Король-волк - Эндрю Питерсон

И тут Ния увидела, что Лили указывает куда-то вдаль.

Джаннер посмотрел на восток и удивлённо открыл рот.

Ния не успела понять, что такое увидел Джаннер, потому что услышала, как её отчаянно зовёт Радрик. Она обернулась – и едва успела отпрянуть от окровавленного Серого Клыка с коротким мечом, который, рыча, набросился на неё. Ния попыталась увернуться, но двое горностранников схватили её за платье. Однако за мгновение до смертельного удара в грудь Клыку ударил молот Радрика. Волк превратился в пыль, не успев рухнуть наземь.

Шестеро драконов – один уже пал – извивались под сотнями облепивших их горностранников. Бедная Гульвен издала громкий стон. Повсюду, куда бы ни посмотрела Ния, лежали раненые и мёртвые – а над полем боя, радуясь близкой победе, парил Наг Безымянный.

83

Исцеление Гульвен

– Ооод! – закричал Джаннер, пританцовывая от радости.

Тролль был ещё далеко – он только появился на соседнем холме, – но Джаннер сразу его узнал. Значит, Ооод выжил!

И что самое удивительное – юный тролль ехал на ком-то верхом. На ком-то… зубастом и мычащем.

Клыкастая корова вскинула голову, пытаясь цапнуть Ооода, но тролль стукнул её по морде и неодобрительно погрозил пальцем. Корова повиновалась.

А за спиной Ооода на холме появилась целая толпа уродливых существ и, разворачиваясь веером, пустилась вниз по склону. Старшина Кэдвик скакал галопом рядом с Ооодом и обозревал царящий на поле хаос. Подняв меч, он что-то прокричал, и его голос донёсся сквозь ветер и дождь до Джаннера и Лили.

– Глазам не верю! – сказал Джаннер и рассмеялся. – С ума сойти!

– Кто это? – спросила Лили.

– Расщепки, – ответил Джаннер. – И один замечательный тролль.

Кэдвик спустился с холма, и расщепки вместе с Ооодом последовали за ним. Клыки и горностранники, увлечённые боем, ничего не замечали, пока расщепки не врезались в их ряды, как плуг в мягкую землю. Враги полетели во все стороны.

Расщепков – маленьких и больших, длинноногих и низкорослых, мохнатых и бугристых – были сотни. Они рычали и визжали, охваченные боевой яростью. Ооод, который, казалось, ещё вырос с тех пор, как Джаннер видел его в последний раз, размахивал кулаками словно боевыми молотами.

Клыки оробели. Они попятились, спотыкаясь и воя, а потом начали отступать. Горностранники первыми помчались прочь, как пчёлы из опрокинутого улья.

Драконы, хотя и почти побеждённые, заметно проредили вражескую армию. За это они дорого заплатили. Ещё двое драконов погибли, а оставшиеся четверо высились над полем боя, обливаясь кровью.

Стоя на холме, Джаннер видел, как Кальмар, Ния и Радрик бросились к Старшине Кэдвику. Остальные воины лощин подозрительно смотрели на расщепков. Обменявшиись несколькими словами, они принялись собирать оружие павших товарищей, готовясь к новой атаке. Кэдвик отрывисто отдавал приказания сородичам; те влились в ряды лощинцев, которые торопливо строились вокруг израненных драконов.

Битва затихла – но ненадолго. Наг Безымянный был в ярости. Он ревел с неба, приказывая своей армии наступать, и командиры-Клыки, кое-как собрав солдат, обрушили на Поле Финлея новую волну атаки.

– Джаннер, нужно помочь нашим, – сказала Лили, и в её голосе послышались нотки Подо.

– Мама велела нам оставаться здесь, – возразил Джаннер. – Я должен тебя беречь.

– Ну так и береги. – И девочка торопливо захромала вниз по склону. Джаннер последовал за сестрой, уже не пытаясь её остановить. Они ступили на поле, когда Клыки и горностранники в очередной раз нахлынули на ряды лощинцев.

Лили подковыляла к Гульвен и опустилась рядом с ней на колени. Драконица была жива, но дышала слабо и неровно. Из многочисленных ран потоками лилась кровь. Сломанный плавник – тот самый, много лет назад искалеченный Подо, – неподвижно лежал на земле. Девочка погладила Гульвен по голове и, не обращая внимания на битву, успокаивающе заговорила с драконицей.

– Джаннер, не отходи от сестры! – крикнула Ния, вытаскивая из схватки раненого воина. – Ты меня слышишь?

Смех Нага раскатился в небесах, и у Джаннера сжалось сердце.

«Кажется, он побеждает», – подумал мальчик.

«Да».

Джаннер посмотрел поверх плеча Гульвен и увидел, что Наг с ухмылкой смотрит на него с вершины холма. Он наблюдал за битвой, сложив лапы на груди.

– Убирайся из моей головы, – велел Джаннер.

Наг отступил на шаг и вновь рассмеялся:

«Сам убирайся».

В нос Джаннеру ударил сильный запах – едкий, но не противный. Повернувшись, мальчик увидел, что к нему бежит Ооод. Джаннеру очень хотелось спросить, как тролль выжил и почему расщепки пришли к ним на помощь, но он сказал только:

– Как ты вырос!

– Брат дать Ооод воды, – Ооод стукнул себя в грудь. – Ооод теерь здоров. Пить? – он протянул Джаннеру большую флягу.

– Нет, спасибо, – слабо улыбнувшись, ответил мальчик.

Ооод указал на Гульвен:

– Ооод дать драконше воды? Она бует здорова.

Тролль опустился на колени рядом с Лили и похлопал Гульвен по шее. Та открыла пасть, полную острых белых зубов, и он вылил воду прямо ей на огромный красный язык. Гульвен сглотнула, провела языком по нёбу и шумно вздохнула.

Лили прижалась головой к носу драконицы:

– Она умирает.

«Поющая дева, – произнесла Гульвен, и Джаннеру показалось, что её голос зазвучал громче. – У меня болят плавники».

Лили проползла вдоль тела драконицы, взглянула на блестящие красные плавники и ахнула:

– Джаннер, она меняется! Смотри!

Раны на боках у Гульвен задымились и заросли. Всё её тело стало рывками увеличиваться, особенно плавники. Послышался треск – и изогнутые кости выпрямились.

– У драконов есть крылья? – спросил Ооод, почёсывая подбородок.

– Ооод, где ты взял эту воду? – спросил Джаннер.

Тролль указал на восток:

– Когда расщепки ранить Ооод, Кальмар принёс ему воды. Когда Ооод очнулся, он пошёл за ещём. Он нашёл в лесу пруд. Какие большие там деревья! Ооод вернулся, а Кальмар уже уйти. – Ооод грустно вздохнул, но тут же похлопал по фляге и улыбнулся. – Брат дать Ооод хорошую, очень вкусную воду!

Лили рассмеялась:

– Джаннер, Кальмар нашёл Первый источник!

Гульвер застонала, но, скорее, от удовольствия, чем от боли. Джаннер уже не сомневался, что плавники у неё меняются. Но они не превращались во что-то новое – скорее, исцелялись после многих лет бездействия.

Мальчик вспомнил анниерский медальон, который его мать отдала командору Гнорму. На этом медальоне был изображён дракон.

Крылатый дракон.

– Лили, – произнёс Джаннер. – Они умеют летать.

– Что?

– До того, как драконы утопили горы, они умели летать.

«Я и не знала, – произнесла Гульвен. – Юрген не выпускал своих подданных из моря после того, как горы затонули».

Гульвен со стоном перевернулась на живот и расправила передние плавники –