбочку.

– Чем я могу тебе помочь?

Джеймс рассмеялся:

– Я не тот, кому нужна помощь.

Я закусила губу, пытаясь разгадать его настроение, понять, что именно на него повлияло. На этот раз я решила, что лучший способ узнать это – спросить напрямую:

– Что случилось, Джеймс? Почему ты решил отдалиться от Сары?

Он провел рукой по бороде, несмотря на боль, которую наверняка доставлял ему этот жест, и мгновенно опустошил стакан.

– Потому что это уже не весело, – ответил он мне, снова подливая себе виски.

– Вот так просто, без объяснений?

– Так будет лучше.

– Для кого?

– Для всех.

Я фыркнула и сделала глоток из своего стакана.

– Ну что ж, хорошо. Вам виднее. Я вот, к примеру, не понимаю, как можно быть с кем-то так долго и при этом ничего не чувствовать.

Сделав еще один глоток, я снова поставила стакан на тумбочку. Вздохнув, я откинулась на спинку дивана и повернулась к нему. Джеймс нервно кусал костяшки пальцев, и через мгновение я вдруг заметила, как его глаза наполнились слезами. Я почувствовала себя невероятно глупой.

– Джеймс…

Я протянула к нему руку, но он вскочил на ноги и отпрянул от меня.

– Нет, – сказал он. – Не надо.

– Что «не надо»?

– Не надо смотреть на меня так, когда я единственный, у кого хватает смелости поступать правильно.

– О чем ты говоришь?

Ничего не понимая, я снова выпрямилась.

– О том, что это больше не игра, Айлин. Сара так же ясно, как и я, знает, чего хочет, и я не могу ей этого дать.

Сара всегда стремилась жить типичной северной жизнью: хорошая работа, крепкий брак, высокий статус при дворе. И простой наемник никогда бы не смог обеспечить ей ничего из этого.

– Люди меняются.

– Но я не хочу, чтобы Сара менялась, – яростно запротестовал он, впервые за наш разговор отведя взгляд. – Я не хочу, чтобы она привыкала видеть меня таким, каким видела ты, сломленным и… и…

Я подождала, пока он сделает глубокий вздох, сдерживая слезы.

– Я не хочу рушить ей жизнь. Потому что именно это ты делаешь, когда кого-то любишь. Ты жертвуешь собой ради других. И уходишь от них, если это необходимо. – И, снова посмотрев мне в глаза, он добавил: – А не так, как Лютер.

Ярость, с которой он это произнес, на несколько секунд лишила меня дара речи. Я нахмурилась, стараясь прийти в себя.

– Это несправедливо, – возразила я. – Ты же знаешь, что мы с Лютером должны быть вместе, хотим мы того или нет.

– Мои бабушка и дедушка тоже использовали это оправдание для всего, что… – Он замолчал на полуслове и на мгновение закрыл глаза, возможно погрузившись в воспоминания. – На самом деле, Лютер поступил бы точно так же, даже если бы у вас не было парной магии, – продолжал он. – Он настолько эгоистичен, что не может уйти от тебя и его не заботит, кого он подвергает опасности на пути к желаемому.

– Это бессмысленно, Джеймс, я и так была в опасности.

– Но не он.

От его слов у меня перехватило дыхание, и я не знала, что сказать. Джеймс сглотнул слюну и приподнял подбородок, словно провоцируя меня возразить ему.

– Ты не можешь оставаться в стороне от происходящего, но вместо того, чтобы самой бороться с Микке, ты прячешься за других, – бросил он мне, делая шаг вперед. – Сначала за своего отца, потом за Лоудена, теперь за Лютера, за свою мать, за друзей… Знаешь что? – добавил он, переводя дыхание. – Вы друг друга стоите.

Долгое время я молча смотрела на него, наблюдая, как его грудь быстро поднимается и опускается.

– Кто бы мог подумать, – наконец ответила я, – что ты лучше всех нас.

Еще немного приподнявшись, я коснулась его руки и медленно потянула его к себе. Джеймс, чьи глаза снова были полны слез, повиновался и сел рядом.

Я видела, как крепко он стиснул зубы, пока по его щекам стекали слезы. Снова наполнив оба стакана, я залпом осушила свой и положила голову ему на плечо. Мои веки отяжелели от алкоголя.

Я позволила ему немного поплакать в тишине, пока он не пришел в себя и снова не взялся за свой стакан.

– Прости, – пробормотала я.

Он поднял руку, чтобы я могла прижаться к его груди, и обнял меня.

– Все мы – одна чертова катастрофа, – ответил он, распуская мои волосы и перебирая пальцами пряди.

– Лютер тоже любит так делать. Прикасаться к моим волосам. Но с ним это не так… – я замолчала, подбирая слова, – не так просто.

С Лютером я не чувствовала себя так спокойно, как с Джеймсом. С ним не возникало никаких сомнений, никаких вопросов, никаких ожиданий. Но в то же время того, что мы ощущали друг к другу в тот момент, было недостаточно.

– Ты влюблена в него?

Я почувствовала, как несколько раз с силой стукнуло сердце Джеймса, прежде чем дала ответ.

– Думаю, что да. Я думаю, что мои чувства к нему не связаны с магией.

– Но ты по-прежнему сомневаешься?

Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула, теребя между пальцами пуговицу на рубашке Джеймса.

– Не знаю… точнее, не знаю, сомневаюсь ли я. Просто я боюсь ошибиться. Я… знаешь, я не такая, как Сара или ты. Я встречалась с Ноем, но ни разу ни к кому не испытывала ничего подобного. И все же… Что, если я никогда не буду полностью уверена? Что, если я не умею